Бывшие. (не) твоя дочь - Елена Верная

Мне показали комнату отдыха. Там же была и уборная.

— Вы пока приводите себя в порядок, а я отправлю ваши вещи в химчистку, — предложил мужчина. Я на мгновение задумалась, как это будет выглядеть со стороны, и почему-то разозлилась. Я ведь ничего дурного и предосудительного не делаю. Поэтому согласилась. Переоделась в халат, который висел на крючке около душевой кабины, и отдала ворох своих грязных вещей. — Я быстро, — и мужчина, подхватив вещи, вышел в приемную.

— Спасибо, я вам искренне признательна, но, боюсь, я вам помешаю, — все же ситуация была невероятно неловкая.

— Ни в коем разе, — попытался меня успокоить мужчина. — У меня минут через пятнадцать будет собеседование, но там чисто формально. Вы пока сможете принять душ и привести волосы в порядок, а там уже и ваши вещи принесут из химчистки, — уверял меня мужчина, а я улыбнулась.

— А девушка, случаем, не на должность главбуха должна была претендовать? — я прикрыла рукой рот, чтобы сдержать улыбку.

— Да, — растерянно ответил мужчина. — А откуда вы…., — и мужчина замолчал на полуслове. Видимо, он тоже начал что-то понимать. — Вы?

— Видимо, я. Если вы Погодин Дмитрий Юрьевич, — я протянула ему руку для рукопожатия.

— А вы Виктория? — похоже, мужчина или не посчитал нужным запоминать, или забыл мои анкетные данные.

— Она самая, — и мы пожали руки в знак приветствия.

— Самым разумным будет принять вас на работу, — мужчина пытался не глазеть. Но то и дело пробегал глазами по фигуре и задерживался на ногах, выглядывающих из-под халата. Вроде все скромно, но мне почему-то стало как-то жарко. И появилось стойкое ощущение, что я его заинтересовала. Как женщина заинтересовала. И будет глупо с моей стороны соглашаться на эту должность, понимая, что внимания со стороны начальника мне не избежать. Но затем появилась вторая мысль, которая догнала первую и затолкала ее куда подальше. Она говорила, что у меня не было романа со времен замужества и что пора бы уже думать о будущем. И это не должность главбуха. Мысль намекала про кольцо на пальце и беззаботную семейную жизнь. Хотя семейную жизнь сложно назвать беззаботной, но все же. Где-то внутри захотелось романа, как описывают в книгах. Чтобы бабочки и все сжималось внутри в предвкушении свидания. И я решила не рубить с плеча.

— А я и не против. Я же за этим пришла, — мыслей в голове было много, а слов нет.

— Тогда давайте документы. Сейчас передам их в отдел кадров, а мы пока поговорим и выпьем чаю, — предложил мужчина, а я указала пальцем на свою испорченную прическу. — Конечно же, после того, как вы приведете себя в порядок.

Открыла сумку и передала Дмитрию папку со своими документами, и он вышел из кабинета. Полагаю, чтобы меньше меня смущать. Я вернулась в туалетную комнату и, заперев дверь, скинула халат. Залезла в душевую кабинку и включила воду. Рассчитывала помыть голову, но в итоге струя обдала меня с ног до головы, и я стояла, испуганно моргая. Мало того что я не догадалась снять белье, так как все же не рассчитывала устраивать полную помывку. Но еще я поняла, что весь макияж полетел к чертовой бабушке. Ничего не оставалось, кроме как снять белье и развесить его на сушилке сохнуть в надежде, что кружева высохнут быстро. Макияж было не спасти, поэтому я уже закрыла кабинку, сделав пометку, что надо бы вытереть лужу, что натекла на полу, пока я скакала по туалетной комнате, и приняла душ. Смыла косметику и голову помыла как следует. Спустя минут пятнадцать я вышла свежая и чистая и, напрочь забыв, что убрала коврик, который тоже намочила, сушиться к белью, смело ступила на мокрый скользкий кафель. Я пыталась устоять, старательно размахивала руками и пыталась ухватиться за что-то, но кроме воздуха ничего в руки не попадалось. Поэтому я с размаху упала на пол, создав при этом приличный такой шум. Замерла, переживая падение и прислушиваясь к себе. Все ли у меня цело и не сломано ли? В дверь забарабанили.

— Виктория, что случилось? Вы упали? Вам плохо? Откройте дверь, или я ее вышибу! — мужчина говорил с такой скоростью, что я банально не успевала даже слово вставить в его монолог.

— Дмитрий, не надо дверь, — я испугалась, что он реализует свою угрозу и увидит меня абсолютно голой и в непотребном виде. Такого позора я не переживу. — Я жива, — постанывая, так как моей многострадальной попе досталось. И понимала, что завтра на бедре будет синяк на половину моего раздобревшего окорочка. Я все же смогла встать, и, даже не повторив свой кульбит, мне удалось надеть халат и открыть дверь. В комнату мужчина ворвался, словно на меня здесь напали и он сейчас меня спасет, сразившись в кулачном бою с моими обидчиками.

— Что случилось? — мужчина осмотрел помещение и удивленно перевел взгляд на меня.

— Сегодня явно не мой день, — я села на пуфик и уперлась руками о колени. — Я упала, выходя из душа.

— А куда делся коврик? Уборщица не постелила его обратно? — и Дмитрий уставился на сушилку. А там, кроме коврика, между прочим, висело еще и мое белье. Я понимала, что он видит мои трусики и лифчик. Мужчина понял, что здесь дело не в уборщице. Такого стыда и смущения я не переживала, наверно, никогда в жизни, как за сегодня. Всего лишь за какие-то пару часов.

— Я, наверно, пойду, пока вы приводите себя в порядок, — мужчина смутился и, отведя взгляд, вышел из туалетной комнаты. Боже, какой позор!

Я вытерла пол, постелила коврик и нашла фен. И все это даже без приключений. Высушила волосы и даже придала им подобие прически. Благо они у меня и сами по себе неплохо лежат, даже без специальных средств. Белье за это время высохло, и я его надела. В трусах я чувствовала себя как-то поувереннее. Вышла в кабинет и, естественно, именно в этот момент дверь в кабинет открылась, и на пороге показалась секретарша с подносом в руках. Дмитрий же меня не видел, поэтому махнул ей, чтобы она заходила, а сам продолжил