Ты мне очень нравишься. Но... - Вера Ковальчук

Слуги не очень этого понимали (по их мнению госпоже следовало кушать побольше жирненького, сладенького, остренького и маринованного, возбуждающих аппетит, чтоб поскорее поправиться), однако подчинялись.

Застольная беседа вскоре пошла по неожиданному пути, и к своему удивлению Лара обнаружила, что тут уже знают о выигранном сражении. По словам конюха, допущенного сюда пообедать со всеми, его высочество главнокомандующий под Лауцем одержал блистательную победу над богомерзкими мятежниками. Идеальную, почти без потерь.

— А когда она была одержана? — удивилась девушка. — И вы так скоро о ней узнали?

— А как же! — Конюх с самодовольным видом придвинул к себе ещё один кусище хлеба. — Оттуда примчались посыльные за дополнительным фуражом в городские конюшни, а у меня там брат работает. Всё узнал из первых рук. Ещё и за другими припасами приедут — на месте ждут следователей императора.

— Следователей? — Лара округлила глаза.

— Да, наверное, из-за мятежников. Будут выяснять, что да как. Это ж бунт против государя, какой стыд! — Конюх качнул головой и шумно втянул порцию супа. — Ох, хороша похлёбка, ничего не сказать…

— Похлёбка?! — возмутилась кухарка. — Да ты что — слепой, или как? Мяса куски видишь?! Кулеш мой похлёбкой обзывать? Да ты знаешь вообще, как готовится похлёбка, как она выглядит?!

— Да разве ж я обидеть хотел? Успокойся, хозяюшка, из твоих ручек выходит вкуснейшее хлёбово.

— Похлёбка, тоже придумал!..

— Ну-ну!

А Лара тем временем задумалась о своём.

Ты идиотка, Лариска. Просто идиотка. Если принц видит, что кто-то — непонятно кто! — и непонятно как справился с приличных размеров отрядом, он явно заинтересуется тем, что произошло. Допустим, он не узнал, как быстро всё случилось, но странных следов наверняка осталось с избытком. И сейчас там будут копаться государственные следователи.

Интересно, что они найдут. Её следы, разумеется. Они должны будут найти отпечатки… как это называется… её энергетики. И что тогда сделают? Какие выводы? Посчитают ли её пособницей врага? Или всё-таки предположат, что она хотела помочь? Какие могут возникнуть проблемы из-за её вмешательства?

Ворочая ложкой в остатках супа, Лара задумчиво скользила мыслью по обстоятельствам, окружившим её. Следует ли что-то срочно делать: бежать, устраиваться в другом месте, прятаться? Или не обращать внимания? Как её смогут найти, тем более что она ведь не своими ногами туда пришла, а переход сотворила… Вот любопытно, могут ли они найти след перехода?

Надо было побыстрее оказаться в лесу, пообщаться с Родником. Нужно было продумать точные прямые вопросы. На такие он обычно отвечал без возражений. И тогда, может быть, она определится, бежать, спокойно жить на месте или идти сдаваться властям.

Чёрт, последнего бы уж точно не хотелось. Да и какого хрена?! Что она, преступница какая-то?! В чём она вообще виновата?! Да ну их всех к дьяволу!

Лара стиснула зубы и поспешно довершила суп. Очень вовремя — в кухню вбежала соседская девчонка, застеснялась в дверях, но всё же выпалила, что сударыню повитуху ждут в восьмом доме по Лиственной улице, владелец каретной мастерской очень просит поскорее явиться и не очень много рассказывать об этом.

— Ну понятно, очередная его любовница рожает, — буркнула экономка. — Старый развратник… Иди-иди, Рисса, лапонька! Этот стервец, отросток юркий, много гуляет, но платит щедро, да и детушка дурищи, которая на его сказки купилась, ни в чём не виноват, верно же? А вдруг девочка!

— Точно, не виновата, — ворчнула девушка, поспешно отодвигая от себя тарелку и прикидывая, какие инструменты с собой обязательно следует взять. — В яблочки, я бы сказала.

Его величество Ариавальд Миэр

Сперва правитель считал очень важным держать гостей из Высокогорья подальше от новостей империи, но очень быстро поменял это мнение. По всему получалось, что в нынешней идиотской заварушке без сторонней помощи быстро разобраться не получится. А скорость давала преимущество, и огромное. Император не собирался пренебрегать им. Так что он пригласил принцев Иоиля и Менея на закрытое совещание в свой кабинет. Естественно, всё то, что дипломатам из соседней страны слышать не следовало, было к тому моменту уже обсуждено.

Что ж, Кристальным высочествам стоило узнать о выигранном сражении, пусть самого сражения толком и не было. Зато был результат: север в руках правящей семьи, основной энергоузел находится под контролем.

Эйтал уже сообщил, что магия отзывается как должно. Следов чужого вмешательства он не ощущает, смотреть надо на месте, но стоит ли оставлять без своего присутствия южный узел — вот был вопрос. Накануне ночью они с братом обсуждали это почти два часа. И аргумент Эйтала, что подобный шаг от них будут ждать, и с учётом этого, видимо, следующая атака планируется на южный узел, показался императору очень разумным.

Вопрос был лишь в том, как использовать информацию. Брата нужно было вроде как убрать с юга, да так, чтоб все его люди уверились: принц отправился на север выяснять, что же там произошло. При этом оставить Эйтала на месте, да ещё отправить к нему пару самых лучших следователей и большой спецотряд, способный и операцию спланировать, и подготовить злоумышленникам засаду, и следы разобрать, и провести предварительное обследование магических структур и артефактов, если потребуется.

Провернуть такое нелегко. Предстояло серьёзно постараться.

Конечно, чужим принцам таких подробностей никто сообщать не собирался. Но о вмешательстве таинственной магии, которая не оставила различимых следов на поле боя, упомянули, надеясь на подсказку от них. Однако Иоиль лишь внимательно слушал каждое слово, а Меней потянулся вперёд с видом человека, который рассчитывает, что дальше ему предложат дополнительные сведения или пояснения.

Спустя десяток минут беседы стало понятно — Кристальные, увы, разгадки не знают. А может, и знают, но делиться ею не станут.

Увы.

Ариавальду оставалось только зубами скрипнуть. С другой стороны — он ведь тоже не спешил открывать представителям королевской семьи все свои тайны. Что ж, и они вправе утаить то, что считают нужным.

Не получается спорить.

Раскланялись с гостями, и правитель Империи остался в кабинете со своими советниками, а потом ещё дождался, когда наладят связь с Ульрихом, Райнером и Эйталом. Его всё томило ощущение, что они упускают какой-то важный факт, но император сдерживал себя и, поддерживая невозмутимое лицо, только слушал всех, кто высказывается. В конце концов, это и есть его обязанность — призвать остальных выдать все возможные идеи и отстоять их.

— Ты так долго прятал от меня Ульриха, — проворчал Эйтал. — Заставил думать, что брат тоже может быть на стороне врага.

Ариавальд скривился.

— Ещё обвини меня в заговоре против себя! Делать мне нечего.

Но младшего брата с толку не сбил. Тот сощурился.

— Можно подумать, я тебя