Русалка. Спасатель № 1 - Ника Верон

человек, их новое руководство? Или, действительно, всё дело в личных проблемах? В таком случае не в команду его следовало пристраивать, а в отпуск отправить. Больше пользы было бы. Для самого мужика. Да и для всех остальных. Наверняка.

— Да, — сквозь зубы процедил Вик.

— Отлично, — выждав еще с секунду, видимо, для контроля и желая убедиться, что ответ искренне прозвучал, без желания усыпить бдительность. — Выпада, буду считать, не было, — продолжал, наблюдая, как незадачливый нападающий потирает руку. — Притирка, поверьте, знаю, дело сложное. Что касается девчонки, — продолжал, взгляд с Вика на Изместьева переводя. — С таким диагнозом в команде ей не место. Возможно, хороший пловец. Не буду спорить, не видел. Но перегрев может и в воде случиться. Это первое. Второе, кто и что еще скрывает от руководства, медкомиссии на предмет допуска к работе в спасательной команде не в полном объеме пройдя? Вы понимаете, что не только собой рискуете?

— Комиссии у всех пройдены. — Изместьев всё же решил вмешаться, пока Вик, уже шумно втянувший в себя воздух, на эмоциях не выдал какой-нибудь перл. — Что касается Алесты Николайте, у нее отметка стояла, о нежелательности длительного пребывания на солнце. Поэтому она в команде — главный участник спасательных операций во время штормов. Ну и, наблюдение за акваторией пляжа с катера. Проблема только со смотровой вышкой поста. Туда ее никогда не ставили. Кирилл Николаевич, а если ввиду исключения…

Должен был уступить. Чувствовал сомнения. Или — видел? Черт, что ж за состояние-то такое. О каком, к чертям собачим, предчувствии, речь идти могла…

— Нет, — категорично прозвучало от Валентова. — Кстати, в медпункте что сказали относительно обморока? — поинтересовался, на Макса пристально глядя. — Заключение будет о невозможности ею исполнять должностные обязанности?

Невесело усмехнувшись, Макс, качнув головой, вышел из кабинета. Правда, уже пару шагов пройдя, обернулся.

— Кирилл Николаевич, на вашем месте я бы серьезно подумал прежде, чем окончательное решение принимать.

Предупреждение. Валентов мысленно чертыхнулся. Вот с чем не ожидал столкнуться, так это с упрямством команды. Как донести до той, что не бабское это дело, людей спасать. Ладно бы еще, медичкой какой была или поварихой. Но — спасатель! Это ж мужику вызов!

Остановился резко. А не найден ли ответ собственного неприятия к девчонке? Как ему изначально представили? Лучшая из лучших. Лучший спасатель. У мужиков первенство с легкостью забрала. Или — в упорной борьбе за право зваться лучшей? И, что в ней лучшего? По крайней мере внешне на отличную пловчиху не слишком-то похожа…

Глава 7

Поступок

Жара спала. Тишина. В этой части пляжа. Днем еще сюда прогуливаются парочки, в поисках укромных местечек. А вот к вечеру ближе, опасаются. Именно с этой части побережья лес к воде подступает. Корни, размытые штормами, местами у деревьев видны. Изогнуты некоторые причудливо. Вообще, такой, местный апокалипсис в вечернем сумраке. Жутковато даже делается. Если ты нормальный человек. А вот она — почти в своей стихии.

Хотя, нет, у отца подобного ужаса нет. Красота в его владениях. Для лицезрения «апокалипсиса», в сторону затонувших с незапамятных времен, кораблей плыть приходится. Вот там, действительно, жуть. Обычно, глубина, куда свет солнечный не достает. Илом затянутые остовы…

Сюда же приходит, скорее, чтобы одной побыть. Подумать. Как сегодня. Решение принять, чтобы не мешал никто…

Шаги… Незнакомые. Каждого из ребят по шагам узнавала. А этого… Отдыхающий? Оглянулась медленно… Как реагировать на его появление, знать бы…

Валентов. Остановился, не доходя несколько метров до кромки берега. Увидеть не ожидал. Когда к ужину в городке не появилась, решил, что ушла. Тихо, по английский. Ни с кем не попрощавшись. Обидевшись. Как умеет обижаться женщина, представление имел.

Неожиданность встречи в растерянность привела. И снова, глядя на нее сейчас, понять пытался, где тут лучший спасатель? Совсем девчонка. По-турецки поджав под себя ноги, водной гладью любуется. Оглянулась. Заметила. Узнала. Никакой реакции.

Впрочем, чего ожидал? Вряд ли после всего случившегося, на шею бросится. А если еще и с характером… Что ж ему так везет-то на баб!

— Давно тут? — поинтересовался Валентов, первым нарушая молчание.

Серьезно? С ней пытаются поговорить спокойно, без демонстрации своего мужского превосходства? Отвернувшись, невеселую усмешку не сдержала.

— Часа два, — вслух обронила.

Отмалчиваться по меньшей мере, глупо. Да и разговаривать всё равно придется.

Решение принято

, — напомнила сама себе. А, значит… А, что, «значит»? Боль в душе подобно снежному кому, разрастается с каждой минутой, что уход из команды приближает. Ребята, как родные стали за эти три года. И теперь…

— Почему в медпункте не было?

Вопрос, который… Наверно, закономерно прозвучал. Интересно только, с какой целью с тем связывался? Желая её побыстрее из команды убрать? Или… Впрочем, вряд ли. Себе сейчас польстить хотелось. Не беспокоился о ней никто и никогда. У всех были исключительно личные интересы. И этот — из той же серии, которому исключительно показатели необходимы…

— Смысла не вижу, — отозвалась, пожав плечами.

— Алеста… — запнулся. Отчество у нее непривычное. — Алеста Ионо, вы понимаете, что здоровьем рисковать…

Какая ему, черт, разница, что там и как с ее здоровьем? Не была и не была. Взрослая девочка. Контролировать не обязан. Или, самого себя в том убедить пытается? Что в этой золотовласке зацепило?

— Не вижу смысла вопрос поднимать, — плечиками поведя, вдаль всмотрелась.

Что увидеть пыталась в закате уходящего солнца? И сама понять не могла. Лишнее что-то на горизонте было…

— Так у нас с вами дело не пойдет, — качнул Валентов головой, в шаге от кромки воды останавливаясь.

— А оно у нас с вами никак не пойдет, — поднимаясь на ноги, заверила Алеста вслух. — Завтра я заберу документы в отделе кадров. Вы правы, Кирилл Николаевич, женщине, да еще такой девчонке, как я, с проблемами, не место в команде спасателей на воде. Хотя, не стану скрывать, мне очень здесь нравилось. Ребят будет не хватать, привыкла к ним. Но всему однажды приходит конец.

И снова взгляд устремился на горизонт. Вот сейчас, различимее стало. Точка к берегу приближалась. Не сказать, что стремительно…

Оглянувшись, за ее взглядом проследив, Валентов громко чертыхнулся. Человек. Быть того не могло. В этой части пляжа… Или — коряка? Вода блики на солнце давала, рассмотреть, не позволяя толком…

— Устал, — вслух обронила Алеста, с видимым равнодушием продолжая изучать приближающуюся к берегу, точку. — Продержится еще немного и всё. Не станет человека. На корм рыбам пойдет.

С пугающей холодностью слова прозвучали. И в душе… В душе ничего не екнуло. Не позволила. Нет больше Русалки из