Планы на жизнь - Наталья Адарченко

– Ты куда-то собралась?

– Да, собралась. – Я начала злиться.

– Скажешь, куда? – осторожно спросила мама.

– Отстань, – бросила я в ответ.

– Почему ты вообще позволяешь себе так со мной разговаривать? – повысила тон мама.

– Потому что ты меня достала! – крикнула я.

– И когда это я тебя достать успела? Я только что вошла. Если у тебя проблемы, не надо срываться на нас! Нормальные люди делятся своими сложностями и просят помощи. А ты только и умеешь психовать! – не сдержалась мама.

– Иди ты! – закричала я и выскочила из комнаты, хлопнув дверью.

Быстро надев кроссовки и накинув курт-ку, я выбежала из квартиры, а потом и из подъезда. Я была ужасно зла! Зачем ей нужно было лезть ко мне?! Я же не спрашиваю, как у неё дела на работе! И вообще не интересуюсь её личной жизнью!

– А вот надо было бы! – услышала я вдруг голос за спиной.

Я так и обомлела. Разве я сказала последние фразы вслух? Нет, я точно ничего не произносила! Кто-то читает мои мысли? Я замедлила шаг, позволяя тому, кто шёл позади, обогнать меня.

Осторожно покосившись влево, я увидела парня. Он был в солнечных очках и кепке, поэтому лица его я не разглядела. Прикольно, если это окажется Фей, как в фильме «В ожидании чуда». Вот было бы здорово! Он бы помог мне завоевать Артура!

Я уже готова была к беседе с этим незнакомцем, но он прошёл мимо, продолжив что-то говорить. Через несколько шагов я поняла, что парень просто разговаривает по телефону.

Надо же, какие бывают совпадения! Я даже рассмеялась.

– Таисия! Здравствуй, милая! – услышала я ещё один голос.

«Да они же издеваются!» – мелькнуло в голове. Я обернулась и заметила старушку, ту самую, которую спасла от падения на светофоре. А она меня спасла от опоздания на вокзал. Или лучше было бы, чтобы я не успела?

– Что-то случилось? – Пока я размышляла, она подошла ближе и дотронулась до моего плеча.

– Нет-нет, всё хорошо, – соврала я. Не буду ж откровенничать с незнакомым человеком. Да и со знакомым тоже не буду.

– Не хочешь говорить, – как-то по- доброму улыбнулась старушка.

– Да так, с мамой поссорилась немного, – ответила я для убедительности.

– Это очень грустно, понимаю тебя. Однажды я тоже очень сильно обидела маму. До сих пор вспоминаю и не могу себя простить, – опустила голову старушка.

– Однажды? – неожиданно вырвалось у меня. – Один раз то есть?

– Да, – кивнула бабушка, перекладывая большой пакет из одной руки в другую.

Я только сейчас его заметила.

– Давайте я вам помогу, – предложила я, взяв у неё пакет.

– Спасибо. – Старушка была рада, что не придётся идти в одиночестве.

– А как вы обидели маму? – спросила я, когда поняла, что сама она продолжать эту тему не планирует.

– Это было очень давно. Мы только переехали в город из деревни, получили квартиру. У соседской девочки был велосипед. Она каталась на улице сама и ни с кем не хотела делиться. А мне так хотелось! Я попросила у мамы велосипед. А она начала объяснять мне, что мы пока не можем его себе позволить. Отец не вернулся с войны. Нам выдали квартиру, но нужно было покупать мебель, делать ремонт, меня собирать в школу. Мама работала швеёй на фабрике и ещё брала работу домой. Я тогда накричала на неё, сказала, что она меня не любит, раз жалеет денег на самое важное для меня.

– Через месяц у меня был желанный велосипед. Но ещё через какое-то время мама заболела. Оказалось, что она работала на фабрике днём, а чтоб купить мне велосипед, брала работу на ночь и экономила на своей еде. Когда она попала в больницу, я поняла, что не велосипед самое важное для меня, а мама. Я плакала, просила у неё прощения. С того времени я никогда не требовала ничего. И старалась во всём ей помогать. Хотя мне хотелось совсем другого: и с подружками погулять, и просто на диване полежать, – но я вдруг поняла, что могу остаться совсем одна, без мамы, и тогда мне уже ничего не нужно будет…

– Ваша мама выздоровела? – сквозь ком в горле спросила я.

– Да, она прожила долгую и счастливую жизнь. Хоть замуж больше и не вышла. А мне до сих пор стыдно за мои слова… – грустно улыбнулась старушка.

Я молчала. А что я могла сказать? Эта старушка прожила раз в пять больше меня, а обидела свою маму один раз. Я же обижаю её почти каждый день. Я попыталась себе мысленно объяснить, что времена сейчас другие. И люди тоже. Но бабушка, будто услышав мои мысли, продолжила:

– Сейчас часто в семьях хорошие, доверительные отношения не ценятся. Люди стали грубыми и эгоистичными. Но это неправильный путь. Всё равно самые близкие наши люди – это семья. Мама – единственный в мире человек, который будет любить тебя несмотря ни на что. И все-гда будет мечтать о том, чтобы у тебя всё было хорошо. В отличие от подружек, которые сегодня есть, а завтра – уже нет.

– Да уж, – вырвалось у меня. Я тут же вспомнила, как увидела в соцсетях Диану, танцующую на дискотеке с Артуром.

– Я утром испекла булочки с корицей. Думаю, они ещё тёпленькие. Давай с тобой почаёвничаем? – подмигнула старушка. – Мы уже пришли, вот мой подъезд.

– Наверное, это неудобно. У вас семья дома, – начала я оправдывать своё нежелание никуда идти.

– Я живу одна, – поспешила успокоить бабушка. – Дочка с зятем живут в Москве. Приезжают редко. А вот внук иногда навещает. Частенько мотается туда-сюда. Но сейчас как раз у родителей.

Я посмотрела на старушку, и мне стало её жалко. Наверняка ей хочется поговорить с кем-то, да и пакет тяжёлый.

– Ну давайте, ненадолго, – согласилась я.

Но ненадолго не получилось. Никогда бы не подумала, что когда-нибудь буду по собственной воле чаёвничать с чужой малознакомой старушкой и это будет доставлять мне удовольствие. Но Валентина Матвеевна, а именно так звали женщину, так интересно рассказывала о своей жизни в деревне, что я невольно заслушалась. Оказывается, квартиру после войны дали, но им пришлось вернуться в деревню ещё на несколько лет, потому что своё жильё они уступили тёте Валентины Матвеевны, ведь у той было много детей. Потом тётя всё-таки тоже получила большую квартиру. В деревенском доме Валентина Матвеевна с мамой держали козочку, которую надо было пасти и доить. Это делала Валентина Матвеевна, хотя была маленькой девочкой. И пасла, и доила вместе с мамой. И носила молоко соседям,