Не зли новенькую, дракон! - Агата Лэйми

взгляд на страницу. Чёрт, и правда. Буквы плыли вверх тормашками, как пьяные гоблины после праздника урожая. Отшвырнул книгу в угол, где она тут же зарылась в груду грязных футболок и пустых банок из-под энергетиков.

— Ладно, гений, — проворчал я, вставая и потягиваясь. — Она мне нравится… — вырвалось самой собой. — Не так как остальные… Она настоящая, понимаешь? И я не могу просто взять и бросить Фэйт через неделю.

Не после того, как какой-то урод разбил ей сердце. Мысль об этом козле заставляла мою кровь бурлить с новой силой, разгоняя злость по венам. И я не знаю, кто он, но мне хотелось найти это ничтожество и сжечь, пока от него не останутся одни головешки.

Чёрт!

Эван, ты и правда раскис, всего лишь день с ней, а ты уже готов навалять незнакомцу за слезы Беннет.

Дастин театрально вздохнул, закатив глаза и отравив чипсину в рот.

— И когда ты стал таким? Влюбляешься в новенькую, зная её всего один день. И что собираешься делать?

— Ничего, — зубы неприятно скрипнули, но мысль о новенькой Астралис не давала мне покоя. — Я выиграю этот спор, а Фэйт ничего не узнает про условия спора, я должен её соблазнить, но ты ничего не говорил о том, что должен её бросить.

— Оу-у. Значит, всё совсем плохо, — он присвистнул. — Ладно, гений, давай по порядку. Ты должен её «подцепить» за неделю, чтобы получить Астралис. Но теперь хочешь и остаться с ней?

— Не знаю, — прошептал я, глядя в окно, где луна пряталась за облаками. — Просто… когда она улыбается, кажется, весь мир перестает быть дерьмовым.

— Бли-и-ин! — Дастин схватился за голову. — Ты и правда влип.

— Спасибо, очень поддерживаешь, — я едко усмехнулся.

* * *

Я чувствовал себя полным придурком, стоя под дверью её комнаты с тупым завтраком в руках: панкейки с вишнёвым сиропом, кофе как она любит, сыром для её фамильяра, яичницей и крепким чаем для себя.

Это всё ради приставки. Астралис про лимитированная серия, такую достать почти невозможно. И если существуют клады, сокровища, то это она. Так я пытался себя убедить, но всё казалось безуспешным, потому что часть меня была с этим не согласна.

Дыши, Рейн, дыши. Что ты в самом деле, будто бы в первый раз? Какая-то девчонка, которую ты знаешь меньше суток, вскружила тебе голову?

Скис ты после Аманды, друг. Размяк. А раньше бы и глазом не моргнул, а сейчас обидеть её казалось страшнее всего на свете.

Просто постучи. Скажи «доброе утро», подмигни как обычно.

Но «как обычно» с Фэйт не работало. Она не из тех, кого можно очаровать дежурной улыбкой и парой пошлых шуток.

Набрав полные лёгкие воздуха и качнувшись с носка на пятку, я постучал в дверь.

Глава 13. Фэйт

Я вздрогнула от стука в дверь, замерев с карандашом для глаз, попутно чертыхнувшись.

Да кого ещё принесло в такую рань? До занятий оставалось сорок минут! Я недовольно засопела, глядя на один подведённый глаз и на чёрную точку на втором, которую я успела поставить до того, как услышала стук.

Вереск, до этого дремавший на моей палетке с тенями, сонно зевнул и поднял голову, навострив розовые ушки.

Стук повторился, а затем раздалось наглое, самодовольное:

— Эй, Бэннет, я знаю, что ты не спишь.

Услышав голос двухметровой, преследующей меня пепельницы, Вереск радостно подпрыгнул, привстав на задние лапки и принявшись жадно втягивать воздух носом в то время, как у меня из груди вырвался разочарованный, тяжёлый вздох.

Опять он!

Я вчера сказала ему лишнего, рассказав после стычки с Амандой про Лиама, и сейчас хотелось спрятаться от вездесущего дракона, как улитка в своём домике, лишь бы не смотреть ему в глаза после вчерашнего вечера. Спрятаться где-то и забыть всё как страшный сон.

— Эй, ну ты же не хочешь, чтобы пошли слухи, как я стою у тебя под дверью? Тебе лучше меня впустить.

— Да какого хрена, Рейн! — прорычала я, с размаху распахивая дверь, едва не пнув её ногой и собираясь наподдать ему как следует магией, чтобы впредь не повадно было торчать под моей дверью, особенно в такую рань, когда меньше всего я хотела возникновения новых слухов, на этот раз, что я сплю с этим…

И стоило распахнуть дверь, как в тот же миг в мой открытый от возмущения рот прилетел панкейк. А само драконье бедствие вломилось совершенно бесцеремонно в мою комнату. МОЮ!

— Отличные тебе выдали хоромы, — присвистнул Эван, уже устроив поднос на моей тумбочке и без спроса усевшись на кровать.

Панкейк пришлось быстро прожевать, едва не подавившись, и к моему глубокому сожалению он был вкусный, хоть и маленький. Но, зараза, вкусный!

— Вот только тебя в комплект не добавляли, — сварливо добавила, закрыв за собой дверь, сверкая глазами от негодования, глядя на то, как Вереск уже перебрался на поднос к Эвану и бесцеремонно принялся кусать панкейк, держа его в своих маленьких крысиных лапках.

— Ты разбиваешь мне сердце, — театрально вздохнул Эван, сложив руки на груди, и, скинув кеды, завалился на мою кровать. — Я наставник и должен заботиться о твоём состоянии. Классный макияж кстати.

— Ты вообще представляешь, что такое личное пространство? — прошипела я, пытаясь не заметить, как аромат вишнёвого сиропа щекочет ноздри вместе с запахом кофе, а панкейки на тарелке выглядят ну очень привлекательно. Чёрт! — Или у драконов это врождённый дефект?

Хотелось на него сердиться, но при виде еды почему-то не выходило, как бы ни хотелось.

— Я всего лишь хочу удостовериться, чтобы ты поела в хорошей компании и не опоздала на занятия, и насчёт последнего тебе стоит поторопиться, а то у тебя вот тут, — Эван указал пальцем на мой не накрашенный глаз с таким абсолютно невинным видом, будто бы это всё было не его драконьих лап дело.

Фыркнув, я взяла кофе и уселась за туалетный столик, потянувшись за ватными дисками, чтобы стереть безобразие на втором глазу.

Признаваться не хотелось, но было в моменте что-то… трогательное. Эта странная навязчивая забота, от которой замирало сердце, ведь прежде никто ничего такого для меня не делал, тот же Лиам.

Он никогда не заботился о том, чтобы я поела, была в тёплой одежде или выспалась… Словно всегда оставалось что-то, словно за зеркалом, чего я не замечала.

— А ещё у нас первое занятие вместе, покажу тебе самое лучшее место, где можно спокойно поспать, — присел, отправляя в рот кусок яичницы. — И не забудь, что вечером у нас