Попаданка Плюс-сайз - Юлия Викторовна Журавлева

Если вспомнить, как ее в последнюю встречу прессовали родители… то семьей, в нормальном понимании этого слова, у нас и не пахнет.

– О! Дети! – выплыла навстречу Элида. – И Надьежда, – добавила она, показывая, что я здесь точно лишняя. – Рада вас видеть. Вы в гости или наконец образумились?

– Где отец? – проигнорировал вопрос Кальд.

– Кальдерон, где твои манеры и воспитание? – возмутилась Элида. – Ты давно не появлялся дома и даже не удосужился поздороваться.

– Прости, мама, как-то не до воспитания, – отмахнулся от ее упрека брат. – Так где отец?

– Понятия не имею, он передо мной не отчитывается, где бывает. И с кем, – тут злой взгляд на меня.

Но я-то уж точно не виновата, пусть предъявляет претензии мужу.

– Мы подождем, – Кальд опустился в кресло. – И раз время есть, то как у тебя дела?

– Ты невыносим, сын, – вздохнула Элида, присаживаясь рядом. – У меня все хорошо, но ваш отец в последнее время ходит злой и раздраженный. На него многое свалилось.

Следующий взгляд был адресован Райле, но сестра стойко выдержала ее молчаливое осуждение.

– И я так поняла, что основные проблемы связаны с вашей магически-одаренной сестрой, – озвучила плохо завуалированный укор Элида.

– Ой, мама, ты не представляешь, насколько далека от истины, – усмехнулся Кальд.

Он достал из кармана пульсирующий камень, обмотанный его цепочкой с блокирующим артефактом. Кажется, или осколок немного изменился?

– Не вырвется? – спросила я с опаской.

Мы втроем против такого зверя не выстоим.

– Знаешь, а он как будто бы и не рвется больше, – задумчиво ответил Кальд.

– Может, тогда вернем камень на место? – предложила ему.

Брат подумав кивнул.

– Прости, мама, оставим тебя ненадолго. Если отец появится, передай, что его дети жаждут поговорить с ним.

Райла, кажется, только и ждала возможности сбежать от матери подальше, я с трудом поспевала за ней.

У родового артефакта мы какое-то время стояли молча.

– Как я ненавидел когда-то это место, – вздохнул Кальд, глядя на светящийся шар. – И себя ненавидел, считая бездарностью. Разочарованием отца. А теперь понимаю, что дело изначально было не во мне.

– А в чем? – я посмотрела на брата, выглядящего в голубоватом сиянии как-то иначе.

Старше и серьезнее.

– Отец отказался от магии, понимаешь? Скорее всего, родовой артефакт под действием Разлома слишком видоизменился, – он опять достал камень, действительно не похожий на тот, что лежал перед нами на постаменте. – Мне трудно сказать наверняка, думаю, Гюслин сумел бы лучше разобраться и объяснить. Но дело в том, что центральный камень должен уравновешивать остальные, иначе портал совсем теряет стабильность, схлопывается и самоуничтожается. А Разлом пытались сохранить любой ценой. Возможно, я зря наговаривал на деда, он вполне мог пытаться закрыть Разлом. Только кто б ему дал…

– А зверь помог уравновесить? – Райла с интересом смотрела на камень, сейчас не выглядевший опасным.

Надеюсь, он такой не только на вид.

– Да. Он как бы вдохнул новую жизнь в камень. Сделал его чем-то вроде миниатюрной копии родового артефакта. Или даже новым родовым артефактом, с учетом того, сколько силы он впитал и пропустил через себя. А заодно стражем Разлома, чтобы те, кто сумел подобраться к пластине, ничего не смогли бы сделать. Если б не два дракона – и мы бы не смогли.

– Но как они туда добрались? – запоздало удивилась я. – Зверей-драконов, как я поняла, не так много.

– Да у нас хватает талантов, – усмехнулся брат. – Не дракон, так какая-нибудь ловкая и цепкая ящерица. Вон Хейвар же преодолел на своем все завалы. Жаль, я его зверя никогда вживую не видел.

– Но разве можно отдать зверя? – Райла обняла себя за плечи, явно не готовая расставаться со своим неказистым многоглазым пушистиком.

– Можно, – подтвердил Кальд. – Раньше женщины часто избавлялись от зверей, полностью сливая магию в артефакты. Просто сливали не все сразу и не в один, а отец слил почти все разом, оставив себе крохи. Бесследно такое, конечно, не проходит. Поэтому и у нас долго не проявлялась магия.

– Но зверь не живет отдельно от мага, – вспомнила я.

– Родовой артефакт, – Кальд поднял камень, – помог зверю сохранить свою сущность.

У меня имелись еще вопросы, но дверь отъехала в сторону и в зал влетел взбешенный отец.

– Вы! Ты! – поправился он, заметив меня. – Как ты посмела?!

Честное слово, я растерялась. Не от вопроса, а от того, что была совсем не уверена, что на меня сейчас не кинутся с кулаками.

– Что именно, отец, поясни? – вышел вперед Кальд. – Что мы посмели стабилизировать Разлом и сделать из него нормальный портал? Или что забрали твоего зверя? А может, у тебя накопились другие претензии?

– Претензии? – отец задохнулся от ярости, а потом подлетел к Кальду и схватил его грудки и встряхнул. – Ты, ты! Смеешь мне что-то говорить?! Ты все это время скрывал своего зверя!

– У меня были веские причины, – Кальд издевательски улыбался ему в лицо. – Ты-то от своего вообще отказался.

Поэтому ничего удивительного, что в следующее мгновение получил хук в челюсть.

– Кальд! Брат! – мы кинулись к нему с двух сторон.

Но он только поморщился, вытерев ладонью кровь из разбитой губы, и сразу поднялся, задвинув нас за спину.

– Вы уничтожили все! – продолжал распаляться отец. – Я знал, чувствовал, что тебя нельзя допускать к Разлому! – он смотрел на меня как на источник всех своих бед, а то и всех бед этого мира. – Или вы считаете, что я отказался от зверя, потому что хотел?

– А почему? – Кальд склонил голову набок.

– Потому что ваш дед пытался закрыть Разлом! А он был нужен городу и стране! Многие уже крупно вложились в строительство порталов, артефакторы клепали свои артефакты сотнями…

– Его за это убили? – перебила я отца.

– За это. Он отказался исправлять свою ошибку, хорошо, новость не успела разлететься. Посвященные члены Совета не позволили ему закончить начатое, но для этого требовалась наша магия. Много нашей магии, – отец сжал кулаки. – Поэтому мне пришлось пожертвовать своим зверем, иначе нашу семью просто бы уничтожили. Я уже был женат тогда и, в отличие от вашего идейного деда-идеалиста, понимал, что отвечаю не только за свое благополучие. Надеялся, что дети пусть и не оценят мою жертву – ведь говорить о том, что Разлом реально закрыть, было запрещено – но хотя бы сами будут жить в достатке и в нормальном мире.

– Это ты называешь «нормальным миром»? – Кальд впервые показал свои истинные чувства. – Да мы живем как на вулкане! Постоянные прорывы, незапланированные активации! И обычные люди, и маги отдают жизни ради этого твоего «нормального мира», – последнее брат буквально выплюнул.

– У