Вне конкуренции - Лиз Томфорд

Она поворачивается к Эду.

— Теперь Эд будет вице-президентом по бейсбольным операциям. Он будет курировать весь тренерский штаб — и главную команду, и систему фарм-клубов. Все назначения, повышения и переговоры по зарплатам тренеров будут проходить через него. Я же продолжу заниматься игроками. Новый титул и приятная прибавка к зарплате. Так что поздравляю, Эд. Отличная работа.

Он улыбается.

— Спасибо, Риз. Рад работать с тобой.

— Ну что ж… — она глубоко выдыхает и оглядывает комнату. Четверо мужчин смотрят на неё ошеломлённо. — Думаю, на этом всё.

Она вдруг добавляет:

— Ах да, ещё кое-что.

Риз достаёт из сумки три папки и скользит ими по столу к трём из четырёх уволенных членов совета.

— Ваши выходные пособия. Не то чтобы вы их заслужили, но мне нужно держать всё по правилам. А ты, Скотт, очевидно, нарушил свой контракт, когда начал угрожать, так что тебе ничего.

Она встаёт, кладёт руки на бёдра и удовлетворённо оглядывает комнату, явно наслаждаясь моментом.

— Ладно, да. Это всё, что я хотела сказать. Отличная встреча. Спасибо, что всех собрал, Скотт.

Она хватает сумку, закидывая её на плечо.

— Охрана проводит вас четверых к вашим машинам.

По дороге к выходу она проводит рукой по моему плечу, слегка сжимая его. А когда выходит из комнаты, её голова гордо поднята — так, как и должно быть.

Эта женщина действительно вне всякой конкуренции — во всех смыслах этого выражения.

Я сижу здесь совершенно без слов. И до чёрта в неё влюблён.

Что вообще сейчас произошло?

Последние двадцать четыре часа я морально отрывал себя от этой работы и пытался смириться с тем, что потеряю её. А теперь вот я здесь — всё ещё работаю, всё ещё занимаю место главного тренера в дагауте — и пытаюсь осмыслить это.

Пытаюсь осмыслить всё.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я всё ещё здесь. Риз всё ещё здесь. У нас всё хорошо. Какая-то часть меня всё ещё не хочет полностью в это верить. Не хочет слишком надеяться, что всё действительно будет в порядке.

Но трудно не чувствовать надежду после того, как я увидел, как Риз только что всё разрулила. Любой, кто когда-либо сомневался, что она способна руководить этим местом, прямо сейчас должен бы подавиться своими словами.

— Я так и думала, что найду тебя здесь.

Риз появляется из-за угла и видит меня сидящим на выступе над скамейкой за небольшой перегородкой — точно так же, как я столько раз находил здесь её.

— Я занял твоё место.

Она склоняет голову.

— Я думала, мы делим его?

— Да. Делим. Иди сюда.

Я протягиваю руку, обхватываю её за шею сбоку и притягиваю её губы к своим. Целую её — крепко, с примесью отчаяния и облегчения, чтобы заглушить ту маленькую часть меня, которая боялась, что больше никогда не получит шанса её поцеловать.

Она тихо вздыхает, отвечая на поцелуй с той же жадной теплотой.

— Ты в порядке? — шепчу я у её губ.

Она кивает, ещё раз целует меня, а потом отстраняется, чтобы посмотреть на меня, приподняв одну идеально очерченную бровь.

— Ты собирался уволиться?

— Конечно собирался. Я не собирался тебя потерять.

— Потерять меня? — она откидывает голову назад, её руки опускаются на мои бёдра. — Ты никогда не смог бы меня потерять.

— Не знаю… Вчера мне казалось, что я тебя теряю. Всё выглядело слишком… окончательно, когда мы уходили отсюда. — Я тихо усмехаюсь. — Я даже думал, что ты собираешься со мной расстаться.

Она смотрит на меня с таким искренним недоумением.

— Почему я должна была с тобой расстаться? Эмметт… я влюблена в тебя.

Ого.

Слышать эти слова из её уст — это почти нереально. Они звучат иначе после столь долгого времени без них. После того, как я поверил, что, возможно, никогда больше их не услышу.

И особенно иначе, когда их говорит женщина, которой я сам отчаянно хотел сказать то же самое.

— Я собирался сказать это первым.

Её губы изгибаются в улыбке.

— Тогда в следующий раз будь быстрее.

— Не говори мне, что делать.

Она запрокидывает голову и смеётся — такой красивый звук после напряжённого дня. Кажется, я мог бы жить, просто слушая этот смех.

Я тяну её за бёдра ближе.

— Иди сюда, ко мне.

Поддерживая её, она становится на скрипучую деревянную скамейку, а потом я усаживаю её на своё бедро, сидя на выступе.

Она обнимает меня за шею, а другой рукой мягко проводит по моей челюсти.

— Прости, если вчера я показалась отстранённой. Я была перегружена тем, сколько всего нужно было сделать. Я не спала всю ночь, завершая всё с юристами, чтобы подготовить всё быстрее, чем планировала. Я не хотела, чтобы ты сомневался. Я просто пыталась защитить тебя так же, как ты часто защищаешь меня.

Я качаю головой, поражённый.

— Когда ты вообще всё это начала?

— Сразу после того, как мы вернулись из Колорадо.

Она немного смущённо улыбается.

— Я прямо из аэропорта поехала к дедушке, чтобы спросить совета. Не знаю, Эм… Я любила тебя и раньше, но после того дня вместе поняла, что пора перестать это скрывать.

Десять дней. Она работала над этим десять дней.

Она рассказала дедушке десять дней назад, после нашей поездки в Колорадо. После того дня, который был для меня таким особенным, потому что я хотел поделиться с ней местом, наполненным воспоминаниями.

Может показаться, что публично объявить о наших отношениях — не такое уж большое дело. Но для Риз это огромный риск. И, что важнее всего, это решение она приняла сама. Не потому, что её вынудили угрозой.

Поэтому для меня это чертовски важно.

Я целую её в плечо.

— Почему ты мне не сказала? Я мог бы помочь.

— Это была неделя свадьбы Миллер. Я не хотела, чтобы ты отвлекался. Не хотела, чтобы ты переживал за меня. Я собиралась рассказать тебе на этой неделе. Хотела устроить встречу с HR… а потом всё случилось слишком быстро. После вчерашнего мне просто нужно было разобраться с этим. Ты столько лет заботился о других, Эм. Я хотела хоть раз позаботиться о тебе.

Позволить кому-то заботиться о тебе — это уязвимо.

Но когда это Риз, сильная в своих действиях и внимательная в своих решениях, как можно не чувствовать уверенность?

Она заботится обо мне так же, как я о ней. С