Одна ночь... с бывшим - Айрин Лакс

подпишем с тобой договор, и ты продемонстрируешь мне свою готовность к сотрудничеству. И уже завтра я займусь решением твоих проблем.

— Кто сказал, что я могу тебе доверять?

— Никто. Мы друг другу не доверяем. Но иного выбора у тебя нет, Алина.

И я знаю, что он прав…

Но если Леднев думает, что я не выдвину свои условия, то он меня совсем не знает!

Глава 10

Алина

Очень-очень жаль, но похоже, что Леднев прав.

Конечно, он прав: я все другие варианты уже пересмотрела, примерила на себя и поняла, что ничего не выйдет!

Либо тюрьма и измывательства Сысоева, а он точно постарается меня унизить и сделать как можно больнее, либо прогнуться под Леднева.

От последнего варианта у меня в самом низу живота принимается вихриться возбуждение.

Прогнуться под него.… Я знаю, как это бывает сладко и на грани…

Не забыла, что ли?

Десять лет минуло, Алина… У него могли возникнуть некоторые проблемы, к тому же ему больше сорока. В это время либидо у мужчин снижается.

Однако потом я смотрю на член Леднева.

Толстый, с венами. как всегда, деликатно обработан так, что нет ни одного волоска… Можно брать до самого основания…

Его член — это что-то невероятное. Он даже в презервативе, с капюшончиком, смотрится величественно, а не смешно, как это обычно бывает.

Или я просто слишком высоко ценю этого мужика.

До сих пор…

Первый. Слишком долго он был единственным…

Даже когда мы разорвали отношения и оттолкнулись так далеко, как только могли, я долго не могла его забыть.

Голос, руки, губы…

Искала его неосознанно во всех других мужчинах и понимала, что самыми привлекательными для меня становятся те, которые чуть-чуть на него похожи.

Чуть-чуть — это их потолок. Не больше.

Хотя, откровенно говоря, сложно назвать Леднева красивым. Слишком холодный, угрюмый, жесткий. Взгляд… этот… Буром вспарывает грудную клетку.

Нет, не красивый. Ни разу…

Но желанный и когда-то безумно любимый.

А еще он умеет быть другим. Но я старательно обхожу стороной тот могильник с приятными воспоминаниями, сделав вид, будто там — схрон радиационных отходов.

Нужно быть благоразумной.

И, если уж вставать в позу и прогибаться, то на своих условиях.

— Хорошо. Реши мои проблемы, Леднев.

— Я знал, что ты согласишься, — улыбнулся.

Взгляд заискрился, скользнув по моему лицу, задержался на шее.

— Я все еще помню те чертовы чулки, — шумно выдыхает он, а ты…

Невольно я сжала бедра. Еще бы… не помнить…

Когда снизу в тебя вдалбливается горячий поршень, а на шее сладко затягивается удавка…

Мой первый сквирт….

После которого я убежала, подумав, что описала этого мужчину в постели…

Он тогда не успел кончить и пошел за мной… с этим могучим стояком наперевес!

Когда-то Леднев всегда заботился о том, чтобы сначала выжать из меня как можно оргазмов, и лишь потом расслабленно кончить самому.

«Тебе повезло, львица… — баюкал он меня, разрушая предрассудки. — Женщине доступно удовольствие мультиоргазма… А нам, мужчинам, остается только нажимать на стоп и ждать, пока бак снова наполнится…»

Все, что я знала о сексе, я узнала первым от него, и лишь потом расширяла горизонты.

— Ты тоже… Помнишь, — хрипло продолжает он.

— Так. Давай о деле. Сними презерватив.

— Хочешь мой член без резинки? Учти, я надеюсь, что ты… чистая и будешь принимать контрацептивы! — мгновенно отзывается мужчина.

— Я всего лишь хочу обсудить дела. С тобой, а не с твоим… Монстром…

— Теперь его состояние — твоя забота. Не нравится гондон — сделай с ним что-нибудь! — заявил Леднев.

— О, это я легко. Выметайся, Леднев!

— Что?

— Ты сам сказал… не нравится…

— Ах ты ж… СУКА! — взревел он и бросился на меня.

Я поняла, что не просто дернула тигра за усы, но еще и укусила его за нос и пнула под хвост.

Через миг я уже была прижата к стене, и пальцы Леднева двигали у меня между ног, а член грубо толкнулся между половинок задницы, угрожающе прижавшись к розочке ануса.

— Выебу.

— Не смей.

— Выыыебуууу… — начал размеренно нажимать толстым концом на тугое отверстие. — Ты не в том положении, чтобы ставить условия. Не в том!

— Тогда чем ты лучше Сысоева?! Ничем! — выкрикнула я.

— Тем, что ты на моем члене кончишь, а на его… нет… И пусть он даже примется тебе лизать, и натрет на языке мозоль, это тебе не подарит разрядку… Так что… Давно трахалась в попку? Десять лет… Сколько партнеров входили через заднюю дверь?

Стало больно и туго…

— Сколько? Не считала, поди…

— А ты сколько жоп оприходовал? — шиплю от боли. — Ненавижу…

Неожиданно из груди вырывается всхлип, который я не успеваю перехватить, и он превращается в отчаянный, но короткий вой.

Леднев свистяще выдыхает на ухо и прижимается лбом к моему затылку.

— Надеюсь, урок усвоен. Обсудим деловую сторону вопроса.

Отпускает. Так резко, что я даже не поняла, что случилось.

Вот только что он — горячий, жесткий, почти насильник, я под ним, окружена, раздавлена, порабощена…

И тут же его не стала.

В ванной шумит вода.

Леднев отошел, я поползла в сторону спальни.

Оделась, собрала волосы… Немного перевела дыхание.

Когда вышла, Леднев уже вовсю хозяйничал у меня на кухне и, видимо искал, что можно выпить.

— У тебя нечего пожрать! — заявляет он, захлопнув дверь холодильника. — И выпить тоже.

— Я не ждала никого в гости.

И морально готовилась, что квартира уже не моя, добавляю мысленно.

— Будешь жить в квартире, которую я сниму, следи, пожалуйста, за наполнением бара и холодильника. Я не должен ломать голову над тем, чем заморить червячка.

— Ты будешь приходить ко мне пожрать? Или потрахаться? — спрашиваю с вызовом.

Может быть, я зря показываю зубки, за каждый такой вызов он потом обязательно выставить счет.

Ничего не могу поделать, он меня бесит и точка.

— К делу! — садится за стол.

Я — сажусь напротив.

Леднев включает аудиозапись. Дотошно называет детали: имя, фамилию, дату и время, просит назваться меня.

Вот продуманный сукин сын!

Теперь не удастся отвертеться, даже если захочу!

Все зафиксировано.

Мы не любовники и даже не бывшие.

Сейчас мы просто деловые партнеры, и я заключаю сделку… на свое тело.

— Одна ночь! — требую я.

Леднев помрачнел еще больше.

— Всего одна? Уверена, что не захочешь большего?

— Ни за что. Я иду на это только потому, что у меня нет выбора. Ты меня заставил.

— Раньше тебе нравилось… когда я тебя заставляю, — проходится по телу раздевающим взглядом.

— Раньше ты и сам мне нравился.