Шейх. Его (не)любимая - Виктория Вильманн

поднявшись наверх, я открыла дверь, улавливая нежные нотки парфюма Керема. — Столько лет прошло, а запах не поменял, — потягивая носом тонкий шлейф, прошептала я, ступая внутрь.

В номере было уже пусто и прибрано для встречи новых гостей. Как одержимая, я пробежалась по всем комнатам, в надежде найти хоть малейшую зацепку. И мои поиски были оправданы!

В гостиной, среди журналов мне попался детский рисунок с изображением зеленых деревьев и каких-то квадратиков в роли домов. Это была Турция — однозначно!

— Аня, — положив мне руку на плечо, тихо начал Саша, шествуя за мной, как тень. Я вздрогнула.

— Кира тебя уже второй день не видит, она очень беспокоится, где же ее мама. Кира… бедный ребенок, который так нуждается в моей любви и внимании. Я совсем закружилась со всеми этими событиями, что совершенно выпустила малышку из своей головы. Да, я тоже скучаю, — виновато отозвалась я, поглощая глазами и сердцем заветный рисунок, принадлежащий моей дочери.

Они уехали. Это их право.

Он не должен был так поступать со мной, как ты этого не понимаешь? Только представь себя на моем месте! Я никогда не пожелала бы пережить такое.

— Что ты намерена делать?

Прикусив губу чуть ли не до крови, я подняла глаза на Сашу. В моем взгляде читался ответ, только он ему совсем не нравился.

Ты поедешь за ним?..

Да, Саша. Я вернусь в Турцию, чтобы найти их и разобраться во всем. Он не от меня сбегает, а от заведомо ложных слов, которые ему внушили.

Саша был на взводе, и я ощущала это в его затвердевающей хватке. — Нет, ты останешься с нами.

Как он смеет решать за меня? То, что я его жена не дает ему право распоряжаться моей судьбой! — Прости, Саша, — освободилась я от его рук. — Я не могу поступить иначе. Я наконец-то знаю, где моя дочь и верну ee.

— А как же другая твоя дочь, как быть Кире? Подумай о ней, если тебе наплевать на мои чувства. Что я могу думать, когда ты так рвешься к своему бывшему. Думаешь, между вами не пробежит искра? Будь уверенна, вам накроют былые чувства! А я не хочу и не могу тебя потерять!

Слова Саши звучали весьма эгоистичны. Мне было все равно до Керема. Он давно потух в моих глазах и моем сердце.

— Ты ошибаешься, — как можно спокойнее продолжала я. — Меня волнует только моя дочь. Больше мне никто не нужен.

— А Кира, я, тебе тоже не нужны? Ты готова бросить все и бежать искать Керема? Саша говорил, как обиженный ребенок.

— Как я могу закрыть глаза на это? — возмутилась я, отступая о мужа в сторону. Я совершенно не узнавала его! Он будто потерял человечность от своей мнимой ревности. — А ты подумала, какого будет этой девочке, когда ты найдешь ее и скажешь, что на самом деле ты ее мать. Что все ее окружение — это притворство?

Вот именно поэтому я обязана найти ее, чтобы развеять мираж вокруг нее, — твердо заявила я. Мое решение окончательно.

Завтра же я отправляюсь туда, где все началось.

Я вновь вступлю на земли Турции.

Глава 12

Аня, подумай хорошо, — пытался вразумить меня Саша, мелькая перед глазами. — Ты не знаешь страны, куда ты поедешь? Где вероятность того, что он отравился именно туда?! Может он живёт где-нибудь в Европе! Тогда я обязательно это выясню, — терпеливо отвечала, собирая сумку.

От моих сборов Саша выходил из себя ещё больше.

— Ты понимаешь, что оставляешь меня и Киру?! Как быть ей, она зовёт тебя мамой, она с нетерпением ждёт твоего появления. Ты стала для нее смыслом жизни. — Саша, — твердо отрезала я. — Пойми ты наконец, там моя дочь. Она в руках чудовищных людей. Ты понимаешь, что я не смогу спокойно спать, зная, что моя девочка не со мной. — Это какой-то бред. Просто скажите, что я сплю...- развел руками мой муж. Саша, я вернусь, но уже не одна. Мы заживём, как раньше, только у Киры появится сестрёнка,

мягко продолжила я, обнимая мужа.

Я понимала, что творится у него на душе, но не могла отступить от своего решения. Я также понимала чувства Киры, ее тоску по мне. Да у меня самой кровью сердце обливается от мысли, что ее придется оставить на некоторое время. Я так сильно к ней привязалась. Я называла ее дочкой, а она меня — мамой.

— Моя милая девочка, — покрывая поцелуями щёчки девочки, лепетала я. — Это всего лишь командировка, скоро я вернусь домой.

— Мама, можно я поеду с тобой? — надула губки, чуть не плача. Ее состояние разрывало мне сердце.

— Моя маленькая, ты должна быть рядом с папой, дома. Он ведь тоже остается. Присматривайте друг за другом.

— Я вообще не понимаю, почему ты запрещаешь мне ехать с тобой, — поймав меня за локоть, прошептал Саша.

Это моя война. Тем более, в Турции я никогда не буду одинока, там есть моя Мерьем. Как я мог забыть. Вот откуда такое рвение, она тебя подначивает… Слова Саши начинали выводить меня из себя. Откуда этот эгоизм?! Как можно не понять этой истины? Мне нужна моя дочь!

— Дай хоть попрощаюсь с тобой, как с женой, — с некой озлобленностью в голосе проговорил Саша, поймав меня в спальне. К этому времени я уложила Киру и готовилась сама лечь спать, на утро был куплен билет до Турции. Саша, мне нельзя, если ты об этом, — оборвала его я, завернувшись в одеяло. Кто это придумал? — и в один миг одеяло прямиком оказалось на полу, оголив мое тело. Саша, не время. Мне очень рано вставать, — отпиралась я от мужа, но в него будто бес вселился. Нет, женушка, ты только моя, слышишь? Ты только моя жена. Любить тебя буду только я! В зыбком лунном свете сквозь узкие щели затемненной комнаты расстилается зыбкая атмосфера тайны. Это была атмосфера человека неразумного и жаждущего овладеть миром внутри другого существа. Он окунается в свое эгоистичное желание, совершенно не обращая внимания на то, что женская душа колеблется волнами протеста и сопротивления.

Плотно обхватив мою талию, Саша опустил губы на мою шею, навязчиво нанося нежные ласки. Он терпелив, весел и уверен в своей силе, игнорируя мои протестные глаза, полные неприязни и отторжения. Безжалостный! Он продолжает свою погоню за блаженством!

Саша, перестань!

Ты только моя, — одержимо шептал он, нагоняя на меня страх. По мере того, как руки Саши скользили по моему