Не уходи от меня! - Нина Лелет

Ночью все же, оставшись наедине с собой я стала прокручивать разные варианты дальнейших действий. Без сомнений нужно развестись, забрать ребятню и учиться жить заново без мужа. Но как? Будущее меня страшило. Уйти в никуда?

Не могла уснуть, лежала, не открывая глаз, слушая, как тикают настенные часы.

Я чувствовал себя совершенно разбитой и уставшей от прожитых событий этих дней. В горле пересохло, в висках стучало в такт с громкими стрелками, в конце концов забылось беспокойным сном. Суматошный день дал о себе знать.

Когда я проснулся, было совсем светло. Открыв глаза, я увидел, что Артём стоит у моего изголовья.

Он улыбалась мне, но я не могла понять, почему он улыбается. — Ты так сладко спала, мама — сказала он. И я почувствовала, что не одна в этом мире, у меня отличные парни, ради которых стоит жить и жить хорошо.

— Мам, я завтрак приготовил проговорил он, — и Диму с Артуром разбудил, они сейчас умываются, но Артур сам не справляется, вредничает.

— Спасибо, Артём, — проговорила сыну, — ты у меня совсем взрослый, мамин помощник.

В этот самый момент я осознала, что дороже моих детей у меня нет никого и не будет, конечно я и раньше это знала, но сейчас чувствовала особенно остро, а Денис, если не захотел жить с семьёй и воспитывать сыновей, то это его проблемы, никак не мои.

На душе было горько. Но жизнь продолжается.

Я решила остаться в квартире до аванса, он должен быть через неделю, собрать пока вещи, а потом снять недорогую комнату где-нибудь. На досуге займусь поисками подходящего варианта.

Завтракать я не стала, выпила чашку зелёного чая. Кусок в горло не лез, и не хотелось совсем.

На работе я хотела поговорить с Ирой, но она уже уволилась, оказывается вчера был её последний день на фабрике, кому теперь изливать душу, усмехнулась я. Ирина часто давала дельные советы, а теперь вместо неё стояла какая-то хамоватая особа.

Когда я, заняв своё рабочее место, поздоровалась она окинула меня высокомерным взглядом и промолчала.

Сегодня я косячила, пальцы меня не слушались, укладывала сладости не туда, не в том количестве, иногда роняя, словно впервые пришла на работу.

А перед уходом меня вызвала к себе наша начальница Эльвира и отчитала за плохую работу.

— Ты что себе позволяешь? — громко спросила она, — за твои сегодняшние нарушения можно смело лишить тебя премии.

— Как будто я её получаю, — возразила я.

За несколько месяцев работы на фабрике мне ни единого раза не выплатили премию, хотя некоторые получали иногда приличные суммы к зарплате.

— Не дерзи, Кузнецова, а то незаменимых нет, а у тебя одни нарушения.

Я прикусила язык, работу терять никак нельзя.

— Извините, я больше не буду, — проговорила приглушенно. И все время думала, откуда Эльвира узнала, что я сегодня в плохой форме, неужели поставили камеры, которые обещали установить уже давно.

После смены забрала Артура и мы пошли домой, где меня ждал неприятный сюрприз в виде моего мужа, решившего осчастливить семейство своим присутствием.

Денис как ни в чем не бывало сидел на кухне и пил чай с рулетом, который покупала детям.

— О, жёнушка явилась, — язвительно проговорил он.

Я промолчала и прошла в комнату, чтобы переодеть Артура. Сын же намеревался пойти к отцу, но я не пустила.

На кухню тоже идти не хотелось. Разговаривать с Денисом тоже. Но муж видимо считал иначе и зайдя к нам в комнату, начал говорить гадости.

— Я думал ты уже свалила?

— Как видишь нет! — процедила я сквозь зубы, — но ты не волнуйся, скоро съедем.

Артур слез с моих коленей и побежал к Денису, протянул руки.

Тот поднял его, но через несколько секунд опустил на пол и велел идти ко мне.

Моё сердце обливалось кровью, даже ребёнка, который по нему скучал не захотел приласкать. Артур надулся и вернулся назад.

Я не понимала, как можно отречься от детей ради какой-то чужой бабы. Ненавижу его! — думала я.

Глава 10

— Нам стоит все обсудить, — заявил муж, скрестив руки на груди, смотря на меня чужим взглядом, холодным и колючим.

— А что тут обсуждать? Как ты обманывал меня? Или как и где изменял? Или обсудить то, что теперь мы тебе больше не нужны! — произнесла я.

— Ты же понимаешь, что так будет лучше? Я не хочу, чтобы ты страдала рядом с мужем, который тебя не любит.

Как же он изменился, — подумала я, некогда заботливый и любящий, сейчас передо мной стоял совершенно незнакомый мне Денис и говорил, что это всё ради моего же блага.

— Я с детьми уйду, — проговорила в пол голоса, — но дай нам дожить ещё неделю в квартире до аванса, сейчас идти просто на просто некуда.

— Хорошо, оставайтесь! — произнёс он, — не хочу выглядеть совсем козлом, выгоняя вас.

— Спасибо, — произнесла глухо.

В груди было такое чувство, что всё выжжено. Сделала глубокий вдох, стараясь не выдавать волнения, делая вид что мне всё равно. Не стоит лишний раз напоминать о своей уязвимости. Пусть считает меня сильной и бесстрашной. Плакать и умолять его не уходить от семьи не буду, не вижу смысла. Тем более умолять его, чтобы разрешил нам с детьми пожить ещё тут подольше.

— Но вам придётся немного потесниться, — продолжил он, — уселся на диван, подложив под спину подушку, откинулся назад.

Посмотрела на него вопросительным взглядом.

— Не поняла, в смысле потесниться?

Артур слез с моих рук и убежал в комнату к братьям. А я отвернулась к окну, чтобы не смотреть на Дэна. И чтобы он не смог видеть моей боли.

— Понимаешь, у Лики сейчас проблемы с жильём, — начал он, — поэтому я хочу привести её домой.

Я чуть не задохнулась от злости и негодования.

Резко повернулась к нему и приблизилась почти вплотную.

— Что-о — о? — закричала я, ты хочешь привести свою любовницу к нам домой? Ты в своём уме? Подождать нельзя, пока мы уедем?

Мало того, что Денис решил оставить семью ради какой-то рыжей девки, так ещё и в дом её намеревается привести, в квартиру где живут его несовершеннолетние дети.

— Да, ты не ослышалась! Квартира ведь всё равно моя, ты не имеешь на неё прав, я могу делать всё, что посчитаю нужным. Заметь, я предложил вам всего лишь потесниться немного.

— За что ты так с нами? — мой голос дрогнул.

В голове не укладывались его слова.

— Пойми меня, я отношусь к вам хорошо, люблю детей, но