Приват для Крутого. Трилогия - Екатерина Ромеро

захотел помогать. Он предан брату, и порой в Брандо прослеживался Фари. Тот же склад ума, мышление, похожая внешность мафиози. Только темперамент разный, но он мне не помог. И даже наш умник Ганс не подал мне монетку, и я поняла, что надо что-то делать.

Вера. Она одна из немногих, кто меня поддерживал и благодаря кому я была в курсе всего, что происходит в Прайде. Если честно, я с каждым днем просто офигевала от того, что вытворяет эта девица.

Не прошло и двух месяцев, как она уже прыгнула к Крутому в койку, а после ее приняли в Прайд как родную. Вместо меня.

Фари до последнего упирался, но, похоже, и он прогнулся, во что мне было поверить особенно сложно. Ведь его родного брата ранили, и он почему-то обвинил в том Дашу. Это было странно, но я поняла, что эта тварь скрывает какой-то страшный секрет. От всех в Прайде, и от Крутого особенно.

Я была одинока и уязвима, сидела дома в гипсе, и только Вера приходила меня навещать. У нас с ней образовалась небольшая антикампания, как бы смешно это ни звучало.

Я когда узнала, что на Крутого началась охота, уже тогда хотела вернуться, но Вера сказала: рано. И она была очень даже права. Прошло еще несколько дней, и предо мной распахнулись все двери.

Фари погиб. Я не была на похоронах, меня никто не звал, но это была страшная потеря, и Крутой очень сильно по нему горевал.

А все из-за кого? Эта девка оказалась засланной, с первого дня обманывала Савелия, и я молилась, чтобы он с братками ее пустили по кругу.

Мне хотелось, чтобы ее порвали на куски, потому что она забрала МОЕ. Мое счастье, мою стабильность, будущее и доход, ведь так уверенно и комфортно, как с Савелием, я себя никогда не ощущала.

Вера резко “заболела”, и все, что мне осталось, – просто прийти в клуб.

Теперь у них уже была другая предательница и виновница всех бед, так что мне не составило труда вернуть все на круги своя, за исключением одного: Крутой больше меня к себе не подпускал.

Вообще, совершенно холоден, тогда как я все еще помню, каким он может быть, если хочет. Он брал меня на столе, на диване, на кресле, в туалете даже. Когда Савелий хочет секса, он очень щедрый и ласковый, вот только теперь я не знаю, как найти к нему подход. Пока что, но это дело времени.

А еще я видела ту козу снова в клубе. Крутой ее приволок, не знаю даже зачем. Она была в одних только тряпках и выглядела так, будто ее грузовик недавно переехал.

От той волевой сучки не осталось и следа, и внутри, конечно, я ликовала. Видишь, девочка, я же предупреждала, вот только я не понимала одного: почему после всего Даша все еще живая?

Я надеялась, будет иначе, хотя… похоже, еще не время. Она заплатит за все, Крутой никогда не прощает – и ее не простит, я в этом уверена.

Вы скажете, у меня нет гордости, а я рассмеюсь вам в ответ, потому что мне за тридцать, и такого влиятельного дяди я уже не найду.

Все, что мне остается теперь, – быть рядом с Савелием и утешать его. Любой мужик в конечном итоге захочет секса, и он не исключение. Вопрос только, когда он сорвется. Я же буду рядом, и я буду всегда готова.

Фари жаль, но, с другой стороны, теперь мне еще проще. Серьезно. Фари всегда был тем, с кем Крутой советовался, важные решения они всегда принимали вместе, и Эдик был таким рычагом, который сдерживал порывистого Крутого.

Теперь все куда проще. Савва расстроен потерей друга, его бизнес серьезно пошатнулся, его обворовала и предала эта девка, так что дело за малым. Еще немного, и я снова стану его.

Глава 31

Тот же день в клубе

– Говори.

– Савелий, ты видел Артема? Как ты понимаешь, наши его по головке не погладили, и, когда Виктор это увидит, о мире можете просто забыть.

Стискиваю зубы. Ганс хочет как лучше, но я уже наворотил делов, дальше будет хуже. Взять малого Беркута было глупым и поспешным решением, но что есть, то есть. Заднюю давать я не стану.

– А я не за миром Виктора зову, и если это он…

– А если нет? Пока никаких фактов причастия Беркута-старшего к твоим покушениям нет, и к гибели Фари тоже. А если это не он?

– Это он!

– А если нет? Савелий, тогда у нас будут серьезные проблемы, хотя, честно говоря, они уже у нас есть. Если это не Виктор, то он тебе такой выходки не простит, вам придется договариваться с ним и находить компромисс. Это говорили тебе Фари, Гафар, который тоже не дурак, и я того же мнения. Сейчас, когда на нас уже всех собак натравили, нам нужны союзники, а не противники. Не спеши и не руби с плеча. Пока у нас нет доказательств его вины, надо быть осторожными, чтобы не стало еще хуже.

– Где малой?

– В подвале под клубом.

– Смотри, чтоб не сбежал.

– Да куда он денется. Пошли.

Спускаемся вниз, и нет, это не стечение обстоятельств. Мы с Фари специально выбирали клуб с подвалом. Так, на всякий случай, который, конечно, пригодился не раз.

Внизу темно и сыро, горит лампочка. На стуле связанный пацан. Беркут-младший. Артем. Юрист, младший из трех братьев Беркутовых, и я очень надеюсь, что это его уязвимое место, потому что если нет, то я понятия не имею, как мне выманивать Витюшу.

– Здравствуй, Артем.

Он поднимает голову. Губы разбита, на скуле ссадина.

– Мы знакомы?

– Будем. Я Савелий Романович. Знаю твоего брата старшего.

– Ясно. А я тут каким боком?

– Да вот, понимаешь, какое дело, Артем: на меня тут покушения одно за другим, и я думаю, это твой старший братик руку приложил.

Артем смеется, я думал, он младше, но нет, уже вполне себе мужик. Думаю, даже одного возраста с Брандо будет.

– Я не знаю, что тут за разборки, но, похоже, вас здорово наебали, Савелий Романович. Если бы Виктор хотел вас грохнуть, поверьте, промашки бы у него не было.

Закуриваю, вижу, как сильно впиваются веревки ему в руки, но он не подает вида. Гордый – они все там такие.

– Расскажи о своем брате, Артем. Мы давно не виделись. Я знаю, что он недавно откинулся из зоны.