Зверь выбирает тебя - Лана Светлая

со мной вот уж точно не как с другом. Прикосновения, взгляды, слова – всё Димино поведение кричало о том, что он решил пойти ва-банк. Мои аккуратные намеки, что я всё ещё не готова рассматривать его в качестве своего парня, им попросту игнорировались. И ведь он прекрасно понимал меня, но выбрал позицию «ничего не слышу, ничего не вижу».

В кинотеатре было сложнее всего. Дима то руку на подголовник моего кресла укладывал, что заставляло меня сжиматься и начинать чуть ли не сползать по сиденью вниз, топотом пытался несколько раз положить свою ладонь на мою руку, лежащую на подлокотнике.

В кафе, куда мы зашли после фильма, стало немного попроще. Мы сидели за столиком друг напротив друга, поэтому возможности как-то вклиниться в моё личное пространство у мужчины особо не было.

Как же я мечтала, чтобы этот вечер с ним подошел к концу, а я наконец-то вернулась в свою квартиру.

Глупая.

Если бы я только знала, что меня ждёт дома, молилась бы весь вечер совершенно о другом.

Глава 9

9

Роман

Подойдя к панорамному окну, засовываю руки в карманы брюк и смотрю в сторону «Восточного блока».

Забавно, что район людишек отсюда мне прекрасно виден. Мой кабинет в офисе, находящийся на самом верхнем этаже компании, как раз окнами выходит на ту сторону, где можно увидеть этот блок.

Хм-м… да, забавное совпадение.

Волчара внутри беснуется, не понимая, почему мы не забрали там, возле отеля, самку. Требует от меня отложить все дела и отправиться на охоту. Рычит и скалится, думая, что это заставит меня действовать так, как требует наша звериная часть.

Если бы в тот момент не нужно было срочно съездить на один адрес, который мне дал Ларионов, чтобы поймать одного мелкого крысеныша, хрена с два я бы так просто отпустил девушку. Ещё в отеле бы подошёл и познакомился.

Досадно, что по нужному адресу уже никого не застали. И девчонку, получается, зря отпустил, приказав, правда, проследить за ней и выяснить, кто такая.

Стук в дверь, на который я реагирую лишь прищуриванием глаз, не отвлекает от рассматривания места, в котором, скорее всего, она живёт и которое меня так теперь интересует. Даже когда в кабинет заходит Борис, я не оборачиваюсь.

- Слушаю, – равнодушным тоном произношу, слыша, как он направляется к моему столу и замирает возле него. – Давай только коротко. Подробности я потом сам прочитаю в досье.

- Алёна Турина, двадцать два года. Есть две сестры. Старшей, той, что работает в отеле, двадцать восемь лет, – начинает спокойно докладывать Борис. – Младшей двенадцать, инвалид на коляске. Родителей нет, погибли четыре года назад. Обитают сестры все вместе в «Восточном блоке» и живут довольно бедно.

Бедно, значит…

Неужели будет настолько всё просто?

- Все средства уходят на лекарство мелкой сестре, – продолжает Боря и переходит к тому, что мне больше всего интересно. – Алёна подрабатывает санитаркой в больнице и ещё моет полы в домах. Но в основном сидит с младшей сестрой.

- У неё кто-нибудь есть? – мой тон становится холодным.

Так-то мне похер на конкурента. Устранить его не составит особого труда. И настроение у меня как раз очень подходящее. Вот уже как пару дней зверски хочется кого-нибудь убить.

В ожидании ответа немного, правда, напрягаюсь. Одна сторона верхней губы дёргается. Вижу своё отражение в окне и свой кровожадный оскал. Глаза тоже начинают светиться желтизной.

- Нет.

Плечи расслабленно опускаются, а клыки втягиваются обратно.

- Привези её ко мне сюда, – разворачиваясь, отдаю приказ. – Только давай без жести, Борь. Хотя подожди… – задумчиво тру подбородок. – Сюда не надо. Давай в «Глорию», – называю ресторан, где довольно часто обедаю или ужинаю, – часам к девяти вечера.

В его глазах светятся недоумение и море вопросов, но озвучивать их он опасается.

Усмехаясь, киваю, тем самым давая понять, что согласен их услышать. Вполне возможно, что отвечу не на все. Тут всё зависит от того, насколько оборзеет Борис. Но на некоторые он ответы получит. Кстати, мне и самому выгодно озвучить вслух кое-какие вещи.

- Я правильно понял, что ваш интерес никак не связан с нашими рабочими делами?

- Правильно, – сажусь на своё рабочее кресло и киваю Боре, позволяя ему тоже сесть. – Тут глубоко личный интерес.

- Она же… простая человечка, – осторожно говорит он. – Даже не полукровка, – уточняет так, как будто я каким-то образом пропустил эту важную деталь.

Ставлю руку на подлокотник кресла и, подперев кулаком висок, молча киваю.

- Будут вопросы. Мне какую версию озвучивать? – довольно дипломатично интересуется он.

Хитрый сукин сын!

Усмехаюсь.

- Боря, мне просто стало скучно. А тут такое развлечение на горизонте замаячило, – холодно улыбаясь, убираю руку от лица и сажусь ровно. – Ты понял, какую версию для всех должен озвучивать?

- Конечно, Роман Демидович. Я бы ещё кое-что хотел уточнить. Насколько мне можно… жестить, как вы выразились?

- Это мой подарок, который я сам себе хочу сделать. И мне нужно, чтобы он был… хм-м… не сильно помят, когда ты его привезёшь в ресторан. По-хорошему, он вообще не должен пострадать как-то физически.

- Девушка может отказаться ехать. Категорически.

- Борь, мне плевать, как ты её заставишь. Я словесно имею ввиду. Предложи ей сначала денег. Если и это не поможет, шантаж и угрозы никто не отменял. Ну чтоя тебя буду учить. Сам всё знаешь. Ладно, с этим разобрались. Что там с нашим делом?

- Парнишку уже привезли. Мне заняться им?

Смотрю на наручные часы.

- Тебе уже выдвигаться нужно. Хрен его знает, сколько тебе потребуется времени, чтобы… уговорить её, – задумчиво произношу, начиная вставать. – Ну а с парнишкой я сам разберусь, – оскаливаюсь.

Надо всё-таки порадовать своего зверя, предоставив подходящую жертву, на которой он сможет оторваться по полной.

Пусть зверюга немного спустит пар, прежде чем мы поедем в ресторан.

Мы одновременно выходим из кабинета и расходимся.

Спустя час, обернувшись, встаю на ноги и с глухим раздражением смотрю на безжизненное и истерзанное мной тело оборотня, лежащее в крови на полу помещения на цокольном этаже моей компании.

Зверь доволен, а вот я нет.

Ничего важного мне не удалось из парня вытянуть. Скорее всего, он и правда лишь мелкая сошка, которая ни хрена не знает.

- Роман Демидович, Борис Аркадьевич звонит, –