За Тайной дверью - Ксения Ивановна Горбунова

Змеегор сделал в небе большой круг и приземлился прямо на цветочные клумбы. Вёл он себя на удивление мирно. Огромной мордой потянулся к самым сочным грушам на дереве, съел парочку и облизнулся.

– Приветствуем тебя, Владыка!

Кентавры как один склонились в почтенном поклоне. Даже те, что лечили раненого гнома, на время оставили своё занятие.

Сабрина спряталась за спину Клодо.

– Он что, так и будет меня преследовать?

– Не бойтесь, принцесса, думаю, теперь он не опасен.

– Откуда ты знаешь?

Клодо пожал плечами:

– Я слышу, о чём он поёт.

Странная песня до сих пор не умолкала в голове Клодо:

Я крылья. Я зову в полёт.

Во мне душа её живёт…

Сабрина робко взглянула на Клодо:

– Он поёт?

– Ну да. Знаете, принцесса, у вашего дракона просто волшебный голос.

Щёки Сабрины почему-то алели. Непонятно отчего, ей было приятно то, что этот отважный юноша пощадил её дракона, да ещё и услышал, о чём тот поёт.

– Ты спас меня. Спасибо.

Клодо тоже смутился и покраснел:

– Ерунда. Я… Просто Юкка попросила меня помочь вам. Вот и всё.

– Да? – разочарованно спросила принцесса.

Ему вдруг стало жарко, даже уши вспотели. Почему бы старику Алодару не наколдовать ветер в своём саду? Клодо подумал, что с радостью бы променял этот разговор на ещё одну битву с драконом. Всё-таки там, в чёрной башне, он чувствовал себя куда смелее и отважнее.

Юноша набрал в грудь побольше воздуха и выпалил:

– Я… кажется, я влюбился, принцесса. Я хотел бы защищать вас и дальше. Всю оставшуюся жизнь…

Небесные глаза Сабрины заблестели от слёз. Сердце Клодо упало. Ну зачем? Зачем он всё это сказал?!Зачем так расстроил лучшую в мире девушку?

– Простите! Я обидел вас… Я не должен был… Я всего лишь обычный башмачник…

– Тогда я буду женой башмачника! – Сабрина встала на цыпочки и поцеловала Клодо.

Новое чувство тёплой волной накрыло её. Это чувство было таким огромным, что не умещалось в груди. Оно рвалось наружу и, казалось, освещало всё вокруг. Клодо не верил своему счастью.

В тот же миг дракон Змеегор взлетел вверх. Яркое сияние исходило от него. Оно было таким сильным, что всем, кто находился в саду, пришлось крепко зажмурить глаза. А когда глаза открыли, то никакого дракона не увидели. Вместо Змеегора в небе парило удивительное существо, с виду напоминающее большого лохматого пса с длинной, как у жирафа, шеей. Животное добродушно смотрело на толпу удивлённых зрителей. Лохматая шерсть существа светилась белым сиянием.

– А где же дракон? – Юкка первая обрела дар речи.

– Он перед тобой, дорогая, – дедушка Алодар улыбался, на глазах его блестели слёзы, – это и есть его истинный облик.

Сабрина осторожно высвободилась из объятий Клодо.

– Не может быть! Гордик стал таким, как раньше!

– Гордик? – удивился Клодо.

– Да. Так звали его, когда он был маленьким.

Белоснежный дракон узнал своё имя. Он медленно опустился рядом с принцессой и положил большую голову ей на плечо. Слёзы счастья катились по щекам Сабрины. Она обняла тёплую мягкую шею дракона.

– Прости меня, Гордик.

Юкка ничего не понимала. От всего увиденного и услышанного у неё кружилась голова. Ей казалось, что все вокруг знают какой-то секрет, а ей не говорят.

– Кто-нибудь, объясните, что происходит! – почти что взмолилась она.

Алодар не успел ответить. Вперёд вышла худая старуха-кентавр. Юкка сразу узнала её. Она была одной из старейшин в своём племени. Она единственная хотела пощадить Юкку на суде кентавров.

– Легенда о драконе, – прохрипела старая женщина. – Пришло время нам её вспомнить.

Все лица обратились к старухе. Даже сад перестал гонять между ветвей тёплый воздух – прислушался.

– Много лет назад принцессы и драконы жили в полном ладу и мире. Когда на земле рождалась принцесса, в далёкой стране, среди воздушных скал и водопадов, появлялся дракон. Как только девочка вырастала, дракон прилетал к ней, чтобы поиграть и покатать её на белоснежных крыльях. Он радостно носил счастливую принцессу среди облаков и пел свою песню. Это была необычная песня. Услышать её мог только самый достойный из рыцарей. Впоследствии именно этот рыцарь и становился мужем принцессы и будущим королём.

Юкка распахнула глаза от удивления, а старейшина продолжила:

– Но однажды всё изменилось. В одном королевстве родился принц, который не захотел мириться с таким положением вещей. Он был давно влюблён в прекрасную принцессу Рору, но, как ни старался, никак не мог услышать песню, которую пел её дракон. Целыми днями принц наблюдал, как юная девушка летает среди облаков на своём крылатом друге, и злился. Он с детства привык владеть самыми разными сокровищами, а вот сердце принцессы присвоить себе никак не мог. «Легче убить этого дракона, чем разобраться в том, что он поёт!» – подумал принц. Однажды ночью он прокрался в покои девушки и отрубил зверю голову. На рассвете принцесса проснулась и поняла, что больше никогда не сможет летать. Вместе со смертью дракона её покинула радость и жизненная сила. Половина её души словно окаменела. Рора больше не могла испытывать ни любви, ни ненависти. Она вышла замуж за жестокого принца и родила ему дочь. Когда девочка выросла, к ней тоже прилетел дракон. Помня историю своей матери, принцесса испугалась. Она была уверена, что никто не полюбит её из-за этого странного зверя. Девушка отвела своего дракона в пещеру и спрятала там. Она была напугана и печальна. Дракон жил в темноте и от этого с каждым днём становился уродливее. Его мягкая шерсть обросла чешуёй, на голове выросли колючие рога. По мере того как сердце принцессы ожесточалось, страшнее становился и сам дракон.

Старуха вздохнула и продолжила рассказ:

– Однажды в пещеру явился рыцарь. Он увидел перед собой огромное чудовище и убил его. Юная принцесса вышла за рыцаря замуж. С тех самых пор возник обычай рубить драконам головы. Обычай этот продолжался и по сей день. Ты, Клодо, первый, кто не захотел убивать невинное существо. Сквозь когти и шипы ты увидел его настоящий облик. Увидел и освободил. Поэтому мы, кентавры, кланяемся тебе. – Старейшина замолчала и низко склонила седую голову. Её примеру последовало всё племя.

Клодо хотелось под землю провалиться. Ему казалось очевидным, что дракона его невесты ни в коем случае нельзя лишать жизни.

Тем временем Сабрина печально спросила:

– Так значит, это я превратила своего дракона в чудовище?

Старик Алодар ласково обнял внучку за плечи:

– Да, девочка моя. Драконы не могут