Избранные небесами - Анна Панкратова

другой стороны коридора. А затем и на лестнице позади: они оказались в ловушке. Ближайшая дверь была заперта, до следующей слишком далеко, а недовольные крики Алекса царапали спину.

— Они ищут Мирославу! — громыхал Алекс. — Я же велел выставить охрану у ее покоев!

— Она сбежала, мой король! — оправдывался другой голос. — Мы ищем ее…

— Надо искать лучше! Идиоты! Уничтожу каждого, если они найдут ее!

Деймонд запаниковал. Схватил Харпер, вжал в стену и поцеловал. Она оторопела, но ответила, поняла, что он задумал, поэтому положила руки на его щеки, максимально скрывая лицо, пока он старательно прикрывал жену ее же волосами.

Уловка сработала: Алекс и его люди промчали мимо. Выждав немного, Деймонд оторвался от губ Харпер, часто дышал, отчаянно прислушиваясь, в очередной раз злясь, ведь план только усложнился: Мирослава сбежала и теперь бегает по замку!

— Так и знал, что это вы, — заявил Алекс, вдруг оказываясь позади. Деймонд резко повернулся, прикрывая собой Харпер. — Дочь.

— Отец, — просипела она, хватая Деймонда за плечо. Опустила руку на спину, пару раз стукнула пальцами. Пытается его удержать от драки? Глупая! Или… — Думала, ты любишь меня.

— Я давно мертв, дочь, — ответил Алекс и пошел в атаку. Деймонд вызвал меч, отбил удар, подлез под руку мертвого, заставляя того повернуться. Вот теперь уловка и правда сработала, ведь Алекс отвлекся, забыл, что Харпер давно умеет давать сдачу.

— Вот и катись к черту, — сказала Харпер после того, как всадила кинжал в спину отца в области сердца. Повернула, от чего Алекса захлебнулся в собственной крови, а потом рассыпался. — Вот теперь попала! Давно мы без слов друг друга понимаем?

— Года три уже, — ответил Деймонд. — Может, и больше.

— У нас минут пять?

— Может, десять. Потом он вернется.

— И как мы Мирославу найдем за это время?

— Меня-то? Зачем меня искать, когда я сама вас всюду ищу⁈ — Мирослава бежала по лестнице, задрав платье так высоко, что было видно ее трусы. — Скорее!

Они помчали за Милой, слепо ей доверяя. Несколько поворотов, тесных коридоров, и она резко распахнула одну из дверей. Нетерпеливо вскинула брови, ведь избранные не спешили заходить внутрь.

— Да быстрее же! Не кусаюсь я! Ну, только если попросите.

Деймонд и Харпер переглянулись, но покорно зашли в девичью обитель. В ней витал запах шалфея, а в полумраке отчетливо рассматривался бардак. Мирослава зажгла несколько свечей, озабоченно посмотрела в окно, но скорее задвинула шторы.

— Нам бы… э-м… — Деймонд замялся, не зная, как попросить кость. Да, мертвая, но все же…

— Нужна твоя кость, — твердо сказала Харпер. — Ну, знаешь: кольца, — она вскинула руку, показывая кольцо, — кинжал и твоя кость. — Вызвала и кинжал, чтобы доказать, что все собрано. Осталась самая малость.

— Мы в лабиринте? — задумчиво спросила Мила, расплылась в улыбке. — Я знала, что вы справитесь и все разгадаете!

Мила закружила по комнате, счастливо напевая, что избранные превосходно проходят испытания. Деймонд встретился взглядом с Харпер, вскинул брови, мол, тебе лучше удается болтать с сумасшедшей.

— Если ты мертва… где твои кости? Мы же их сожгли? — аккуратно уточнила Харпер. Мила резко замерла, непонимающе уставилась на Харпер, а потом вдруг рассмеялась.

— Я не мертва! Когда Мирослава умирала, Алекс вобрал ее магию и передал мне. Я теперь Смерть. Только на моих плечах нет никакого мира.

Харпер изумленно расширила глаза, обернулась к Деймонду, указала на него пальцем, что-то забормотала, вытащила телефон из кармана платья и начала с бешеной скоростью печатать. У нее появилась идея. И, кажется, он догадывается какая.

— Но миры соединились, — заявил Деймонд.

— Верно. Потому что Мирослава умерла и перестала держать Мунфол на своих плечах. Но магия-то осталась. И Алекс успел передать ее мне до того, как та рассеялась и стала частью мира.

— Но в теории, — заговорила Харпер, — эту магию можно было бы передать другому… до того, как миры соединились.

— Конечно! — радостно ответила Мила.

Теперь Деймонд был уверен, что задумала Харпер. Вопросов меньше не стало, разумеется, но хотя бы появилась надежда, что третий путь существует.

Вдалеке послышались шаги. Деймонд занервничал, следом разозлился, ведь выход один — не успеть выпытать ответы из сумасшедшей. К счастью, он ошибся, потому что Мила вытащила из ящика исписанную пухлую тетрадь и протянула Харпер.

— Хвастайтесь за руку, — велела она. — Быстрее, ну!

Харпер и Деймонд взяли Мирославу за руку. Та снова им улыбнулась, подмигнула, а плоть начала растворяться. Несколько секунд — осталась одна лишь кость.

Их снова подхватил ветер, мир завертелся, закружился, пока не вернулся в норму. Они оказались в следующей реальности.

Глава 22

Пусть небеса падут

Харпер чуть не упала, но ее успел схватить Деймонд. Тетрадь Мирославы оказалась зажата между ними, словно главный трофей и самая большая драгоценность.

— Уберем в сумку? — тихо спросила Харпер. — Мало ли уже пора бежать и спасаться?

— Ночь. Нет никого, — ответил Деймонд, оглядываясь. Но тетрадь спрятал в сумку, которой пришлось заменить рюкзак. Сохранили только самое важное, ведь сумка была небольшой, такой, чтобы влезть во внутренний, хоть и большой, но все же карман пиджака. Заодно провел по свиткам, пересчитал, чтобы убедиться, что все на месте, и им осталось добыть последний. — О, магазин одежды.

Пока Харпер гадала, на кой черт ему закрытый магазин одежды, Деймонд успел вскрыть дверь и галантно отойти в сторону, пропуская ее вперед.

— Переоденемся, — пояснил он. — Это Мунфол. Район Лета. Не узнаешь?

— Темно, между прочим!

Харпер завертела головой. Хмыкнула, осознавая, где находится. Знать бы еще в каком временном отрезке! Она зашла внутрь, нашла выключатель и щелкнула им, чтобы зажглись зачарованные свечи. Воровать не хотелось, но этой реальности все равно скоро не будет, а из платья жутко хочется выбраться.

— Ты тоже понял, что надо сделать? — спросила Харпер, осматривая одежду на вешалках. Кинула футболку в Деймонда. — Тебе пойдет.

— Хочешь передать магию и Мунфол кому-то другому? — Деймонд начал раздеваться. Пиджак, галстук, жилетка, рубашка. Стал расстегивать брюки.

— Именно. Это же очевидно!

— Не думал, что это возможно.

— Возможно.

— Живой такую ношу не выдержит.

— Поэтому у нас есть целых семь претендентов.