Ночь с драконом - Кира Фарди

Сейчас мяч был в руках Голена. Он бежал изо всех сил к воротам, где его ждал Карадарс. Преследователи остались далеко позади.

— Голен, давай! — крикнул егерес. — Вперед!

Голен, услышав знакомый голос, затормозил и… обернулся драконом. Громкий свист зрителей оповестил поражение. Юноша в сердцах бросил мяч в ворота, даже попал в точку, но, увы, было уже поздно.

Опустив голову, Голен побрел к Рею.

— Простите, егерес, я опозорил род, — опечалился он.

— Нам нужно поговорить.

Рей пошел вперед к таверне, где брал эль, Голен поплелся следом. Они сели за стол, пригубили напиток. Егерес видел, как подрагивают пальцы юноши. Правитель мог бы вызвать его в тронный зал, официально оповестить о решении совета, но предпочел сказать неприятную весть в непринужденной обстановке.

— Вы меня будете ругать? — насупился Голен.

— Нет.

Рей замолчал, не зная, как начать тяжелый разговор. Рагнар тоже не помогал, он сидел с сердитым видом и смотрел в сторону: был не согласен с постановлением совета.

Егерес тяжело вздохнул, сделал глоток эля и сказал:

— Ты, наверное, уже догадался, зачем я тебя позвал.

— Я заложник? — побледнев, спросил Голен.

— Да, увы, — егерес вздохнул и, торопясь, добавил: — Друзья проводят тебя в страну людей, я тоже полечу с тобой.

— Нет, егерес! Нет! Вам нельзя! — перепугался мальчишка.

— Я так хочу! А свои решения я не меняю. Предупреди друзей, вылетаем рано.

Вдруг они услышали грохот, переглянулись и дружно бросились вон из таверны. На площади была суматоха. Горожане бежали, крича, роняя все на бегу. Валялись овощи, фрукты вперемешку со сладостями, фонарями и мусором.

— Что случилось? — командор схватил за руку торговца элем.

— Нити! На окраине видели нити!

Нити — это была настоящая беда для драконов. Они появлялись из ниоткуда, обрушивались черным дождем и душили гибкими плетями все, что попадалось на пути. Боялись нити только огня, поэтому сразиться с ними мог далеко не каждый дракон.

— Все в укрытие! — крикнул егерес. — Прячьтесь по домам.

Он схватил свисток, висевший на шее, и громко просвистел позывной. Тут же откликнулись смотровые вышки, разбросанные по городу. Рей видел, как с них сорвались дозорные и рванули в небо, и удовлетворенно улыбнулся.

Площадь опустела. К правителю подбежали друзья Голена.

— Позвольте мне сразиться с нитями! — бросился к егересу Нид. — Я могу уже долго держать огонь!

— Нет, у тебя другая задача! — не согласился Рей.

И вот теперь они кружились над городом людей и выискивали дом, над которым трепыхался красный треугольник — знак, что здесь живет шилесса.

Глава 7

Глава 7

Я смотрела, как драконы один за другим опускаются во двор и превращаются в людей, обычных людей, точно таких же, как мы, и думала, что схожу с ума. Даже представить не могла себе такую картину.

Зато Гарпи мигом встрепенулась, бросила ошейник кузнецу со словами:

— Доработай! — и кинулась встречать гостей.

— Вы же сказали, что они прилетят вечером, — всполошилась я от отчаяния.

— Я сама так думала, — крикнула на бегу Гарпи, потом подхватила юбки и припустила быстрее, попутно отдавая распоряжения слугам.

Мы с Пикси переглянулись и побежали следом. Крошки-кайри закружились над головой, как только с моей шеи сняли металлическое кольцо. Они подхватили меня и понесли. Не долетев несколько шагов, опустили на землю. Сзади в спину ткнулась запыхавшаяся от бега Пикси. Мы во все глаза смотрели на пришельцев.

Четверо мужчин, совсем молоденьких, таких же по возрасту, как Пикси, которой было не больше пятнадцати лет, удивленно оглядывались, словно не понимали, где находятся.

— Приветствую вас, достопочтенные драконы! — поклонилась Гарпи, и все сбежавшиеся слуги опустили головы.

Они окружили кольцом драконов и с любопытством разглядывали их.

— Совсем безусые юнцы, правда, Пикси? — я ткнула служанку в бок. — Даже поверить трудно, что это могущественные драконы. Словно костюмы сбросили.

— Ага.

Голос прозвучал сипло, я оглянулась, эта дурында стояла с раскрытым ртом и смотрела на последнего дракончика, такого миленького и сладкого, что хотелось его ущипнуть. И вообще, все юноши были писаными красавчиками, даже у меня бабочки затрепетали в животе от восторга. Кайри кружились вокруг меня, будто специально создавая завесу, и шелестели:

— Ох, шилесса, ох, как грустно!

Я щелкнула пальцами, отгоняя крошек, сейчас меня интересовали драконы, а их будто специально подобрали по цветам.

Один черный, как ночь, серьезно смотрел непроницаемыми глазами, и мороз бежал по спине от этого взгляда.

Другой — весельчак, он тряс рыжими кудрями и широко улыбался. Казалось, что он в полном восторге от приключения. Третий, с русыми волосами, двигался так плавно, словно имел тело без костей, так и казалось, что вода течет, переливается. А последний — блондинчик, на которого, не отрываясь, глазела Пикси, и вовсе походил на ангела, каких я видела в книгах и на картинах.

Вот только ангелок грустил, а вместе с ним и мое сердце сжималось от тоски.

— Приветствуем вас, люди, — поклонилась четверка.

— В этом доме мы должны забрать шилессу? — спросил чернявый и обвел взглядом двор.

— Да-да, ошейник целомудрия почти готов, — заторопилась Гарпи. — Проходите сюда, гости дорогие.

Но драконы медлили, поглядывали на небо, словно еще кого-то ждали. Чернявый внимательно оглядывал всех слуг, наконец посмотрел на меня. В его глазах зажглись огоньки, он оценивающе наклонил голову и улыбнулся. И сразу его лицо подобрело, стало милым и привлекательным.

— Летит! Еще один летит! — закричал кто-то в толпе слуг.

Мы дружно задрали головы. Высоко над нами кружилась огромная птица, вот она ушла в крутое пике и у самой земли перешла на бреющий полет. Картина завораживала. Я даже забыла, что буквально сегодня утром попала под машину и оказалась здесь. А теперь вокруг меня чужой мир, странный, страшный, я наблюдаю за полетом дракона, словно перенеслась в сказку.

Встряхнулась, прогоняя наваждение, может, это лекарственная галлюцинация? Мне капают обезбаливающие, я вижу длинный и красочный сон. Скоро проснусь и окажусь в своем мире, буду лежать на больничной койке, а рядом со мной на стульчике будет дремать мама.

Ущипнула руку, вскрикнула от боли, Пикси бросилась дуть на покрасневшую кожу.

— Не калечьте себя, шилесса, — упрекнула меня девчонка и покосилась на блондинчика.

В