Переиграть судьбу - Лана Лаврова

— Боюсь спросить какой?

Василиск стоял у окна, пристально вглядываясь вдаль. Его поза казалась обманчиво расслабленной, словно он просто наслаждался видом, но в ее плавных линиях таилось едва уловимое, но ощутимое напряжение.

— Бояться не надо, надо помочь разобраться. — Я с хрустом откусываю яблоко, и кисло-сладкий сок наполняет мои рот приятной свежестью. — В каждой жизни я была собой… ну, то есть и внешность и пол были как сейчас. И каждый раз я была из рода Эсс Арди и эта странность не дает мне покоя. Так ведь не может быть Даэль?

— Ты права не может. Наши души перерождаются в разных воплощениях, вплоть до животных, следуя воле богов и предопределению. — Эту прописную истину знает любой, поэтому меня и озадачил этот момент. — Но я, кажется, знаю, кто сможет нам прояснить этот вопрос.

— Надеюсь, не эти твои шаманы-любители обкуривательных смесей?

Я снова откусила яблоко и зажмурилась от удовольствия, которое сопровождалось приятной кислинкой, слегка сводящей зубы.

— У меня на примете есть один подходящий кандидат, — ответил после небольшой паузы. Василиск, отвернувшись от окна, задумчиво потёр подбородок. — Если ты в порядке, то собирайся, вечером выезжаем.

— Куда выезжаем? — Крикнула в спину стремительно покидающему спальню василиску.

— В мои родовые земли.

У меня глаза стали, наверно, по размеру как две монеты.

Обалдеть! Родовые земли, куда василиски редко кого допускают.

Но он не может пригласить меня просто так, как гостью. Мне нужно иметь определённый статус.

Я рухнула на спину и накрылась с головой одеялом.

В другой раз я бы пищала от восторга, но сейчас…

Сейчас мне было больно.

Под одеялом было темно, тепло и уютно.

Захотелось спать.

Сопротивляться сонной хмари совершенно не хотелось, и я не стала, полностью отдавшись в ее объятия.

Долго или нет спала, но главное — без сновидений. И никакой Тлен в них не вторгался и не сверкал красными глазами.

— Просыпайтесь, фресса. — Меня аккуратно трясли за плечо. — Вам скоро уезжать, ирс просил вас разбудить.

Выпуталась из одеяла и нехотя разлепила веки.

— Уезжаем… Куда…?

Спросонья я плохо соображала и не сразу поняла, о какой поездке идёт речь.

Горничная переминалась с ноги на ногу, ожидая, когда я приду в себя.

— Я вам одежду принесла, — кивнула в изножье кровати, где лежала аккуратная стопка одежды. — Вы пока одевайтесь, а я принесу вам ужин, чтобы вы могли подкрепиться перед дорогой.

— Нет, ужин не надо, — спускаю ноги с кровати и встаю. Сейчас я чувствую себя чуть лучше, не такой разбитой. Ноги меня держат и не подкашиваются при каждом шаге. — Я приму ванну, она мне сейчас нужнее, а после сегодняшнего обеда есть я ещё долго не захочу.

Девушка понятливо улыбается и кивает.

Ванна с ароматной солью всегда помогает мне взбодриться. И в этот раз она меня не подвела: сон как рукой сняло.

Когда Даэль появился, я уже была полностью одета и ждала его с корзинкой еды, которую собрала для нас горничная.

— Пойдем, Лира, нам надо поторопиться дирижабль улетает через час. — Накидывает мне на плечи плащ подбитый мехом. — Завтра утром уле будем на месте.

— Я думала, ты перенесёшь нас порталом.

Мы начали спускаться по лестнице, и тут ноги начали меня подводить, на них словно кандалы надели, и каждый шаг давался с большим трудом. Тело словно сопротивлялось и не хотело никуда двигаться.

— У меня не хватит сил на открытие портала, — его слова повергают в недоумение. — Я тебе не рассказал про Шанну. Мы ведь пытались ее взять, но ты оказалась права, живой она сдаваться не хотела. Еще и свою подставную семью использовала в качестве живого щита.

— Зачем вы вообще туда сунулись? И ты… Ты-то почему там оказался? — Я дернула его за руку, вынуждая остановиться. — Даэль, вы же могли спугнуть нашу главную культистку. А если она сейчас затаится?

Я не ожидала от Даэля такого опрометчивого поступка.

— Приказ поступил от самого императора, сама понимаешь, проигнорировать его мы не могли.

— Про приказ понятно, но ты-то туда зачем поехал? — Он хлопнул дверью Виджаса прямо перед моим носом, игнорируя мой вопрос. Игнорировал вплоть до момента, как мы отъехали.

— Если ты не забыла, я веду это дело, — тут он явно съязвил. — Шанна оказалась сильным противником. Двоих Стражей отправила в магическую кому, меня слегка зацепило откатом, но не критично. Пару дней, и искра восстановится.

— А что с Шанной? — Ответ был написан на лице василиска большими буквами — МЕРТВА. — Можешь не отвечать.

Я отвернулась к окну. Из корзинки пахло мясными пирогами и сладкой сдобой. Хотя я не испытывала сильного желания есть, аромат булочек был настолько притягательным, что одна из них словно сама собой оказалась у меня в руке. Пока я уминала булку, за окнами проносились погруженные в сумерки улицы, витрины магазинов в яркой иллюминации, от которой начинало рябить в глазах. А вот ближе к станции дирижаблей улицы были освещены не так празднично, прям отдых для глаз.

— Нам к пятой платформе, — уточнил Даэль, заметив, как я оглядываюсь по сторонам. К каждой из семи платформ были небольшие очереди, но к пятой платформе тянулся лишь тоненький ручеёк из людей — не более пяти человек. — Я взял нам одну каюту на двоих. Думаю, возражать ты не будешь?

Я лишь фыркнула и, тряхнув волосами, обошла его, прямиком направившись в конец очереди.

Люди негромко обсуждали, не поступало ли сообщений о задержке вылета.

Впереди стоящая семейная пара пыталась успокоить детей, расшалившихся детей, нарезающих круги вокруг одной из лавочек. Их смех заглушал недовольное бурчание пожилого мужчины тяжело опирающегося на трость.

И ведь никто из них даже не догадывается, какая опасность нависла над всеми нами.

Вырвется Тлен и беззаботной жизни придет конец. Больше не будет детского смеха, на смену ему придёт плач и страх. Тлен не только убивает природу, делая земли бесплодными, а воду ядовитой, он сеет распни и среди людей. Отец может пойти на сына, а сын — на отца. Даже мать, которая очень любит своего ребёнка, может без колебаний лишить его жизни.

Так уже было.

Но так давно, что даже на исторических уроках это не упоминается даже вскользь. Тот период времени предпочли стереть из памяти, забыть.

— Лира,