Развод с генералом драконов. Ты не достоин быть отцом тройни - Леона Браун

Наконец, мы оказываемся у моря. Оно шумит — грозно, неумолимо. Волны вздымаются, словно живые существа, и с яростью обрушиваются на берег. Их плеск вторит плохому настроению девочки: каждая волна — как стон, как протест, как крик «не подходи!». Вода чернеет, пенится, тянется ко мне ледяными щупальцами, пытаясь оттолкнуть, не пустить дальше.

Но я не останавливаюсь. Шаг за шагом, сквозь ледяной ветер и брызги, я продвигаюсь вперёд. Ноги горят от ран, но боль лишь напоминает: я здесь не для себя. Я здесь ради неё.

Море ревёт, волны бьются о скалы, создавая стену из пены и шума. Они не подпускают меня, пытаются сломить волю, заставить отступить. Но я упрямо иду — сквозь брызги, сквозь холод, сквозь страх.

Вдалеке, на самой кромке воды, снова мелькает фигурка девочки. Она всё ещё там — одинокая, замкнувшаяся в своём горе. Увидев меня, девочка сжимается, небо белеет от молний.

— Не надо! Не делай этого! Ты справишься! Ты сильный, настоящий носитель дракона. Твоя драконица пробудилась, но принять её и установить связь будет непросто. Я доктор. Я могу помочь тебе. Твоя драконица больше не заснёт. Даю тебе слово! — пытаюсь достучаться до ребёнка.

Девочка смотрит на меня, но не верит. Она чуть склоняет голову набок, словно старается рассмотреть мои очертания. Её душа слишком изранена. Она никому больше не доверяет. Кажется, она старается забыть себя, уничтожить, чтобы не осталось следа “жалкой” души в этом мире.

Волны захлёстывают, сносят меня с ног, и я падаю. Они не трогают девочку, потому что это она повелевает ими. Захлёбываюсь, но снова поднимаюсь. Колени разбиты, мне больно, но её душе ещё больнее. Как целитель я давала магическую клятву академии заботиться о своих пациентах и сейчас мне наплевать, что она — дочь бывшей моего мужа. Эта грань уже давно размылась, осталось лишь единственное желание — желание помочь.

— Дай мне руку! Пойдём со мной! Ты должна вернуться в своё тело. Я даю тебе слово, что отныне всё изменится. Мы поможем тебе. Больше ты не одна. Тебе не придётся со всем справляться в одиночку.

Драконица девочки, оставшаяся на берегу, набирается сил и взлетает и хочет прилететь к нам. Ей тяжело удерживаться в таком сильном порыве ветра, но она старается изо всех сил. Потому что она хочет жить. А для этого надо убедить своего носителя вернуться в свое тело и к жизни.

— Малышка, прошу… дай мне свою руку, — голос мой звучит тихо, но твёрдо, пронизанный искренностью и глубокой верой в то, что я говорю. — Я помогу тебе сейчас раскрыть дары, что даны тебе по рождению. Один — как ведьме, древний и таинственный, хранящий в себе силу стихий и тайных знаний. Другой — как драконице, могучий и величественный, в котором бьётся пламя первородной магии. Прошу, доверься мне…

Каждое слово я вкладываю с особой бережностью, словно передаю хрупкий сосуд с драгоценным эликсиром. В них — вся моя надежда, вся моя воля, вся моя готовность стать опорой для этой маленькой души, затерявшейся между мирами и силами, которые она пока не в силах осознать и обуздать.

Я намереваюсь втянуть её душу в свой магический сон — в пространство, сотканное из света и теней, где время течёт иначе, а законы реальности податливы, как воск. Там я смогу создавать нужные обстановки, выстраивать атмосферу, пробуждающую самые глубинные слои её сущности. Я буду вести её шаг за шагом — через образы, воспоминания, испытания, — пока дремлющие дары не пробудятся, не попытаются проявить себя. Они откликнутся на зов, я уверена: откликнутся эхом древней силы, что течёт в её жилах, и помогут нам выявить наружу то, что скрыто под пеленой страха и неуверенности.

Протягиваю ей руку — ладонь открыта, пальцы слегка подрагивают от напряжения и трепетного ожидания. Секунды тянутся, как вязкий мёд, каждая — целая вечность. В груди замирает дыхание, сердце пропускает удар…

И вот — моя пациентка откликается на зов. Её почти прозрачные пальчики, лёгкие, как лепестки утренней розы, едва ощутимо соприкасаются с моими. Контакт установлен — тонкий, хрупкий, но уже ощутимый. Я чувствую, как сквозь это прикосновение начинает струиться едва уловимый поток энергии: робкий, неуверенный, но живой. Он пульсирует, словно первый луч рассвета, пробивающийся сквозь тучи.

В этот миг во мне вспыхивает уверенность: мы справимся. Шаг за шагом, дыхание к дыханию, душа к душе — мы пройдём этот путь вместе.

Глава 6

Я прислушалась к тому, что шептала моя эльфийская магия — тонкий, едва уловимый голос, похожий на шелест листвы в летнем лесу. Получив нужный отклик, удовлетворенно кивнула. Все хорошо. Можно приступать к самой необычной работе за всю мою целительскую практику.

Магию сна я использовала не раз, когда помогала маленьким пациентам побороть страхи и избавиться от кошмаров. Но сегодня задача иная. Сегодня я не просто врач — я проводник в мир, где девочка, чью душу я возвращала с того света, сможет наконец встретиться со своей истинной сущностью.

Решение, с какой обстановки начать, чтобы выстроить контакт с девочкой, пришло удивительно быстро — будто сама вселенная подсказывала правильный путь. Закрыла глаза, вновь обращаясь к магии, и начала переносить наши с малышкой сознания в пространство сна...

Я открыла глаза в огромных покоях, которые были гораздо роскошнее наших с Аэроном. Здесь было всё: выход в общую комнату, напоминающую гостиную, с камином, диваном и несколькими мягкими креслами. Потолки — неимоверно высокие, украшенные причудливой мозаикой и росписью, от которой захватывало дух.

Я здесь одна. Но знаю: сейчас, по моему сценарию, должна появиться моя юная пациентка.

В ожидании осматриваюсь и замечаю огромную кровать под балдахином — такие бывают только у настоящих принцесс и королев. Она манит, притягивает взгляд.

Зеваю.

«Почему-то неимоверно клонит в сон. Но ведь это противоречит моему плану? Так быть не должно».

С этими мыслями устало опускаюсь на огромную кровать, с наслаждением прикрываю глаза.

«Сейчас немного отдохну, а там появится малышка, и мы примемся за раскрытие её способностей...»

Но едва голова косаетсяь мягкой, словно пух, подушки, мысли улетучиваются в одно мгновение. Я проваливаюсь в сон внутри сна.

— Мама!

Кто-то бесцеремонно забрался на кровать и принялся тормошить меня за плечо.

Резко открываю глаза, сажусь, потирая веки. Возле меня на кровати сидит та самая девочка-пациентка. Только сейчас она