Развод и две свадьбы - Мария Геррер

— Уж какое есть, — она указала ему на дверь в ванную. — Руки тут вымой.

Кухня и правда крошечная. Для одного нормально, вдвоем уже тесно сидеть за столом. Зато это ее личная норка, в которой Ксении уютно. Куда можно забиться от злого мира и от гада Антона. Отгородиться и переждать до лучших времен. Вот только когда эти лучшие времена придут? Ксения вздохнула, вымыла скалку и убрала ее на место.

Поставила на стол чашки, банку растворимого кофе, сахар и пиалу с остатками печенья. Все, больше дома ничего нет. Она не планировала на следующий день после свадьбы возвращаться сюда. Ксения вообще планировала выставить квартиру на продажу.

После свадьбы Ксения и Антон собирались жить на съемной квартире, пока не купят свою. Антон нашел большую, в новом доме в отличном районе. Теперь, наверное, будет в ней кувыркаться с Анной.

— Слушай, а где тут ближайший супермаркет? — поинтересовался Стас, заходя на кухню.

— Рядом нет, есть магазин в соседнем доме, но так продукты так себе, и с наценкой. Не советую в нем ничего покупать. А тебе что надо?

— Да хоть шоколадку. Я не думал, что буду у тебя кофе пить. Ничего не захватил.

— Не надо, — махнула рукой Ксения. — Вот печенье, к кофе отлично подойдет. Или ты есть хочешь?

— Нет, я же к тебе не есть пришел, — заметил Стас. — А что, у тебя кофе только растворимый? — удивился он.

— Ну да. А ты такой не пьешь? Тебе вареный подавай? Может, еще и свежемолотый зерновой?

— Не поверишь, именно такой я и пью. Я гурман в вопросах кофе.

— У меня другого нет, — призналась Ксения.

— Тогда и такой сойдет.

— Рада, что тебя он устраивает, — хмыкнула она в ответ.

Хотя Стас и не оценил растворимый кофе, в воздухе витал приятный аромат.

— Разведешься со своим? — поинтересовался Стас.

— Нет, прощу и буду жить с этим уродом как ни в чем не бывало. А ты Анну простишь? Когда-нибудь?

— Ей это и не надо, — вздохнул Стас. — Она к твоему вернется. У них давняя любовь. Мне в ее сердце места больше нет.

— Очень печально, — Ксения разлила кипяток по чашкам, размешала для Стаса. Антон приучил ее к этому.

— На удивление вполне приличный растворимый кофе, — пригубил напиток Стас. — Спасибо. Следующий раз я тебя угощаю. Ощутишь разницу.

— Ты говорил, что из Анны сделал красавицу. Она теперь вся из себя какая королевишна, леди, гламурная штучка. А раньше была гопница гопницей.

— Гопницей она никогда не была. Была просто красивой девушкой. Но вульгарной. Ты тоже симпатичная.

— Но не красавица?

— Красота понятие растяжимое, — уклончиво ответил Стас.

— Что со мной не так? — в лоб спросила Ксения. Друзья и мама с Филиппом наверняка ей правду не скажут. А Стасу врать не за чем, они чужие люди. — Я просто симпатичная и все? Красивой никогда не буду? — ей вдруг стало обидно и захотелось заплакать.

— А тебе это надо? Почему все девушки хотят быть красавицами? Мало вам быть милыми и симпатичными?

— Хочется… — призналась Ксения. — Можешь из меня если не красавицу, то хотя бы что-то интересное сделать? Посоветовать, что исправить, что одевать.

— Я не стилист, я автослесарь, — пожал плечами Стас. — Анна мне нравилась всегда. И я сразу понял, что надо добавить, что убрать. Тебя я почти не знаю. Нельзя просто изменить внешность и стать другой. Это зависит от характера, от внутреннего мира.

— Может, ты и автослесарь, но говоришь, как настоящий стилист. Так что во мне не так? Почему Антон прямо на свадьбе мне изменил?

— Потому что он кобель. Обычный кобель. Мы, мужики, такие сволочи. К нему вернулась прошлая любовь, вот он и потерял голову. Забыл и о тебе, и об элементарных правилах приличия. Мужики не головой думают, если что.

— Это я уже поняла, — вздохнула Ксения и захрустела печенькой. — Мне Антон нравился с первого курса. Я в него была влюблена и на других не смотрела. А теперь понимаю, что и на меня особо никто не смотрел. Я что, совсем серая мышка?

— Для начала называй себя по-другому. Будь не мышкой, а летучей мышью.

— И что, это большая разница?

— Конечно. Ты не серость, а свободное, загадочное ночное существо. Слышишь, как изменилось звучание?

— Ага. Продолжай, — попросила Ксения. — Мне такой подход нравится. Итак, я летучая мышь. «Вино и мужчины моя атмосфера»? — процитировала она старую песню.

— Не утрируй. Подойди к проблеме серьезно. Если на то пошло, Бэтмен тоже летучая мышь. И он не проститутка. Так что или слушай меня и молча пей свой растворимый кофе. Или живи как жила раньше.

Глава 10

— Что в тебе не так? Сейчас ты слишком переживаешь, поэтому понять, что не так сложно. Думаю, ты слишком любила Антона. Или как его там?

— Да, Антон. И да, я его любила как последняя дура. Верила ему. А он меня ведь об этом не просил… — вдруг поняла Ксения. — Он мне ничего не обещал. Сказал, что любит и давай поженимся. Сказал как-то слишком заученно. Я уши и развесила. Обрадовалась, ведь так долго ждала этого.

— Думаю, твоя проблема в том, что ты хотела ему понравиться. И угодить. И потеряла индивидуальность. Даже одевалась так, чтобы твоему Антону нравилось. Я, конечно, не психолог. Тебе, наверное, надо к специалисту, а не к автослесарю с такими вопросами.

— Может, ты и прав. Но скажи, какое у тебя первое впечатление обо мне? Говорят, оно самое верное. Я не обижусь, говори, как есть.

— Если учесть, что я увидел тебя, когда ты неслась по улице от жениха, то могу сказать одно — ты решительная. Сбежать с собственной свадьбы не каждая способна. Даже если застукала новобрачного с другой.

— Хорошо, дальше, — приободрилась Ксения.

— Платье мне твое не понравилось. Правильно сделала, что фату выкинула. Она как целлофан на дешевом букете. Платье как на кукле. Пышное, все в оборках. Верх хороший, открытый. Плечи, грудь, все видно.

— Грудь? — вспыхнула Ксения.

— В пределах приличного, — поправился Стас. — Видно,