Где болит, там любит - Екатерина Ромеро

Отвечаю больше на автомате, потому что я захмелела, а еще почему-то мне так хорошо стало. Приятно в теле. Все слово расслабилось и вообще. Стало ярким и цветным, таким смешным, прикольным. Шампанское вселило в меня уверенность и забрало всякий стыд.

Я даже не замечаю, когда уходит Мироська, я не понимаю, что осталась одна в этом совершенно чужом для меня доме за городом, среди кучи молодых парней, которые тоже выпили точно не меньше, чем я сама.

Я танцую еще час точно, прежде чем у меня почему-то начинает кружиться голова. Постепенно все качается и плывет перед глазами, но настроение просто шикарное. Кажется, я еще никогда не была настолько веселой и расслабленной.

Пытаясь найти хоть какую-то опору, я отхожу от толпы, и в этот самый момент чувствую, как меня кто-то берет за руку и, прижав к холодной стене спиной, впивается в мои губы своими.

Дерзко, нагло, без права на отказ и без возможности уйти тоже.

Глава 8

Ранее днем

— Гордей, лицо попроще. Ну забрал дядюшка у тебя машину и что? Весь день будешь зуб на него точить?

— Я без машины, как без рук. Вашими молитвами, блядь.

— Да я то причем? — недоумевает Милош. — Ты свою тетушку поблагодари. Это ж она тебя сдала.

— Достали они меня уже все. Снова на моте придется ездить на учебу.

— Так ты женишься на Марте или как? Я ни хрена не понял, по какому поводу похороны. Ответил ей чего-нибудь?

— Ничего я ей не ответил. Она позвонила отцу. Тот накапал моему дяде, что я был пьяным за рулем. Итог — я без машины и бабла, заебись просто.

Фыркаю, открываю бутылку пива. Не помню уже, какую за сегодня по счету.

— Ну куда ты так бухаешь? Голова трещать будет. У Кота ведь сегодня днюха, забыл?

— Да не пойду я.

— Да ладно. На моей поедем!

— Так, а пить что-то взяли? Что, с пустыми руками? Кот не поймет.

— Я все взял, естественно. Едем — заключает Максим и я заваливаюсь в тачку уже под хорошим градусом.

Меня просто распирает от злости. Дядя обращается со мной так, словно я какой-то щенок. Захотел — забрал машину, захотел — лишил меня дохода. И знает ведь, на что надавить, чтобы я был прилежным. Знает, что я без машины никуда, и Эльза его еще только подливает масла в огонь.

Дядя потом включает режим папаши, которым он никогда для меня не был. Заставляет подчиниться, тогда как все, чего я хочу — свободы и чтобы от меня отстали все.

И Марта. Она ничего, но мне не нравится, что она так спешит. Они этот год каждый день капают, кто я и как должен жить, тогда как я сам еще не определился. И все им надо, надо, надо!

Достали. И ласточку мою забрали. Поскорее бы уже универ этот долбанный закончить и в свободное плаванье пойти.

Мы добираемся до дома Гришки. Он живет у черта на куличках, я в таких домах ни разу не был. Халупа какая-то ободранная, ну ладно, старенький такой коттедж. Гришка попроще будет, на зарплату бармена не разгуляешься, но зато человек он хороший и дружим мы с пятого класса.

Заваливаемся к нему домой. Там толпа. Артурчик тоже там, ну и девчонок Гришка собрал зачетных, никто не сомневался.

Особенно мое внимание привлекает какая-то рыжая фурия, которую я вижу издалека в полутьме. Она танцует грациозно как кошка и платье такое необычное. Голубое с пайетками и блестками. Красивая, ножки заебись, фигурка хрупкая, задница что надо. Мой опытный глаз быстренько прикидывает ее параметры. Ростом немного не дотянула, а так точно как модель.

Хороша ведь и правда, глаз не оторвать, а после мне звонит Марта. Снова с претензиями. Она думала, что раз дядюшка меня такого плохого наказал, то я к ней припрусь плакаться. А хрен там.

Сбиваю вызов и опрокидываю в себя бокал шампанского. Нет, обычно я не пьянею от такой лабуды, но это игристое оказывается крепким, и в кой-то веки я чувствую расслабление. А еще нехилое такое возбуждение, а дальше я снова вижу ее. Эту фурию с огненным волосами. Она танцует спиной ко мне. И эти волосы. Боже, они точно яркое пламя, ласкают ее голую спину.

Пью еще, много, осушиваю сам всю бутылку шампанского.

В джинсах все дубеет и схватив эту фурию за руку, я вырываю ее из толпы.

Зажав принцессу в темном коридоре, набрасываюсь на ее губы зверем. Сладкие, боже, они же просто охренительные.

Проталкиваю язык ей в рот, уверенно, зажимаю девчонку, трусь об нее пахом. И она отвечает, мурчит, распахивает губы, что дает мне зеленый свет. Да, киса, мы оба хотим одного и того же.

***

Я никогда не целовалась до этого момента. Мне всегда казалось, что сначала будет свидание, потом я познакомлю своего парня с теть Любой, и только после будет поцелуй, но в реальности все случается иначе.

Я теряю момент, когда музыка хоть и громкая, но слов ее я больше не разбираю. И это такое странное опьянение, хотя мне особо не с чем сравнить. Просто все стало ярким и смешным, таким красивым, приятным и сказочным.

Я не замечаю, в какой момент этот незнакомец прижимает меня к стене, и только когда он приближается ко мне, я узнаю его по запаху. Это Зарубин, это Гордей… беги, беги, беги, Дина!

Орет где-то на задворках мой здравый разум, вот только оказавшись в его объятиях, мое тело предает меня. Он там приятно пахнет, он сам приятный. И мне нравится. Нравится ощущать его сильные руки. Гордей обнимает меня, а после целует.

Я позволяю, почему-то мне кажется, что это такой сон. Ну а если сон, то значит, все можно, можно просто отпустить себя и наслаждаться моментом.

Он целует меня. Так сладко, опасно, приятно. Его руки накрывают мои груди и я стону. Я даже не понимаю, где я нахожусь, не замечаю косых взглядов гостей, которые проходят мимо по коридору.

— Эй, не увлекайтесь!

Кто-то нам свистит, но мне все равно. Впервые в жизни стыд куда-то пропал, он просто испарился.

— Иди ко мне, киса.

Его голос точно бархатный плен, мой плен. И я не сопротивляюсь. Правда, не особо помню, как мы оказываемся на втором этаже. Какая-то спальня,