Человек из подвала - Джей Ди Уокер

щель и, потратив несколько секунд на тщетные попытки, наконец подцепила томик пальцами и вытащила, поцарапав обложку и костяшки пальцев о шершавую каменную стену. Книжица была в мятно-зелёном тканевом переплёте с золотым солнцем на обложке. Это была не книга. Дневник.

Ноэ открыла его на форзаце. Там в верхнем левом углу блестящими чёрными буквами было написано:

Эрика Бэйс

Возраст: 13 лет

6 Тоттер Корт, Осшуа, штат Нью-Хэмпшир.

Ноэ перевернула первую страницу. Там было всего две строчки.

Рейдии, Кристал и Рути.

Если вы читаете это, значит, Сплюснутый человек достал меня.

Десять

Ноэ проворно следовала своему новому распорядку в новом доме. Во-первых, проверить Лен. Убедиться, что она в постельке. Затем проверить детские ворота. Убедиться, что они закреплены на стене, а дверца заперта. После этого проскользнуть в свою собственную кровать. Обычно она брала ноутбук и искала в Интернете хоть что-нибудь о Сплюснутом человеке, а затем просовывала руку за чёрной резинкой, которую она прятала под подушкой, чтобы привязать себя за запястье к каркасу кровати. Каждое утро она просыпалась с онемевшей рукой, и ей приходилось претерпевать мучительную боль, пока кровоснабжение восстанавливалось. Ощущение было такое, будто в руку втыкали тысячи иголок, но оно того стоило. Резинка для волос её даже успокаивала. Этот наручник был так же необходим ей для сна, как подушка.

Однако на этот раз она закрыла свою дверь, хотя обычно оставляла её открытой на случай, если Лен будет ходить во сне. Затем вместо того, чтобы взять ноутбук, она достала дневник Эрики. Ноэ хотела сесть и прочесть его с той самой минуты, как нашла его. Но папа вернулся домой сразу после ухода Кристал и, узнав, что мама и Лен в библиотеке, решил, что они с Ноэ должны выбраться на прогулку и встретиться с ними за ужином. Ноэ спрятала дневник под подушку вместе со своей резинкой до отбоя.

Прислонившись к изголовью кровати, Ноэ открыла дневник на этом странном вступлении: «Если вы читаете это, значит, Сплюснутый человек достал меня». Она уже собиралась перевернуть страницу, когда звук открывающейся двери чуть не заставил её отшвырнуть книгу на другой конец комнаты. Папа стоял посреди коридора и искал что-то в телефоне: можно подумать, ему нужны были GPS-координаты, чтобы найти собственную спальню. Прятать дневник под подушку было поздно, и Ноэ просто опустила его на колени, как будто это была самая обычная книга, которую она взяла почитать перед сном.

– Ты должен был постучать, – заметила Ноэ.

– Извини, – сказал папа и, подняв руку, в которой не было телефона, постучал по стене рядом с дверью. – Ты выглядела рассеянной в ресторане, и я хотел убедиться, что у тебя всё в порядке. – Он ещё несколько секунд продолжал смотреть в телефон, прежде чем поднял глаза. Его брови сошлись, когда он увидел книгу у неё на коленях.

Ноэ попыталась отвлечь его.

– А у нас есть ключ от двери в подвал? – Она думала об этом с тех пор, как впервые увидела Сплюснутого человека.

Отец наклонил голову набок:

– Ты знаешь, думаю, что нет. Но нам он и не нужен. Там такая старомодная замочная скважина в форме шахматной пешки. Мы точно не запрём дверь по ошибке.

– Но если мы захотим запереть её? Можно установить навесной замок?

– Навесной замок? Зачем нам это делать?

– Я боюсь, что Лен может упасть с лестницы, когда она ходит во сне. – Ноэ не могла назвать настоящую причину.

– Я сомневаюсь, что мама санкционирует такое. Уродливый старый замок прямо на кухне? Кроме того, это сильно затруднит стирку.

– А как насчёт такой маленькой задвижки, как в гостинице?

Папа покачал головой:

– Слишком опасно. Что, если кто-нибудь запрётся там?

Ноэ вздрогнула при этой мысли. Это и правда было слишком опасно.

– Кроме того, Ноэ, с Норой всё будет хорошо.

– С Лен, – машинально поправила Ноэ.

– Ты переживаешь из-за того, что ты сама ходишь во сне? В этом дело?

– Нет, – сказала она. – Я беспокоюсь о Лен. – Хотя бы это было чистой правдой.

Отец кивнул и сел в ногах её кровати.

– Ну а что, если… Я хочу сказать, мне тут пришла в голову одна мысль, и может, если я скажу об этом вслух, у меня будет стимул взяться за дело. Я подумал, может, нам превратить подвал в игровую комнату для тебя и Лен? Настелить полы, сделать потолок, заделать и покрасить стены, добавить больше света. Можно поставить вам диван, телевизор, видеоигры, что захотите. Тогда мы не будем путаться у вас под ногами. Если только не нужно будет что-то постирать, разумеется.

– Что? – Слово прозвучало резко и пронзительно. Она сразу же вспомнила о Кристал и её домашней классной комнате. Она подтянула одеяло к подбородку. – Я не хочу играть в подвале.

– Но он уже не будет похож на подвал. Представь себе свою собственную квартиру.

– Я не хочу свою собственную квартиру.

Папа засмеялся:

– Ладно, посмотрим. Что ты читаешь?

Вопрос был таким неожиданным, что Ноэ не нашлась, что ответить. Она замялась и успела только промямлить, что не знает, как папа взял дневник с её колен. Он смотрел на неё несколько секунд, перевернул несколько страниц, а затем поднял глаза на Ноэ.

Ноэ ахнула.

Глаза отца были переливчато-фиолетовыми.

Она отпрянула от отца, ударившись головой об изголовье кровати, и, дёрнув ногой, выбила дневник у него из рук, так что книжка упала на пол.

Тут она поняла, что раз глаза отца стали фиолетовыми, то угроза ведь там, куда он смотрит. Позади неё.

Образ Сплюснутого человека, поднимающегося из-за изголовья, как в стихотворении Кристал, пронёсся в её клокочущем мозгу. Она закричала и рванулась всем телом подальше от изголовья, прямо в объятия папы.

Но там ничего не было. Не было никакого изуродованного лица, ухмыляющегося из-за изголовья. Она быстро оглядела комнату, но не увидела ни следа Сплюснутого человека. Зато ей бросились в глаза планки на дверях шкафа. Большой комод у стены. Её собственная кровать, под которой было добрых двенадцать дюймов зазора. Куча мест, где мог спрятаться плоский монстр.

– Ноэ, в чём дело?

Ноэ посмотрела на папу, который держал её обеими руками, словно боялся, что она исчезнет. Его глаза опять стали обычного карего цвета.

– Извини, – сказала Ноэ. – Я сама не знаю, почему… Я вдруг испугалась… Сама не знаю. Думаю, я просто вспомнила один из своих кошмаров.

Беспокойство в глазах отца было таким же явным, как до этого фиолетовый цвет.

– И что это было?

Она переместилась на кровать и отмахнулась