Разочарование Харухи Судзумии - Нагару Танигава

— Блинский блин…

Я помотал головой, пытаясь расслабить плечи, и принялся разглядывать новичков.

«Как только заметите кого-нибудь с потенциалом — не отпускайте!» — так проинструктировала нас бесстрашный командир. Только вот по каким же критериям, с её точки зрения, мы можем определить этот «потенциал» на глаз?

Кстати говоря, во время представления учащихся класса «2-5» Харухи не стала повторять свою прошлогоднюю речь. Вместо этого она кратко объявила:

— Я — Харухи Судзумия, лидер «Команды SOS». Всё! — только и сказала она с широченной улыбкой, от которой у меня побежали мурашки.

Она и впрямь считала это исчерпывающим представлением.

И, честно говоря, так считал и весь класс. Во всей школе было невозможно найти того, кто не знал о Харухи Судзумии и «Команде SOS».

А если такие и были…

Я рассеянно глядел на фирменную обувь первокурсников, слонявшихся по школьному двору.

Если такие и были, то наверняка находились где-то в этой толпе.

* * *

Поблизости от деревьев сакуры, которые только-только начинали распускаться, мы с Коидзуми (и Нагато чуть поодаль) продолжали убивать время, как вдруг из толпы учеников выделилась фигура. То, как перед этой фигурой расступались люди, напоминало мне вид Моисея, ведущего свой народ из Египта.

Знакомое лицо... в общем-то, именно из-за этой персоны я, в итоге, тут и оказался. Рукава его пиджака небрежно развевались, и, в своём шествии под падающими лепестками, он так и лучился якобы имевшейся у него властью. Было ощущение, словно мы стоим на съёмочной сцене в окружении картонных декораций.

— Давно не виделись, — холодным тоном произнёс председатель школьного совета, остановившись перед нами.

Увы, но на самом деле не так уж и «давно». Сложно забыть лицо того, чью занудную речь пришлось выслушать всей школе во время церемонии начала учебного года.

— Благодарю, — сказал он, зачем-то поправляя очки, будто это требовалось по сценарию, а затем, с видом начальника, недовольного своими подчинёнными, продолжил: — Где ваш командир? Я собирался высказать ей некоторые претензии, но её нигде не видно.

А чёрт её знает, где она. Я ей не секретарь и не менеджер, и не могу ежеминутно отслеживать перемещения своей эксцентричной одноклассницы.

— Полагаю, ничего не поделаешь. Тогда спрошу у вас: что конкретно все вы здесь делаете?

Я надеялся, что если буду молчать, то вместо меня ответит Коидзуми. Но смазливчик «Команды SOS», словно поддавшись весеннему настроению, предпочёл сидеть и лучезарно улыбаться.

— А разве не понятно? — отпасовал я вопрос.

«Его превосходительство» удостоил нас непроницаемым взглядом:

— Конечно, понятно, поскольку я знаю, где мы, и кто вы такие. Я здесь потому, что подозреваю — пусть такое и трудно предположить — что вы можете сотворить какую-нибудь уму непостижимую выходку. Но ничего подобного не наблюдается. А раз так, то, полагаю, вы догадываетесь, каков будет мой следующий вопрос.

Ещё бы не догадывались, он всегда действует точно так, как от него ожидаешь. Честно говоря, будь здесь Харухи, разговор стал бы куда продуктивней…

Погоди-ка... если Харухи нет поблизости, то зачем же он продолжает ломать комедию? Разве нынешний председатель на самом деле не марионетка, контролируемая «Организацией»?

А может, это игра для посторонних? Но мы же в полупустом углу школьного двора, и если нас никто специально не подслушивает, то и причин для беспокойства нет. Нагато, сидящая на расстоянии нескольких метров, вероятно, находится в пределах слышимости, но только верхушка ЦРУ и NORAD[6] может догадываться о том, что волнует нашу инопланетянку.

«Его превосходительство», только что буравивший меня взглядом, вдруг ухмыльнулся, отвёл глаза, и кислым тоном сказал:

— Тогда наши дела здесь окончены. Инспекция всех культурных клубов завершена. Кимидори-кун, почему бы тебе не сходить на спортивную площадку? Я потом подойду.

— Хорошо.

Только после короткого ответа женского голоса я понял, кто же всё это время стоял позади председателя. Мне удалось удержаться от возгласа удивления, и вместо этого я просипел:

— …Кимидори-сан?!

— Да, — вежливо ответила та и поклонилась.

До того, как прозвучал её голос, я и не замечал, что она тут, и на моём лице так и читалось удивление. Она словно слилась с тенью председателя и проявилась лишь в тот момент, когда заговорила.

Самый первый клиент «Команды SOS», бывшая девушка старосты Общества компьютерных исследований, а в данный момент — секретарь школьного совета Эмири Кимидори. Она изобразила улыбку благородной леди и снова поклонилась в знак приветствия. Я был так обескуражен, что машинально повторил её жест.

…Ага, так вот почему председатель так себя вёл! Он скрывал от неё свою подлинную сущность, хотя, пожалуй, в этом не было никакой необходимости.

Как бы то ни было, а когда возникла традиция, что председатель всегда появляется вместе с секретарём? Может, хотя бы раз стоит предоставить эту честь казначею или заместителю?

— Почему бы и нет, если ты того хочешь, — председатель снова поправил очки. — Но если с кем-то из вас казначей и пожелал бы говорить, то со старостой литературного кружка.

Вообще-то, Коидзуми мне уже об этом напел. В прошлом учебном году перед весенними каникулами школьный совет провёл собрание, посвящённое распределению денежных средств между различными клубами. Пусть в литературном кружке числился всего один участник, это всё же был законный клуб, и его представитель тоже присутствовала на собрании — разумеется, не Харухи, а Юки Нагато. Впрочем, до последней минуты Харухи хотела принять участие в собрании и намеревалась пойти туда вместе с Нагато, а то и вместо неё. Но появление лидера тех, кто захватил комнату литературного кружка, грозило вывести ситуацию из-под контроля.

В конце концов, помявшись и подувшись, после наших с Коидзуми уговоров командирша всё же согласилась и отпустила Нагато одну, но сделав такое выражение лица, будто отдаёт её в заложники врагу во время войны.

Нагато вернулась примерно через час с выделенными на нужды кружка средствами, что для практически бездействующего кружка с единственным членом исключительное достижение.

По слухам, никто не понял, что же тогда произошло, и какие методы она использовала. Но всё, что сделала книгочейка — тихо заняла свое место и, не проронив ни слова, стала пристально смотреть на казначея школьного совета. Ежегодное собрание по поводу клубных бюджетов часто перерастало в «Бурю в пустыне», но в данном случае оно стало бурей в стакане воды.

Делая вид, будто в этом была его заслуга, председатель произнёс:

— Конечно, от собрания там было одно название. Денежные средства, предоставляемые