Другая я - Анетта Невская

захлебнулась криком, когда он, резко и до упора войдя, начал двигаться мощно и неумолимо, постепенно ускоряясь. Ее спина терлась о жесткую поверхность куртки и, кажется, травы, но ей было все равно.

Вика стонала и кричала, заставляя его окончательно потерять контроль над собой. Схватив ее за ягодицы и навалившись на Викторию всем телом, он взревел и вместе с ней пришел к кульминации.

Они лежали, тяжело дыша. Он, уперевшись одной рукой, приподнялся, давая Вике немного воздуха. Ее щеки раскраснелись, а волосы растрепались и рассыпались ореолом вокруг ее лица.

Вика рассмеялась. До чего она докатилась? Ее, как простую крестьянскую девку, взяли, и даже не на сеновале, а на траве. Пацан, который буквально час назад был с другой и даже думать забыл о Виктории, которая что–то себе вообразила и заявилась к нему.

— Все хорошо? — спросил Артур и вытащил несколько травинок, запутавшиеся в ее темных локонах.

— Да, смеюсь над своим моральным падением, — честно ответила она.

— Я бы назвал это свободой делать то, что ты хочешь, — сказал он и еще раз поцеловал ее в припухшие губы. Поднявшись, они привели себя в порядок, отряхиваясь от зелени и одеваясь.

Сев на мотоцикл и надев шлемы, они отъехали от места, где предавались страсти, оставив после себя примятую траву и следы от колес.

Мотоцикл летел по трассе в сторону города. Вика проживала целый спектр чувств, незнакомый ей ранее.

Она, словно молодая девушка, трепетала от запретной и порочной связи. Одновременно понимая, как взрослая женщина, что ни к чему хорошему эти отношения не приведут.

Несмотря на противоречия, она испытывала некое удовлетворение от того, что позволила себе переступить черту и наслаждаться моментом.

Они подъехали к автомобилю, который Вика оставила на обочине. Сев за руль, она опустила окно. Артур, сняв шлем, наклонился и, взяв ее за подбородок, мягко поцеловал в губы.

Прощание или, наоборот, обещание? Она пока не знала, что будет дальше. Наблюдая, как черный спортивный мотоцикл, набирая скорость, уезжает вдаль, оставляя ее одну на дороге.

Виктория посмотрела в зеркало и попыталась расчесать пальцами спутанные волосы. Подкрасив губы, она завела автомобиль и бросила взгляд на часы.

Еще есть время до возвращения Ивана. Повезет, если именно сегодня он решит провести ночь вне дома. Вике казалось, что, глядя на ее розовые щеки и блеск глаз, любому будет понятно, чем она занималась.

Иван, словно ищейка, точно почует неладное. А она всегда была плохой актрисой. Поэтому он видел малейшие перемены в ее настроении.

Стоило только позволить себе капельку счастья, как он быстро возвращал Вику обратно в суровую реальность, где нет места подобным чувствам.

Он, как настоящий садист и абьюзер, очень не любил, когда жертва переставала быть угнетенной и ему неподвластной. Он выискивал в ней проблеск жизни и выжигал напалмом все, что посмело расцвести без его позволения.

Довольно долго Виктория пребывала в состоянии анабиоза, покорившись мужу. Ей казалось, что умершее однажды не может больше умереть. Но сейчас, вдруг, она почувствовала в себе признаки жизни.

Это радовало и одновременно пугало ее.

ГЛАВА 6

Виктория вернулась домой и сразу поднялась наверх, чтобы привести себя в порядок. Вопреки ее ожиданиям, Иван вернулся домой, но пребывал довольно в благостном настроении.

Виктория, успев принять душ и переодеться, ждала его за ужином, будто никуда и не уходила. Муж редко контролировал распорядок ее дня, если у него не возникало желания придраться к чему–нибудь. Тогда он мог начать копать и выяснять поминутно ее времяпровождение. Но не сегодня.

Что принесло ему сегодня радость, для Виктории осталось неизвестным, но ей и не было это интересно. Главное, что внимание Ивана этим вечером не было сосредоточено на ее персоне.

Они поужинали, каждый поглощенный своими мыслями, изредка перебрасываясь друг с другом дежурными фразами. Со стороны могло бы показаться, что за столом находятся двое близких людей, которым очень комфортно друг с другом, что даже молчание для них вариант особого взаимопонимания.

Но это было не так. Наоборот, они настолько были друг другу безразличны и отвратительны, что с удовольствием абстрагировались, делая вид, что супруга в этот момент и вовсе не существует.

После ужина Иван сообщил жене, что завтра улетает на деловую встречу. Виктория кивнула в ответ, внутри искренне возликовав, что мужа не будет целых три дня.

Три дня абсолютного спокойствия. Три дня свободы. Три дня жизни.

Иван ушел в кабинет, а Виктория с плохо скрываемым облегчением поднялась наверх. Включив телевизор в спальне, она расположилась на кровати, чтобы сквозь дрёму смотреть какую–то романтическую комедию.

Ее телефон звякнул.

+796****19*1 Когда я думаю о тебе, у меня стояк

Вика, усмехнувшись, отложила телефон в сторону, ничего не ответив на это внезапное признание.

+796****19*1 Я серьезно. Это невыносимо

Она набрала короткое сообщение и вновь отбросила мобильный в сторону.

Виктория Помоги себе сам. Или позови одну из своих шлюшек

+796****19*1 Ты — моя шлюшка, кроме тебя мне больше никто не нужен

Виктория забила этот номер телефона в свои контакты и, удовлетворенно улыбаясь, снова написала сообщение.

Виктория Пошёл ты, козёл. Не пиши мне больше