Номер 1027 - Владислава Сказова

время, я помогала Дорозо на кухне, помогала сервировать столы. Выполняла мелкие поручения, стараясь запомнить расположение кают и коридоров на корабле. Я знала в лицо почти всех чужаков на корабле и почти не испытывала страха перед ними, хотя самые низкорослые из них были на голову выше меня. Я старалась не привлекать к себе внимания. Быстро скользила мимо них, опустив голову. Я всё также завязывала на голове платок, пряча под него волосы, и, выпросив у Дорозо кусок плотной серой материи неизвестного для меня происхождения, сшила для себя свободную длинную робу, которая скрывала тело до пят и не давала ни малейшего представления о контурах моего тела. Не стоит демонстрировать своё уродство. Всем известно, что оно порождает неприязнь и желание поиздеваться над несчастьем другого. Сначала со мной пытались заговорить, но так как я не знала языка да и не горела желанием вступать в беседу, на меня очень скоро перестали обращать внимание. Никем не замеченная я тихонько перемещалась по кораблю от своей комнаты до кухни. Пожалуй, меня всё устраивало, разве что Кайвир при встречи останавливался, пропуская меня, и при этом не спускал с меня глаз. Даже пройдя мимо, каждый раз я спиной ощущала не себя его взгляд. И тогда мне было действительно страшно.

Но всё это были пустяки. Я привыкала, потихоньку учила язык и иногда в беседе с Борнусом, Дорозо или доктором Айкусом отвечала целыми предложениями, тщательно выговаривая слова. Меня хвалили и говорили, что я очень быстро учусь. От этих слов мне было как-то тепло внутри. Пожалуй, они вызывали во мне эмоции, похожие на признательность. Иногда в компании этих представителей иноземной расы я даже была рада, что судьба забросила меня сюда, подарив возможность жить. Моё сумасшествие здесь было абсолютно нормальным явлением. Меня наоборот считали слишком сдержанной и зажатой. Бесчувственной. У нас это сочли бы за комплемент, здесь же считалось чуть ли не преступлением.

Жизнь на корабле текла, и я старалась в неё влиться. Но все мои надежда в одно мгновение пересёк один случай, произошедший на одиннадцатые сутки моего появления на корабле.

Глава 4

Не смотря на, казалось бы, довольно расслабленное настроение присутствующих, дисциплина на корабле была довольно жёсткая. Почти все «черти» (так я называла иноземцев за их сходство с мифическими персонажами) находились в подчинении не у капитана, а у Кайвира и числились в его штабе. К своим подчиненным он относился без лишней строгости, но и спуску тоже не давал. По разговорам я поняла, что его уважали и потому беспрекословно выполняли все приказы. А в виду отсутствия каких-либо нарушений начальник не проводил никаких воспитательных мер. Так что на корабле была тишь да гладь.

Но тут ситуация резко поменялась. На корабле повисло какое-то напряжение. Конечно, я не настолько впечатлительна, чтобы ни с того ни с сего почувствовать «запах надвигающейся беды» (это выражение я позаимствовала у древних авторов, уж больно мне понравился этот речевой оборот), вовсе нет, вполне реальные признаки натолкнули меня на мысль, что что-то длжно случиться. Причем всё указывало на то, что это что-то напрямую затронет меня.

Во-первых, теперь со мной постоянно находился Борнус. По утрам он неизменно поджидал меня у дверей каюты, чтобы проводить к Дорозо, а по вечерам заходил на кухню, откуда, нпутствуемый твёрдым взглядом Дорозо, конвоировал меня обратно к каюте. Во-вторых, Дорозо, которая прежде частенько посылала меня с поручениями, теперь всюду ходила сама, оставляя меня следить за готовящейся на плите едой. Дверь в кухонный отсек она при этом запирала, тем самым лишая меня возможности куда-либо отлучиться. Стоит также упомянуть, что Кайвир стал чаще появляться на кухне: то ему нужно было поговорить с Дорозо, то он вдруг проголодался (в тот раз он не съел и половины предложенного ему блюда), то он случайно ошибся дверью, машинально свернув не туда. В последнее вообще верилось с трудом, так как рассеянность это последнее в чём можно было заподозрить человека с таким цепким взглядом. Во время своих визитов на кухню он всё так же продолжал пристально смотреть на меня, заставляя чувствовать неловко.

Неопределённость выматывала. Я старалась не подавать виду, что замечаю все эти предосторожности, но в то же время продолжала гадать о причинах столь странного поведения. Возможно, во мне видели шпионку и теперь решили принять запоздалые меры. Так это или нет, но эта версия казалась наиболее вероятной. Однако на деле всё оказалось гораздо сложнее.

Вот уже три дня как в поведении «чертей» начались все эти странности. Мы сидели с Дорозо на кухне, занимаясь приготовлением обеда. Дорозо то и дело посматривала в мою сторону, однако заговорить всё не решалась. Минуты текли, и тут она не выдержала. Видно, эти дни тоже дались ей нелегко. Слова текли мощным потоком, и мало помалу суть проблемы стала ясна.

— Номи, деточка, мне так неудобно перед тобой. Все эти предосторожности… Ты, наверное, приняла их на свой счёт, но всё не так. Понимаешь, это не твоя вина, но Фузий никак не смирится.

Фузием звали того Молодого, который вместе с Бородачом нашел меня под завалинами. На корабле он потерял ко мне всякий интерес и при встрече лишь сдержанно кивал.

— Понимаешь, у нас есть строгое правило: без особого приказа ничего не брать с захваченной территории. Это считается мародёрством. Ты знаешь, что это такое? — Я кивнула. — Так вот, на днях выяснилось, что Фузий захватил с вашей планеты несколько «сувениров». Возможно, они не такие ценные, но правило есть правило, особенно если речь идёт о не до конца изученной планете и вещах, о назначении которых мы знаем немного. Фузий считается правой рукой Кайвира, и в будущем обещает сделать блестящую карьеру, так как парень он неглупый. Но этот случай… Кайвир не делает никомупоблажек, даже своим любимчикам. Когда речь идёт о деле, все симпатии отходят на задний план. Он понизил Фузия в должности, теперь тот обычный мелкий чиновник, с соответствующей зписью в документах. Вряд ли ему теперь что-нибудь светит по службе.

Ситуация мне была понятна. У нас все правила чтили и соблюдали неукоснительно. Среди них не было менее или более важных. За нарушение любого из них человека могли уволить, а то и утилизировать. Так что история Фузия удивления не вызвала. Однако оставалось неясно, как это связано со мной.

— Вот так всё и было, — продолжила Дорозо. — Фузий, конечно, понимал, что за такое по головке не погладят, но он до