На краю тумана 2 - Мери Ли

– Уходим, – командует Мишель и трогает меня за плечо.

Морщусь от глухой боли и отстраняюсь. Мишель строго спрашивает:

– Что случилось?

– Вчера Кай решил перейти границу дозволенного и притащил меня к себе в комнату, – рычу я.

Плечо не болит, если его не трогать. Скорее всего я его вывихнула.

В глазах Мишель тут же возрождается ужас, она хватает меня за ладонь и, сжимая ее, спрашивает:

– Он что?..

– Нет, – отрезаю я. – Кай не Рэндалл, его, к счастью, не интересует секс. Ему нужно, чтобы я поставила Рэндалла на ноги за неделю.

– Это невозможно, – напоминает Мишель.

Я и без этого помню, что Рэндалл может прийти в норму, если ему не давать порошок в течение пяти дней. Но из-за образовавшихся пролежней поставить его на ноги будет гораздо сложнее.

Беру Лею под руку и вывожу ее из толпы. Мы одни из немногих, кто уходит с площади, основная масса движется нам навстречу. Приходится преодолеть поток и при этом врезаться в местных больным плечом целых семь раз.

Лею оставляю дома, она о моих шатких планах узнает только в день, когда я решу бежать.

Идем почти по пустому городу, которого восемь лет назад еще не было. Здесь находились предприятия. Не уверена, что знаю, что они производили. К моменту, когда я прибыла в Луч, тут все переместили и создали что-то вроде временного места дислокации, где будут держать Святых матерей перед отправкой к Барону. Некоторые до сих пор здесь находятся. Сама философия Барона до ужаса странная, не представляю, как он заставил уйму людей верить ему и даже поклоняться. Скорее всего он появился в их жизни в тот момент, когда беднягам была необходима надежда на лучшее будущее. Он виртуозно этим воспользовался и промыл мозги так, что, даже после пропажи Барона с радаров, ему до сих пор служат.

Мишель поднимает полог палатки, и мы ныряем внутрь.

– Рассказывай, – тут же приказывает она. – Как все было?

Сажусь на мешок, который когда-то служил лежанкой для гадалки, и устало вздыхаю.

– Кай потерял терпение. Ночью он ворвался ко мне в комнату и натянул на голову мешок, приволок к себе и немного угрожал.

– Он бил тебя? – Мишель злится, сжимает пальцы в кулаки до побелевших костяшек.

– Нет. Я пыталась сбежать и по сути сама себя побила. Неудачно упала со стула.

По факту, так и было. Бить меня Кай не бил.

– Что собираешься делать? – спрашивает подруга.

Подсаживаюсь ближе к Мишель и говорю так тихо, что даже если кто-нибудь и решит нас подслушать, то смысла в этом не будет.

– Я не могу вылечить Рэндалла, – шепчу я.

– Да, Кай сразу же убьет тебя, как только узнает, что ты травила его брата.

Киваю.

– Верно. Следовательно, у нас есть неделя, чтобы покинуть Луч.

Мишель отстраняется и снова смотрит на меня с растерянностью.

– Как? Меня и Лею не выпустят за территорию, – напоминает она.

– Я что-нибудь придумаю, – обещаю я. – Пока заготовь мясо кролика, нам нужна будет еда. И еще…

– Что?

– Я уже несколько месяцев готовлюсь к побегу. За территорией Луча есть рюкзак, он закопан, и я туда постепенно что-то уношу. Таблетки, дождевик, фонарь, ножи.

– И ты молчала? – с оскорбленным доверием спрашивает Мишель.

Морщусь и признаюсь:

– Я не думала, что нам придется бежать так скоро. Я до сих пор надеюсь, что Кая сожрет чудик, и я его больше никогда не увижу.

Мишель хмыкает:

– Кай живучий.

– К сожалению.

Задумавшись, Мишель начинает заламывать пальцы и покусывать нижнюю губу.

– Допустим, – начинает она, – мы выйдем за территорию Луча, забираем рюкзак, а что потом? Куда мы пойдем? Мы даже не знаем нашего точного местоположения.

– Об этом я тоже думала. Нам нужна карта. Может, у Кая есть, он ведь постоянно куда-то уезжает. Комнату Рэндалла я проверяла десятки раз, там нет ничего полезного.

Мишель не напугана, она позволяет себе улыбку.

– Я рада, – произносит она.

– Чему?

Она обводит рукой вокруг и смотрит на палатку так, будто уже прощается с ней.

– Это не наше место, – говорит она. – Мы и так слишком долго пробыли здесь. Я устала работать прачкой и обстирывать форму охраны в ледяной воде. Устала ходить, низко склонив голову, ведь военная выправка этому противится каждый день. Я устала смотреть на смерть от голода. Не могу состариться в Луче. Хочу еще хотя бы раз перед смертью помыться под теплым душем или выпить кофе.

Улыбаюсь ее словам, и воспоминания уносят меня в мир до прихода тумана. Как же он был прекрасен. Как можно скорее выбираюсь из пучины милых моментов и возвращаюсь в реальность. Нельзя там застревать надолго, ведь тогда реальность кажется еще более отвратительной, чем она есть на самом деле.

– Если в комнате Кая нет карты? – спрашивает Мишель.

– Она точно есть у Мэрила, – произношу я. – В этом я уверена, потому что Рэндалл говорил, что именно Мэрил должен был встречать нас с корабля. Обычно он ездит, но в тот день Мэрил сломал руку и поэтому остался дома. У него точно должны быть карты. Хоть какие-то.

– Ты планируешь залезть к нему домой?

Тяжелый взгляд Мишель требует правды, и я отвечаю:

– Если потребуется. Но сначала проверю спальню Кая.

– Опасно все это.

– Мы прожили в безумном мире уже семь лет, неужели нам не удасться раздобыть клочок бумаги? – риторически спрашиваю я. – Мы все сможем.

– Я могу попробовать попасть в комнату Мэрила, – предлагает Мишель отведя взгляд в сторону.

Мэрил, в отличие от Рэндалла, не заставляет женщин насильно быть с ним, в противном случае Мишель жила бы со мной по соседству.

– Оставим это на потом, – предлагаю я. – Займись заготовкой. Попробуй высушить мясо, а я наведаюсь на рынок и потом пойду мыть Рэндалла.

– Помочь?

– Нет. Пусть эта травма будет только у меня.

Мишель улыбается, и на этом мы покидаем палатку. Подруга снова просит меня быть осторожной, я, как обычно, заверяю ее в ответ, что у меня все будет отлично.

Прохожу по полупустым лавкам рынка, не нахожу