Развод. Бывшая моего мужа - Саяна Горская

движением смахивает слезу с моей щеки. — Я вижу, как ты пашешь. Пойми, мне, как твоему мужу, просто стрёмно, что ты взвалила на себя столько. Я хочу забрать часть груза с твоих плеч, как и подобает настоящему мужчине.

— Это правда сделает тебя счастливей?

Андрей небрежно пожимает плечами.

— Моё счастье — это твои искрящиеся светом глаза и лучезарная улыбка. Не могу смотреть, как ты выбиваешься из сил. Ты очень устала…

— Да.

— Ну так что, возьмешь небольшой перерыв?

— Мне нужно закрыть текущие задачи.

— Конечно. Мы со всем разберёмся, — Андрей целует меня в лоб, надолго задерживаясь губами на моей коже. — Пойдём в дом. Заварю тебе чай. Сладкий, как и ты.

Глава 10

Лара.

Среда подходит к концу, а свекровь, кажется, никуда не собирается.

Из-за неё я словно в гостях в собственном доме — лишний раз не спускаюсь вниз, чтобы не пересекаться. Она оккупировала гостиную, потому что там телевизор в два раза больше, чем в её спальне наверху.

Готовимся ко сну.

Андрей в душе, а я расчёсываю волосы, сидя за туалетным столиком. Тут же стоит мой букет белоснежных альстромерий, глядя на который мне хочется улыбаться.

Почему я так себя повела? Неужели раньше не было ни единого повода для ревности?

Были. Конечно, были.

Но я не ревновала. Никогда не воспринимала женщин, увивающихся перед Андреем, как достойных соперниц.

Сейчас же что-то изменилось.

Одной внезапной встречи хватило для того, чтобы сделать из меня параноика. И каждое телодвижение Андрея невольно теперь изучается мной под микроскопом.

Телефон Андрея брякает уведомлением.

Скашиваю на него взгляд. В голове мелькает лишь одна мысль — взять и посмотреть.

Останавливаю своё тело, готовое сорваться с места.

Лара, очнись!

Ты ведь всё выяснила вчера. Букет предназначался тебе. Так перестань вести себя, как ревнивая сука, и доверяй мужчине, которого сама же выбрала себе в спутники.

Доверяй! Доверяй! — прокручиваю, как мантру, внушающе глядя своему отражению в глаза.

Только что-то беспокойно ворочается у меня внутри, и словно какая-то высшая сила толкает туда, к телефону.

Господи, да что такого?

Я и раньше запросто могла посмотреть его сообщения или принять звонок, потому что чаще всего это что-то связанное с работой. И Андрей никогда не возражал.

Встаю и осторожно подхожу к краю кровати.

Смотрю на этот телефон, как на яблоко из Эдемского сада — вполне возможно, одно прикосновение разрушит нашу семью и жизнь.

Выдыхаю.

Шум воды стихает, подстёгивая меня действовать быстрей.

Резко хватаю телефон. Уведомление висит, но и отправитель, и текст сообщения скрыты настройками блокировки.

Дрожащими пальцами ввожу пароль.

Не подходит.

Странно, я ведь знаю пароль Андрея… Он не менялся уже много лет.

Набираю ещё раз.

Не подходит!

Дверная ручка в ванной проворачивается.

Швыряю телефон и отскакиваю к туалетному столику, делая вид, что втираю крем в кожу.

Андрей выходит в повязанном на бёдрах полотенце.

На его внушительных грудных мышцах поблескивают капельки воды.

— Я пока мылся, вспомнил один случай, когда мы с тобой ходили в сауну. Вот это был по-настоящему жаркий секс. Я думал, меня хватит инфаркт.

Почти не слышу, о чём он говорит.

В моей голове крутятся совсем другие мысли: отравляющие, опустошающие, расщепляющие мою личность на десятки тревожных Ларис, жужжащих, как рой пчёл.

Почему ты поменял пароль? Что хочешь от меня скрыть? Или ты сменил его задолго до этого всего, а я теперь просто притягиваю за уши?

— Ларис?

— М? — рассеянно улыбаюсь.

Наши взгляды встречаются в отражении.

— Помнишь?

— Конечно… Сауна, да.

Андрей садится на край постели, берет в руки телефон.

Я внимательно слежу за выражением его лица, считывая каждое микроизменение в мимике.

Правый уголок его губ едва заметно дёргается, будто собирается растянуться в улыбке. Ноздри расширяются, а веки на мгновение смыкаются, пряча взгляд.

— Что-то случилось?

— Что? — он отрывается от телефона.

— Ты выглядишь загадочно. Что-то случилось?

— Нет, ерунда. Менеджер написал, что ему удалось выбить для нас оптовую скидку на материалы.

— Отлично. Это же хорошо?

— Да.

— Тогда откуда эта растерянность на лице?

— Никакой растерянности, я просто устал.

— Сделать массаж? — подхожу к мужу вплотную, скольжу коготками по его бронзовой коже.

Он перехватывает мою ладонь, останавливая.

— Выключи свет.

— Выключить?

— Да.

— Я так плохо выгляжу, что ты не хочешь на меня смотреть?

— Лар, не говори глупостей. Я просто хочу полностью расслабиться.

— Ты же любишь смотреть.

— Сегодня нет. Или что, менять предпочтения — тоже не по канону?

— Какому канону? Просто странно.

— Странно… — Андрей раздражённо дергает щекой. — Слушай, забей. Давай сегодня… Давай просто поспим, а? Мне нужно выспаться как следует.

Накидываю на плечи халат.

— Ты куда?

— Заварю ромашковый чай. Нам обоим нужно расслабиться и выспаться.

Иначе мы просто сожрем друг друга, как два паука, запертых в тесной банке.

Глава 11

Лара.

Что-то определённо происходит между нами.

В отличии от Таи, я никогда не умела слушать интуицию, считая, что во мне напрочь отсутствует эта функция. Зато у меня всё в порядке с логикой и критическим мышлением.

И чтобы не заметить перемены в наших отношениях — нужно быть дурой.

Другой вопрос, с чем связаны эти перемены.

Если это очередной кризис, то мы это переживём. Да, покусаем, возможно, друг друга, но переживём.

Но если наши отношения внезапно обрели третью грань, то я вряд ли готова их продолжать.

Спускаюсь на кухню, ставлю чайник.

Открываю дверь на террасу, достаю из сумочки сигареты.

Втягиваю горький дым.

Голова от резкого притока никотина кружится…

Такими темпами я снова начну курить на постоянной основе.

Елизавета Александровна входит, бросает на меня уничтожающий взгляд. Открывает холодильник.

— Ещё не спите? — быстро выбрасываю сигарету в траву, разгоняя рукой дым.

— Как видишь.

— Может, заварить вам ромашку?

— Если я что-то захочу, то сама возьму. Твоё разрешение мне не требуется.

О, я не сомневаюсь!

Елизавета Александровна никогда не чувствовала себя здесь гостем.

— Почему вы вечно мне грубите?

— Это не грубость, а честность, — парирует свекровь.

— Очевидная подмена понятий. Нельзя просто говорить человеку в лицо всё, что вы о нём думаете, и прикрывать это честностью. Особенно, если этот человек — часть вашей семьи, — закидываю в чашки по пакетику ромашки, заливаю кипятком. — Я в курсе, что я вам не нравлюсь. Не нужно мне об этом постоянно напоминать.

— Любая мать желает своему ребёнку счастья.

— Тогда вам повезло, мы с Андреем счастливы.

— Он просто не говорит тебе, чтобы не расстраивать.

— Не говорит что? — Подхватываю стаканы за ручки,