Не пара для меня - Александра Мауль

выходит из-за стола. Смотрю на него и, наверняка по лицу видит, боюсь того, что будет дальше. — Я сказал, поднимайся! Если говорить не будешь, то и сидеть здесь, нам смысла нет.

Поднимаюсь на нетвёрдых ногах.

Виктор хватает меня за запястье и тянет за собой, по дороге выключая свет везде, где проходим. Останавливается у комода, забирает ключи и толкает меня к выходу. Больше не держит, знает, что никуда не убегу, нет в этом никакого смысла.

— Куда теперь? — спрашиваю и смотрю на Виктора. — в подвал к. как его там…?

— Каспиан, — подсказывает Виктор, — но нет, ни к нему. Успеешь ещё посидеть в подвале.

Когда оказываемся на улице, нас встречает утренняя прохлада. Ветер развевает мои волосы, и я слышу, как Виктор позади меня, делает глубокий вдох. Стараюсь не думать о том, что это странно.

Обнимаю себя руками и останавливаюсь, поворачиваюсь к красавчику, а он указывает мне на свою машину. Интересно, куда он меня повезёт. Спрашиваю его об этом, но он молчит.

Не двигаюсь и скрещиваю руки на груди, когда он открывает для меня пассажирскую дверь и дарит полуулыбку.

— Домой мы поедем, Джун. Ко мне, — говорит Виктор и усмехается, когда я оборачиваюсь на дом, откуда мы только что вышли. А это тогда что за место? — В этой квартире я не живу.

Шумно выдыхаю и поджимаю губы. Ну, ясно, в этой квартире он не живёт.

Понятно, что он в ней делает.

— Опять это осуждение… — бубнит он и подталкивает меня в машину.

Глубоко вдыхаю, когда снова оказываюсь в машине красавчика и испытываю смешанные чувства.

— Пока мы будем в дороге, Джун, советую тебе хорошо подумать. — говорит Виктор, когда садится в машину — Чтобы ты не решила, мы будем активно искать того, кто отправил тебя к нам. Потому что всё намного серьёзней и здесь дело уже даже не в тебе, а в том, что в моём мире творится что-то неладное. Я слишком давно живу и уверен, что здесь замешаны и другие ликаны. — он заводит машину и бросает на меня задумчивый взгляд. — А теперь подумай немного. Ты завтра-послезавтра с подачи Хэйдэна вернёшься в свою обычную жизнь, и что предпримет тот, кто дал тебе оканит, когда узнает, что прямо сейчас мы активно ищем его. А если он обитает среди ликанов, то будь уверена, узнает уже через несколько часов, если, конечно, уже не в курсе того, что за ним совсем скоро придут.

Тяжело вздыхаю и отворачиваюсь к окну. В словах красавчика много смысла. И мне действительно есть над чем подумать. К тому же в груди так начинает давить, оттого, что и, в самом деле, чувствую себя глупой. Эмоции утихли, а понимание того, что натворила, только-только пришло.

Напрягаюсь, когда мы выезжаем из города и едем в сторону леса. Он что живёт в какой-то лесной хижине?

Когда останавливаемся, понимаю, что он действительно живёт среди леса, но дом его назвать хижиной язык не поворачивается.

Дом из красного кирпича с коричневой крышей в два этажа с панорамными окнами и террасой. Красотища. Похоже, он действительно какой-то важный ликан.

— Добро пожаловать домой, — говорит Виктор, но, похоже, себе, а не мне, когда открывает дверь и проходит вперёд. Не оглядывается, чтобы посмотреть иду я за ним или нет, и я никак не привыкну, что ему это совсем необязательно. Он же ликан.

— Надеюсь, Селин заполнила мой холодильник. Селин присматривает за моим домом и еду иногда для меня готовит, — поясняет зачем-то Виктор, когда поворачивается ко мне, — Давай, идём! — кивает он.

Следую за ним, судя по всему, на кухню.

— Готовить, надеюсь, умеешь? — спрашивает он — Раз уж убить меня не смогла, то хотя бы накорми. — он указывает мне на стул, что стоит у стола, а сам проходит к холодильнику и открывает его. Изучает содержимое, а потом бросает на меня странный взгляд.

— Ну, я испробовала только один способ, — говорю я красавчику и бросаю на него злой взгляд. — Не боишься, что после моей стряпни точно не выживешь. Тут тебе ни скорость, ни слух не помогут.

Он издаёт смешок.

— Пожалуй, ты права, — закрывает холодильник и склоняет голову, разглядывая меня. — Сам этим займусь. — а потом снова поворачивается к холодильнику, открывает его и достаёт от туда овощи, мясную нарезку, хлеб.

Наблюдаю за тем, как он возится с сэндвичами. Снова испытываю странные эмоции. Я на него напала, а он меня накормить собирается.

Мой мир переворачивается с ног на голову.

Виктор тем временем делает сэндвич для себя, и для меня. А потом шумно ставит передо мной тарелку. Признаюсь, что есть действительно хочется очень сильно. Но я делаю вид, что мне это не интересно.

— Ешь, Джун! — приказывает красавчик — Я на тебя не нападал, другого от тебя хотел. Так, что боятся моей еды, нет никакого смысла. — улыбается он и опять смотрит таким взглядом от которого всё внутри переворачивается. Ничего не могу поделать с тем, что краснею.

— Зачем ты меня сюда привёз?

— Потому что это мой дом, и я хочу отдохнуть. — говорит он и вытаскивает из кармана телефон. Включает его и кладёт на стол рядом со своей тарелкой — Я только вернулся из длительной командировки, а сегодняшний вечер планировал провести в приятной компании — телефон тут же оживает и Виктор замолкает. Опускает свой взгляд в телефон, возится там какое-то время, а когда поднимает голову, чтобы что-то сказать телефон снова звонит.

Наблюдаю за тем, как Виктор кладёт в тарелку свой сэндвич и отвечает на звонок. Поднимается и ходит по комнате туда-сюда. Когда завершает звонок, ещё долго стоит, набирая сообщение. Разве сейчас не время для сна? Или ликаны вообще не спят? Снова болью отзывается мысль о том, что я ничего не знаю о ликанах.

— Займёшь одну из гостевых комнат, а завтра решим, что с тобой делать. — говорит Виктор и я вздрагиваю, потому что задумалась.

— Что со мной теперь будет?

— Ничего, — пожимает плечами Виктор и подходит к столу, усаживается и снова начинает есть. Но его телефон опять оживает. Целая куча сообщений. — Я очень надеюсь, что станешь нам помогать, если нет — то будем действовать своими методами. Отправишься домой, наверное. Не знаю, что вы там решите с Хэйдэном.

Хэйдэн меня пугает, хоть и говорил о том, что пытался обо мне заботиться. Вид у него совсем не заботливый, а такой, словно вот-вот накинется и разорвёт.

— Вот так просто отпустите? — прищуриваюсь я и смотрю на него в упор.

— А