Только рядом - Арина Сноу

Больше не хочу об этом говорить, поэтому встаю первая. Николай Федорович все понимает и больше не затрагивает эту тему.

На следующий день мне все же удается закончить заказ, который мне дал Николай Федорович. Вчера вечером я не смогла доделать его, так как наш разговор в парке так и не выходил у меня из головы. И привел к тому, что у меня просто началась мигрень. Я решила лечь раньше и утром постараться все доделать. К тому же мне написали, что отменили первые пары и мне нужно будет прийти позже, так что я спокойно продолжила свою работу.

Вечером, как мы и договаривались, после университета я направляюсь в офис Николая Федоровича, чтобы официально сдать проект. На улице свежо и уже чувствуется осень, но я все равно решаю прогуляться, а еще прохожу мимо вывески с объявлением о наборе в группу «Йога в воздухе». Решаю зайти, все же моему телу не хватает физических нагрузок, я привыкла к ним с детства, и сейчас меня ломает без этого. В Штатах я четыре раза в неделю ходила на аэробику при университете. А сейчас мне снова нужно попробовать что-то подобное. Узнаю у девушки-консультанта все, что мне нужно, и понимаю, что мне это очень даже подходит, поэтому сразу же записываюсь. Занятия начинаются уже в эту субботу, мне остается только купить костюм.

С приподнятым настроением захожу в офис. Поднимаюсь на последний этаж. И там меня встречает секретарь. Кстати, эта девочка мне нравится больше, чем Ирина.

— Привет, я к Николаю Федоровичу, — говорю Кристине и уже хочу пройти дальше.

— Он тебе не сказал? — она смотрит на меня, и я сразу же останавливаюсь. — Пришли важные анализы, и врач срочно вызвал его к себе. Он ушел примерно полчаса назад, — смотрит она на свои наручные часы.

— Нет, он не говорил мне.

Я даже не обижаюсь, просто надеюсь, что там что-то хорошее и есть большой шанс на полное выздоровление.

— Ну, вот так, — виновато пожимает плечами она.

— Ничего страшного, тогда завтра, — улыбаюсь ей.

И тут свет в комнате начинает мигать, словно его кто-то то выключает, то быстро включает.

— Что это? — смотрю на девушку, не понимая, что происходит.

— А, это, скорее всего, электрики, сегодня у нас ведут работы. Кстати, лифтом лучше не пользуйся. Сегодня пара человек застряла, — улыбаясь, советует она.

— Хорошо, тогда лучше по лестнице, хорошего вечера!

— И тебе!

Направляюсь в сторону лестницы и решаю, что обязательно нужно позвонить попозже Николаю Фёдоровичу, вдруг и правда пришло что-то хорошее. О плохом стараюсь не думать.

На лестнице никого нет, поэтому спокойно спускаюсь. Но на одном из пролетов свет выключается, оставляя меня в кромешной тьме. Останавливаюсь и стараюсь дышать глубоко. Сейчас включат свет, и я спущусь дальше. Но этого не происходит. Не знаю, сколько проходит времени, и липкий страх сковывает мое тело. А потом я чувствую, что кто-то подходит ко мне. Хочу закричать, потому что не вижу кто, только большую черную фигуру. А потом тихий голос:

— Кукла…

Знакомый парфюм ударяет в нос. А горячее тело прижимает к холодной стене. Мне бы закричать, вырваться, но мое тело словно не слушается меня. Оно слушается только его…

Ощущаю горячее дыхание на моей шее. А потом на своих губах.

— Моя Кукла…

Глава 6

Его губы обрушиваются на мои. Словно изголодавшийся путник, наконец-то нашедший драгоценную воду. Сначала нежно, едва касаясь. Но потом все более откровенно. Показывая мне новые грани, то, чего я не знала и никогда не испытывала. Мне бы оттолкнуть, сказать, что это неприемлемо. Но тело не слушается. Мне кажется, я опять превращаюсь в куклу, ту, которую дергают за ниточки. Но сейчас кукловод хочет больше, чем просто поиграть со своей куклой, достать ее из шкафа.

Действия Влада настырны, он прижимает мое тело к себе, почти вдавливая. Сейчас мы дышим одним на двоих воздухом. И происходит то, что не должно происходить. Моему телу нравится это, я чувствую, как его охватывает жар. Хочу сама прикоснуться к парню. Мозг словно отключается. И я просто иду. Иду за ним, постигать новое чувство. Он кусает мои губы, а потом зализывает место укуса, сплетает наши язычки. А наши сердца бьются в унисон, я чувствую это, так как моя рука лежит как раз на груди Каменского.

Когда воздуха почти не хватает, он наконец-то отстраняется. И реальность сразу отрезвляет мозг. Нет! Это ошибка.

— Кукла, с тобой очень сладко целоваться. Жаль, я не попробовал этого раньше, — слышу его порывистое и хриплое дыхание.

Я тоже тяжело дышу, ловя так нужный сейчас кислород. Но получаю только его запах, опять проникающий в мои легкие. Отравляющий, но почему-то сейчас такой нужный.

— Я не кукла… — хрипло отвечаю я.

— Моя Кукла… — он опять хочет притянуть меня к себе. И тут во мне что-то щелкает, словно включается какой-то защитный механизм.

— Я не кукла, слышишь! Не кукла! — кричу, чувствуя, как меня начинает сотрясать крупная дрожь. — Я больше никогда ею не стану!

Больно, эйфория превращается в яд. И возникает отвращение к самой себе. Что я наделала, что я позволила! Я ведь обещала себе. Чувствую, что мне опять не хватает кислорода. А по щекам начинают катиться соленые слезы.

— Кукла… — с беспокойством говорит Влад, не понимая, что со мной происходит. — Тебе плохо?

— П-просто уйди-и, уходи, — кое-как произношу я.

Вдох-выдох! Стараюсь успокоиться, но это не помогает. Меня накрывает, и чем дальше, тем хуже.

— Нет. Теперь только рядом, — в его голосе так и слышится сталь. Но мне уже плевать, все плывет перед глазами, я даже не могу нормально стоять, даже опираясь на стену.

И тут я чувствую, как он мягко берет меня за талию и тянет по лестнице вниз. Не сопротивляюсь. По дороге он задает пару вопросов, но не получает на них ответов, поэтому начинает