Рита и волшебное яйцо - Жанна Бочманова

Наберем букет цветов».

Мама уверяла, что рифма в стихах хромает. Рита не представляла, как рифма может хромать, и воображала ее в виде старушки с палочкой. Папа же смеялся и потом на работе читал эти стихи коллегам.

– Может, у нас рэпер растет? – успокаивал он маму, но та не успокаивалась и пыталась приучить дочь к хорошей, то есть правильной, по ее мнению, литературе.

Рита правой ногой почесала левую икру в том месте, где красной точкой горел комариный укус. Стелька стоял, готовый к путешествию. Рита бросила в небольшой рюкзачок пластиковый контейнер, бутылку с водой и вскочила в седло.

– Поехали к пруду, Стелька. Мишка вчера хвастался, что поймал желтого тритона. А мы поймаем красного или синего. Или еще какого-нибудь, но непременно самого красивого, и утрем Мишке нос. Он вчера в чате так выпендривался, что просто противно.

Рита поправила пучки на голове: все утро она старательно их завязывала. Пусть Ленчик не думает, что его дразнилка ее задевает. А тритончика Миша поймал красивого. Желтенького, с темными пятнами на пузике. Надо будет проследить, чтобы Миша его потом выпустил обратно. Он выпустит. Миша хоть и хвастун, но добряк. Стелька медленно двинулся к калитке, затем остановился: это Рита нагнулась и вытащила из кустов припрятанную палку, гладко обструганную, с обмотанной серебристым скотчем рукоятью и веревочной петелькой, чтобы надевать на руку или цеплять за пояс. Мама, если бы увидела, снова закатила глаза. Папе же Рита сказала, что это меч для борьбы с нечистью, тот понимающе подмигнул и маме про палку ничего не сказал. Тут Рита слукавила. Палка нужна была ей для защиты не от нечисти, а от Ирода.

Отношения с петухом не задались с самого переезда в поселок. Рита как раз пошла в первый класс и с удовольствием осваивала новую территорию. Ей было где разгуляться! Дома растянулись по береговой линии, охватывая озеро Гладкое небольшим серпиком с восточной стороны. Детей в поселке оказалось много, и немало было тех, кто, как и Рита, переехал сюда из города. Школу недавно отстроили заново, и родители, выбирая место для переезда, решили, что это наилучший вариант. Большинство жителей на работу ездили в ближайший город, но были и те, кто занимался своим хозяйством: сажал огород, держал кур, овец, коз или даже корову.

Первый раз увидев сидевшего на заборе Ирода, Рита остановилась как вкопанная. У петуха было красно-оранжевое, словно пламя, оперение и огромный черный переливчатый хвост, крутым серпом возвышающийся над головой. Именно такого пера ей как раз и не хватало для счастья. Она долго выслеживала петуха, и наконец их встреча состоялась. Надо ли говорить, что ничем хорошим для Риты она не кончилась. И с тех пор Ирод не упускал случая напомнить ей, как сильно она ошиблась, нажив себе такого врага. Но если не считать злопамятную птицу, жить в поселке Рите нравилось.

Помимо озера, в округе имелись небольшие пруды, где водилась всякая живность. Самыми прикольными были тритоны. Они плавали у берега, иногда высовывая овальные мордочки, а их волнистые гребни красиво колыхались вдоль спинок. Такой разнообразный окрас притягивал охотников. Мода зародилась стихийно: поймать и выложить в чате школьной группы фото тритона. И чем ярче и необычнее расцветка, тем больше восторженных комментариев и лайков.

Ноги крутили педали все быстрее и быстрее, ветер свистел в ушах и трепал челку. Солнце пригревало голые коленки. Мама бы порадовалась, что дочка наконец-то вылезла из джинсов. Ну, во-первых, Рита так и хотела – маму порадовать хоть чем-то. Во-вторых, на джинсах была дыра, а зашить ее у мамы не хватало времени: проект же горит. В-третьих, немного подзагореть было бы неплохо. А то, вон, все хвастаются фотографиями с отпуска, какие они там все солнцем поцелованные и счастливо-улыбчивые. Мама обещала, что как только закончит проект, они тоже поедут на море. Если закончит, конечно. Папа хоть и делает вид, что ему все равно, но тоже потихоньку начинает бурчать, что лето пройдет, а они так никуда и не съездят.

Первый пруд Рита проехала не останавливаясь: там уже столпились какие-то ребята и наверняка взбаламутили воду. Ее целью был прямоугольный водоем, когда-то вырытый как пожарный, но с тех пор заросший тиной и осокой. На этот пруд ходили реже; по слухам, где-то в глубине скрывался утопленник, который по вечерам выходил побродить по берегу, выискивая, кого бы завлечь в воду. Может, для компании, а может, и на обед.

Подъезжая, Рита услышала шум. Яростный клекот, хриплое карканье и глухие удары. Велосипед взлетел на пригорок, и перед изумленной Ритой открылась настоящая битва. Черно-красный клубок подскакивал на месте, иногда распадаясь на два помельче. Рита не сразу узнала в этом клубке петуха Ирода. Рука сама собой сжала палку. Снова петух кого-то обижает! Рита аккуратно положила Стельку на траву и побежала к берегу, на полпути застыв в нерешительности. Вторым драчуном оказался ворон. Большой, черный, с огромным клювом и могучими крыльями. Он расправлял их, затем с силой бил по воздуху, отчего петуха сметало с места, и тот цеплялся когтями за траву, выдирая ее из земли прямо с корнями. Ирод бросался на ворона с какой-то отчаянной решимостью, а противник не собирался уступать и все теснил и теснил петуха к зарослям осоки.

Ирод попытался взлететь и напасть на ворона сверху, но был встречен сильным ударом острого клюва. С горьким клекотом от близкого поражения он упал на землю. Пока петух поднимался, неловко колотя крыльями по воздуху, ворон двинулся в атаку и уже нацелился клюнуть в налитый кровью гребень, как вдруг ему прямо на спину приземлилась палка. Ворон припал на лапы и посмотрел на Риту, бегущую на него с высоко поднятой над головой бутылкой. Желтый глаз с черной точкой зрачка уставился на нее, и Рита ощутила озноб; захотелось развернуться и удрать куда подальше. Но ноги продолжали нести ее по инерции вниз, и ворон отступил. Он подскочил на месте пару раз, расправил крылья и взлетел. Правда, улетел не сразу, а сделал круг прямо над головой Риты, но она так отчаянно махала бутылкой, что ворон хрипло каркнул, вложив в голос все свое негодование, и скрылся из глаз.

Ирод сидел на земле, нахохлившись. Гребешок печально свесился набок. Рита вернулась за Стелькой, вытащила контейнер, предназначенный для тритона, налила туда немного воды и поставила перед петухом. Сама же отошла – так, на всякий случай. Ирод шевельнулся, опустил клюв в воду