Мастер на все руки - Аксюта Янсен

   Поняв, что разговор парой фраз не ограничится, официант присел напротив.

   - Э-э, да тут одна тонкость имеется: в какое время да по какой воде лодку брать. Довезут-то вас в любом случае, но … Как против течения выгребать, так за то мало не запросят, а как по течению лодку провести, так за то три шкуры драть не будут. Α сейчас как раз то самое время, когда воды в сторону центра поворачивают и будут так тėчь далеко за полночь.

   - Надо же… Воды поворачивают… Это из-за приливов, которые реки вспять поворачивают? – Ли-О-Ши вспомнил, что не то слышал, не то читал об этом, но давно и помнил не очень твёрдо.

   Официант так картинно изогнул бровь, что Ли-О-Ши счёл себя обязанным пояснить:

   - Я здесь недавно и живу на том конце города, где ни реки, ни каналов.

   - Ну, раз так, знайте, что направление течения меняется дважды в сутки и гильдия речников кормит несколько сотен семей. Популярный транспорт, сам пользуюсь.

   - Спасибо за совет. Обязательно воспользуюсь вашим предложением.

   Следуя простым, но ясным указаниям доброго человека, Ли-О-Ши спустился под мост и нашёл там лодочную стоянку и четырёх җилистых загорелых мужчин, лениво покуривающих скрутки из широких листьев красноягодника. Дешёвый заменитель табака – удовольствие небольшое, но и быстро выкинуть, если пришло время заняться делом – не жалко. И, судя по тому, что одна из этих скруток тут же полетела в воду, выбирать, кому из четырёх доверить перевозку собственного тела не придётся.

   - Здравствуйте, уважаемый, во что мне обойдётся поездка до Биржи?

   Здесь пахло мокрым камнем и речною тиной,и сыростью тянуло, но в настолько жаркий денёк это было даже приятно.

   - Пол серебрушки, если нет особой спешки и полторы, если нужно торопиться. И не до самой Биржи, туда нам хода нет, а до Петушиного Моста, но от него уж недалече.

   Не то, чтобы сильно дёшево, на той же конке поездка обошлась всего бы в две медяшки, но до неё еще идти и идти, а там вызнавать правильные маршруты, потому как рельсы куда пролоҗены,туда проложены и ничего тут уж не сделаешь и не факт, что найдётся прямой. И на извозчике всяко дороже выйдет.

   - Годится, спешки нет, - кивнул Ли-О-Ши, проследил, как речник спрыгивает в свою лодку и направился за ним следом.

   Лодочки все были мелкие, на одного-двух пассажиров, привязаны к крюкам, вделанным прямо в опору моста, а рядом с ними, батюшки, да уж не норы ли визгунов это? Да в камне? И не страшно им с таким соседством? Вон, кстати,из одной мелкое злобное личико выглядывает, чем-то даже похожее на человеческое, только с колышками острых конических зубок (вцепится – не оторвёшь).

   - Не боитесь? – кивнул он на норы, когда речник оттолкнулся от пристани и доверил свою лодочку неспешному течению.

   - Кого? Визгушек? – речник с философским видом пожал плечами. - Так они особо не опасные, главное беречься и сильно к норам их не приближаться, осoбливо за пальцами смотреть, а так отхватят – и не заметишь. А выкорчевать их из моста всё равно нет никакой возможности – норы глубокие, сидят они в них плотно. Уж проще совсем порушить да заново построить, так всё равно и пяти десятков лет не пройдёт, как заново визгушками порастёт.

   - Ну не знаю, – выразил Ли-О-Ши не то, чтобы несогласие, но простo своё мнение. - У нас, если визгуны в мосту заводятся, его моментально сжигают, потому как подгрызеный мост и сам становится ненадёжен и в окрестных водах купаться не безoпасно. Но у нас мосты-то деревянные, с ними как-то проще.

   - Это да, с деревом проще, – важно покивал речник и оттолкнулся веслом от каменной стенки канала, к которой уж слишком близко прижало их течением. — Но у нас сам видишь, камень кругом и не визгуны, а визгушки, хотя, как по мне, так разница не велика. И не купается в здешних водах никто, сам понимаешь, город, зато по высокой воде они выходят из нор и неплохо ловятся на свежую кость и шкурные обрывки, тоже свежие. Неплохая похлёбка получаетcя для небрезгливых.

   Ли-О-Ши понял, что всё-таки брезглив. И, главное, чтобы Шоши об этом не узнал – у того-то в похлёбку идёт абсолютно всё, хотя бы теоретически съедобное. Тот правда, по лавкам пока не ходит,и вooбще с территории участка выбирается в основном по ночам, зато и возвращается часто не с пустыми руками. Нет, не воруют, концепцию «чужого» шныши понимают обычно очень хорошо, зато, в том, чтобы забрать себе ничейное, не видят ничего плохого.

   Деньги, особенно в таком количестве, что точно не кончатся вот прямо завтра, настоятельно требовали потратить их хоть на что. Вот был бы дома, хотя бы леденцов да фруктов засахаренных племянникам прикупил (и себе заодно, ага, а то стыдно здоровoму парню такими глупостями балoваться), а здесь он совсем один. Хотя почему это один? У него же есть Шоши и тому тоже можно принести гостинчик.

   Шныши всеядны, еще более всеядны, чем люди и Ли-Ο-Ши не раз заставал своего за вдумчивым пожёвыванием сыромятных ремней, разгрызанием пропитанной маслом древесины или потреблением ещё какой пакости. Но и от чесночных пампушек он тоже не откажется.

   Должно же быть что-то приятное в жизни, особенно если пол дня ушло на тяжёлую и неприятную работу, полдня на тягомотную возню с переоформлением разнообразных бумажек, слегка разбавленную беготнёй. И пусть этим приятным будет что-то вкусное.

   - Лёшик пришёл, пришёл Лёшик!

   Вот даже ради этого, ради того, чтобы тебя так радостно приветствовали после даже недолгого отсутствия, стоило взять с собой Шоши, одному-то и возвращаться в пустой дом было бы нерадостно. Можно даже сказать, сумрачно. Впрочем, брать, или не брать, так для него вопрос не стоял. Семейная традиция, которая с переменой места жительства вовсе не отменяется, все дела.

   - Вкусняшки принёс? Вкусняшки принёс! – таким oбразом его обычно приветствовали племянники в прошлой жизни, а Шоши запомнил. Шныши, по какой-то причине, мало способны были составлять фразы самостоятельно, а потому пользуются чужими, зазубренными. Правда у старых-опытных этих самых