Альфа Тео - Си Джей Праймер

Волчица внутри меня особенно коварна. Мне трудно держать ее на расстоянии, но бег помогает. Просто выход на природу успокаивает ее, как и утомление моего тела.

Я стараюсь придерживаться своих обычных лесных тропинок, чтобы не заблудиться. Я ужасно ориентируюсь на местности. Когда я впервые переехала в комплекс почти два месяца назад, я несколько раз потерялась во время своих пробежек. Мне пришлось перекинуться и позволить моему волку отвести меня назад, что, к сожалению, привело к потере нескольких футболок и пар леггинсов. Даже моего любимого спортивного бюстгальтера. Когда я попыталась вернуться и поискать его в другой раз, то только снова заблудилась.

Жизнь оборотня.

Предположу, что преодолела около двух миль, когда заметила что-то прямо у лесной тропинки впереди. Это похоже на скомканную ткань, и чем ближе я подхожу, тем больше волнуюсь, потому что надеюсь, что наткнулась на что-то, что потеряла в прошлом.

Я резко останавливаюсь, спрыгиваю с тропинки, наклоняюсь и беру один из предметов одежды, встряхиваю его и поднимаю.

Черт возьми. Это не моё — это угольно-серая мужская футболка. Размер очень большой.

Я вздрагиваю от звука хрустящих веток и, коротко ахнув, оборачиваюсь, чтобы определить источник шума. У меня перехватывает дыхание, когда я вижу, что это такое — через дорогу от меня стоит гигантский серебристый волк.

Он смотрит в ответ, встряхивая шерстью. Он великолепен. Такой большой, такой гладкий. Я забываю как дышать.

Внезапно воздух вокруг волка задрожал, тело перестроилось в соответствии с его перемещением. Серебристый волк отступает, и на его месте приседает большая мускулистая фигура. Последний человек, которого я хотела или ожидала увидеть этим утром.

Тео.

Он поднимается, впиваясь в меня горящими глазами. И он…

Полностью обнаженный.

Черт возьми. Я никогда не видела такого тела, как у него, вблизи. При виде этого мои щеки немедленно вспыхивают, и я покрываюсь холодным потом.

Каждый дюйм тела Тео покрыт твердыми мышцами, от широких плеч до мощных бицепсов и мускулистых предплечий. На одной из его рук племенные татуировки, тянущиеся от плеча до запястья. Его грудные мышцы гладкие, за исключением небольшого количества темных волос, а брюшной пресс впадает и изгибается, образуя восьмерку мышц. Его пояс Адониса V-образным вырезом подчеркивает его… огромный член. Как огромный, огромный.

О боже…

— Привет, малыш, — растягивает слова Тео, натягивая улыбку.

Мое лицо заливается краской, и я разворачиваюсь, поворачиваясь к нему спиной.

Вид его тела что-то делает с моим. Между моих ног разливается жар, пульсирует. Я сжимаю бедра вместе, пытаясь прогнать это усилием воли.

— Чт… что… что ты здесь делаешь? — заикаюсь я, уставившись в землю. Мне так стыдно. Я хотела бы исчезнуть.

— Могу задать тебе тот же вопрос, — смеется он.

Я слышу, как Тео приближается ко мне. Мое сердце бешено колотится. Я чувствую, как он крадется прямо ко мне сзади, наклоняясь, чтобы схватить пару спортивных шорт у моих ног. Я отскакиваю в сторону и боковым зрением вижу, как он надевает их, натягивает на бедра.

— Я… Я собиралась на пробежку, — выдавливаю я, бросая еще один взгляд в его сторону. Его причиндалы прикрыты, но он по-прежнему без рубашки, выставляя напоказ все свои великолепные подтянутые мышцы.

— Ты наденешь рубашку? — Спрашиваю я сквозь стиснутые зубы.

Тео снова смеется — низким, хриплым смехом, от которого мой живот делает сальто.

— Я имею в виду, я бы с удовольствием, но…

— Но что? — Огрызаюсь я, наконец поворачиваясь к нему лицом.

Тео качает головой, дьявольская улыбка появляется на его лице, когда он поднимает одну из своих крепких рук и запускает пальцы в волосы.

— Что ж, ты держишь её в руках.

Мои глаза широко распахиваются, я опускаю взгляд и обнаруживаю, что все еще крепко сжимаю в руках ту темно-серую футболку.

Я швыряю её в него, как будто она горит, и он хватает её в воздухе, все еще посмеиваясь, встряхивает и надевает.

Рубашка не помогает успокоить мои нервы, по крайней мере теперь, когда я знаю, как выглядит его тело под ней. Рубашка обтягивающая, ниспадающая и изгибающаяся, с четко очерченными мышцами под тканью.

Я пытаюсь придумать, что сказать, хоть что-нибудь, но все, что я могу выдавить, это «ты преследуешь меня или что?»

Тео закатывает глаза, скрещивая руки на груди. Рукава его футболки натягиваются на бицепсы. — С чего бы мне преследовать тебя, малыш? Я вышел на пробежку, как и ты.

О. Что ж, в этом есть смысл.

Тем не менее, я раздражена тем, что он прервал то, что должно было быть неспешной пробежкой. Меня раздражает то, что он продолжает называть меня «малышом». Я хотела прийти сюда, чтобы проветрить голову, а теперь в ней все перемешалось.

Между нами повисает неловкая пауза, прежде чем Тео заговаривает снова.

— Тебе было весело прошлой ночью?

Вопрос застает меня немного врасплох. Я подумала, что он притворится, что не видел меня прошлой ночью, не будет таким наглым, чтобы поднимать этот вопрос. С другой стороны, это Тео.

— Не так сильно, как ты, — усмехаюсь я.

Он приподнимает бровь. — Ревнуешь?

— Что? — Мои глаза широко распахиваются. Он сумасшедший? — Нет.

— Ты уверена, малыш? — ухмыляется Тео.

Наглость этого парня!

Мне хочется стереть ухмылку с его лица. Вместо этого я смотрю в землю.

— Это означало бы, что я хочу иметь с тобой что-то общее, а это не так, — ворчу я, складывая руки на груди и пиная грязь.

— Ну же, — уговаривает Тео, его голос гладкий, как шелк. — Только не говори мне, что никогда не думала об этом.

Мои глаза поднимаются, чтобы снова встретиться с его. — Ни капельки.

— Лгунья.

Я свирепо смотрю на него.

— Поверь мне, ты не в моем вкусе, — шиплю я.

Тео склоняет голову набок, его бровь снова выгибается. — О, у Брук Иствик есть типаж? Давай, порази меня этим.

Я закатываю глаза, снова пиная землю. — Мне нравятся хорошие парни.

— Я плохой парень?

Я сдерживаю смех. — Славные парни не занимаются дрочкой на публике.

Тео невозмутимо пожимает плечами. — Достаточно справедливо. Но позволь мне открыть тебе секрет: ни один парень не хочет, чтобы его называли милым.

— И почему же это так?

— Ты когда-нибудь слышала фразу «славные парни заканчивают последними»? Славные парни никогда не получают девушку.

— Да, это так, — хмурюсь я. — Некоторым девушкам нравятся славные парни.

Тео качает головой с насмешливой улыбкой на губах. — Не-а. В конце концов, даже хорошие девочки хотят плохого мальчика.

Я раздраженно вздыхаю. Разговаривать с этим парнем бессмысленно.

Очевидно, он воспринимает мое