Благородные устремления - Анастасия Медведева

так ещё и отчитывается напрямую Великому князю, в обход посаженного Наместника - а тот, в свою очередь, не хочет, чтобы его власть в Приграничье была ограничена ещё одним политическим игроком, потому интригует, подставляя генерала за кулисами и стремясь сблизиться с ним на публике.

Этот сложный узел не распутать так просто - ни участникам конфликта, ни княжескому двору в столице. Но его можно разрезать одним точным ударом!

Могу предположить, именно к этому удару Итай и готовится в ожидании приезда своей матушки. Но кем же в этом раскладе является сама госпожа Ха’гон? Союзником или врагом? Помнится, супруг говорил, что у его матушки большие амбиции... я тогда решила, что через брак сына с княжной госпожа желает укрепить позиции рода!

Но, что, если она желает отомстить за смерть своего мужа?..

Отомстить не Наместнику, как побочному звену уже ржавой цепи, а самому правящему роду?..

Внезапный озноб вынуждает обнять себя за плечи, с тревогой глядя на полки с сокровищами. Итай не просто так готовится к её приезду, как к переломному моменту... Желание госпожи расширить сферы влияния, и попытка самолично устроить брак с княжной, включающая поездку до свободного Приграничья, где у генерала есть собственная армия - не случайные совпадения! Это цепь целенаправленных действий.

Человек, стремящийся к власти, как правило, видит конечную точку... на какую же вершину хочет подняться госпожа Ха’гон?

И как в таком случае будет действовать Итай, маневрируя между хитростью Наместника и целеустремленностью его матушки?

- Вы что-то выбрали в качестве подарка, госпожа Амай? - отвлекает меня от мыслей голос управляющего.

Оборачиваюсь и смотрю на подчинённого генерала, снявшего военную форму и переодетого в одежду служащего поместья...

Он совершенно точно не просто так рассказал мне о судьбе своего старшего господина. Не знаю, получал ли он наказ от генерала - поделиться со мной этой информацией, или сам решил сделать это, но всё, что нужно, я услышала. И буду готова.

Теперь понятно, что моя фигура на этой игральной доске - лишь отвлекающий манёвр для посторонних глаз. Всё самое важное будет происходить даже не между генералом и Наместником, а между сыном и матерью. Это им нужно договориться и понять друг друга. А всё остальное будет либо помогать, либо мешать их судьбоносному общению...

И я могу лишь надеяться, что моё присутствие послужит помощью!

- Думаю, генерал не просто так отправил меня именно сюда. Подарки не принято передаривать, но, если это происходит, значит у этого есть определённая цель, - отзываюсь собранно.

- Полагаю, вы правы, - кивает управляющий.

- В таком случае, я знаю, что выбрать, - скользнув взглядом по полкам, отвечаю.

***

Вечером Итай послал за мной непривычно молчаливого Ошу, который передал просьбу хозяина - помочь тому со сном - и больше не изрёк ни слова. Не знаю, что творится с этим парнем, но, должна признаться, не до него сейчас: пока мы идём в покои господина, моя голова забита совершенно другими проблемами!

Мой выбор подарков наверняка вызвал у супруга кучу вопросов. Уверена, он захочет это обсудить. Возможно, даже выразит недовольство.

Управляющий не мог не передать ему все подробности моего плана...

Однако, когда я вхожу в покои, понимаю одно - все обсуждения откладываются на раннее утро: генерал вымотан настолько, что сидит за столом и смотрит в стену пустым взглядом. Даже вино не пьёт!

Быстро подхожу к нему, взмахом руки отпуская Ошу, всё же пожелавшего мне что-то сказать напоследок, и начинаю заниматься состоянием супруга, полностью погружаясь в процесс. Мышцы на плечах вновь были, словно камень! Уверена, ему сложно даже руки поднимать... - что же он творит с собой?..

Трачу на проработку шейной зоны больше часа; пальцы болят от непривычной нагрузки, но я заставляю себя терпеть. Прошу генерала избавиться от всей одежды до пояса и лечь на постель - впереди работа со спиной... Понятия не имею, что он думает об этом моём умении: по правде говоря, расслаблять мужское тело умеют только куртизанки и женщины из борделей. Но я успела многое повидать до изменения своего статуса и отъезда в Приграничье.

Пока освобождаю тело от зажимов и спазмов от бесчисленного количества травм и переживаний, успеваю вымотаться и вспотеть. Страшно подумать, как страдают простые воины, посвятившие всю жизнь защите границ! Они же бесконечно в броне да с тяжелыми мечами тренируются - и никто их телами не занимается!.. Поднимаюсь