Брат бывшего. Любовь не по контракту - Ксения Богда

И теперь будет глупо, если буду шарахаться от него.

— А вдруг укусишь? — шутливо проговариваю.

Захар хитро прищуривается и подводит меня к машине. Я удивленно вскидываю брови:

— Твоя?

Воскресенский качает головой, опровергая мои слова.

— Я, конечно, богат, но не вижу смысла иметь в каждом городе машину. Это каршеринг, Арин. Удобная штука, — распахивает передо мной пассажирскую дверь и показывает рукой. — Прошу.

— Куда поедем?

Захар загадочно улыбается.

— Пусть это будет небольшим сюрпризом. Надеюсь, больше аллергии у тебя не будет.

— У меня только на сирень, — виновато опускаю глаза. — Извини, что не сказала.

Захар кладет руку мне на талию и подталкивает к машине. Я послушно забираюсь внутрь, пристегиваю ремень, пока муж обходит машину спереди.

Пытаюсь понять, что за машина, но на руле только две переплетенные латинские буквы Р, а в марках я не особо понимаю. Никогда не интересовало, какая машина передо мной.

— Тебе не за что извиняться, Арин, — продолжает прерванный диалог Захар, заводя мотор. — Это мое упущение. Нужно было для начала узнать тебя получше, а я решил сразу же удивить.

Я открыто и громко смеюсь от воспоминания, как грохнулась в обморок от приступа. Кладу руку на предплечье Захара.

— Ты не виноват.

— В любом случае, — Захар задумчиво прикусывает нижнюю губу, — у нас достаточно времени, чтобы мы узнали друг о друге все. Вот сегодня и начнем.

— Хорошо, хорошо, — я поднимаю руки и улыбаюсь, мне становится легко. — Будем считать, что начинаем с самого начала.

Захар, кажется, слегка удивляется. Поворачивается ко мне, внимательно смотрит, как будто проверяет, не шучу ли я.

— Ты не против? — переспрашивает охрипшим голосом.

Как будто для него это важно.

— Не против. Я же тут с тобой.

Мы едем по центральным улочкам Флоренции, которые солнце заливает красноватым светом. Воздух наполнен ароматом свежеиспеченных круассанов. Прикрываю глаза и словно слышу в воздухе: «Расслабьтесь и наслаждайтесь».

— Ты просто обязан попробовать здешние круассаны, — задумчиво проговариваю я, когда наша машина проезжает мимо пекарни.

— Угостишь? — со смехом спрашивает муж.

Поворачиваюсь к нему. Появляется ощущение будто бы я попадаю в сказку, а Захар становится в ней принцем.

Мы проезжаем по Пьяцца-дель-Дуомо. Выезжаем к величественному собору Санта-Мария-дель-Фьоре, который возвышается над нами. При виде этого здания у меня перехватывает дыхание, и я непроизвольно сжимаю пальцы на руке Захара.

— Он прекрасен, — с восторгом выдыхаю я, впитывая атмосферу этого волшебного города.

Захар обнимает меня свободной рукой и прижимает ближе к себе. Я замечаю, как блестят на солнце его серые глаза, и стараюсь запомнить мужа именно таким. Не серьезным бизнесменом, а простым парнем, который везет девушку показать ей город.

— Ты был тут? — спрашиваю, глядя на Захара снизу вверх.

— Не доводилось. А что? — Воскресенский не сводит взгляда с дороги, лавирует между машинами.

— Ты так хорошо ориентируешься.

— Просто еду по центральным улицам, — сворачивает направо, оказываясь на очередной узкой улочке. — Немного подготовился и посмотрел в интернете, куда можно тебя отвезти.

Сворачиваем в лабиринт переулков. Нас будто переносит в прошлое: старинные двери с коваными ручками, окна, увитые растениями, тенистые арки. Захар иногда останавливается, чтобы сфотографироваться со мной на фоне арок или у крошечных фонтанчиков.

И со стороны мы вполне можем сойти за влюбленную пару. Но мне хочется запечатлеть эти волшебные моменты именно с мужем, чтобы он был со мной в кадре.

— Ты очень красивая, Арин. Мне повезло урвать такую красотку, — серьезно проговаривает он, а я краснею, пряча лицо у него на плече после очередного селфи.

Возвращаемся в машину и снова едем по улицам города.

На площади Синьории мы покупаем по порции кофе и садимся у фонтана Нептуна. Вокруг суетятся туристы, но мы просто болтаем обо всем подряд. Я спрашиваю, где был Захар. Супруг спрашивает у меня про мое увлечение ювелирным делом.

Солнце заходит, и становится холоднее. Я ежусь, слегка сжимая плечи. Захар стаскивает с себя бомбер и накидывает на меня.

— Замерзнешь, — киваю на его тонкий лонгслив.

— Главное, чтобы не замерзла ты.

После заката мы поднимаемся на площадь Микеланджело. Флоренция раскидывается перед нами, открывая купола, черепичные крыши, ленты улиц.

— Это похоже на сон, — выдыхаю я, глядя на эту красоту во все глаза.

— Рад, что тебе нравится, Арина, — он стоит, глядя перед собой.

А я смотрю на его спокойный профиль.

— Знаешь, — я замолкаю и жду, когда Воскресенский обратит на меня внимание, и он поворачивает голову. — Мне кажется, тебе этого не хватало.

Он удивленно выгибает бровь.

— Флоренции?

Качаю головой. Делаю шаг к мужу, оказываясь непозволительно близко, и меня окутывает его тепло.

— Хорошего отдыха.

Захар усмехается. Наклоняется так, что между нашими лицами остается крохотное расстояние. Я вижу, как его зрачки слегка расширяются.

— Значит, мне нужно поблагодарить тебя, жена.

— За что? — губы пересыхают, и я их нервно облизываю.

— Я ведь сюда за тобой поехал.

Захар опускает взгляд на мой рот, а у меня мелькает мысль: «Что, если он захочет меня поцеловать? Как мне себя вести?»

Глава 11

Но Воскресенский моргает — и момент рассыпается, превращаясь в пыль. Я отступаю, увеличивая расстояние между нами.

— Нравится? — кивает Захар, но я слышу в его голосе что-то похожее на растерянность.

Или мне хочется так расценивать его эмоции. Не хочется, чтобы в такой ситуации Захар оставался равнодушным роботом, каким он был там, дома.

— Очень, — делаю вид, что увлечена разглядыванием картины перед нами. — Тут потрясающе. Никогда не видела такой красоты.

— Не холодно?

— Немного.

Захар берет меня за руку, и мы молча уходим с площади. Я обещаю себе, что до конца обучения обязательно вернусь сюда ещё раз. Просто насладиться и напитаться энергетикой этого места.

— Голодная?

У Захара что, после определенного времени лимит на слова? Говорит односложно и отрывисто.

— Я бы поехала домой. Уже поздно, а мне нужно отдохнуть.

Замечаю, как Воскресенский слегка сжимает губы, но кивает и заводит машину. Мы медленно выезжаем с парковки и вливаемся в поток машин. Какое-то время молчим, но муж решает первым нарушить тишину.

— Так какие цветы ты любишь, жена?

Хитро улыбаюсь, поворачиваюсь лицом к мужу и слегка склоняюсь к нему. На таком расстоянии я могу легко рассмотреть каждый волосок в его бороде. Он косится на меня и тоже усмехается. Становится похож на мальчишку, а не на взрослого мужчину, который контролирует каждую свою эмоцию.

Сейчас он снова становится открытым.

— Уверен, что готов узнать?

— На все сто. Кактусы? Так и знал, что нужно взять один.

Громко смеюсь и