Это всё искусство! - Анастасия А. Лютикова

– Ну что ж, попробуем спасти твою работу.

И мы её спасли. Удивительно, но оказалось, что белая замазка – это супернужная вещь в работе с графикой!

Когда занятие закончилось, Татьяна Павловна вышла со мной в коридор и подошла к маме.

– Мы будем делать выставку детского творчества в честь юбилея нашей школы. Я отбираю работы ребят. Хочу и Алинину работу выставить. Это будет большое мероприятие – желательно, чтобы все участники пришли. От родителей тоже понадобится помощь. Вы с Алиной будете участвовать?

Мама посмотрела на меня одновременно с надеждой и тревогой.

– Алиночка, что скажешь? Хочешь на выставку? Мы в деле?

* * *

– Она сказала: «Да!», да!!!

Было по-весеннему тепло и солнечно, мама стояла посреди улицы и, не стесняясь прохожих, ликующе кричала в трубку. Даже без громкой связи было слышно, как психолог переспрашивает:

– Да?

– Да!

– Да, да?

– Да, да!

Это звучало так забавно, что я не выдержала и рассмеялась, а вслед за мной засмеялась мама и даже Наталья Сергеевна в трубке. И мы просто хохотали как ненормальные, ни на кого не обращая внимания, и это было удивительно и здорово!

А ведь я просто сказала: «Да»!

Лида

1

– Вирус Лидка, спасайся кто может. Вирус Лидка!

Лида, не сдержавшись, кинулась за обидчиками, но юркие мальчишки отскочили на безопасное расстояние, сделав вид, что страшно испуганы. Будто она своим прикосновением или даже близким присутствием может их заразить.

Заразить, как они говорили, разжижением мозга!

Никакого разжижения у Лиды, конечно, не было, а была обида, что над ней издевается весь класс. А ведь она ничего плохого не сделала.

– Не поймаешь, не поймаешь! Вирус Лидка слишком жирный!

Одноклассники корчили отвратительные ро-жи и скакали вокруг жертвы, словно они не шестиклассники, а обезьяны.

Прозвенел звонок.

– Сами вы вирусы! – выкрикнула напоследок Лида, оставляя попытки догнать обидчиков.

Запыхавшаяся, раскрасневшаяся, она вернулась в класс, поправляя растрёпанные косы и мешковатую юбку.

Плюхнувшись за свою парту, где она сидела одна, Лида открыла тетрадь и вздохнула. Страницы пестрели красным.

Сколько она ни билась, у неё не получалось нормально писать слова. Буквы и слоги словно жили собственной жизнью. То пропадали неизвестно куда, то вставали не на своё место, то неожиданно пристраивались не к тому слову и коверкали его до неузнаваемости. А ведь она знала все правила наизусть и читала отлично, а вот с письмом беда. Ещё одна причина для подколок.

Сегодня, видимо, снова будет двойка по диктанту. Марина Борисовна опять скажет, что ошибок чудовищно много, а одноклассники будут доставать, что она тупая и ей место в школе для отсталых.

А у неё просто дисграфия! И это вообще не связано с умственным развитием!

Марина Борисовна вошла в класс. Как всегда, в строгом костюме. Стройная и подтянутая.

– Ну что, шестой «Б», как настроение? – спросила она бодро. – Готовы к диктанту? Надеюсь, вы меня сегодня порадуете, как и погода. Наконец-то небо прояснилось. А то этот нудный осенний дождь уже надоел.

Лида вскочила с места.

– Марина Борисовна, вы знаете, мы сегодня с папой очень рано вышли из дома, и, представляете, небо было такое красивое. Розовое-розовое, а облака золотистые и нежные. Так прекрасно!

Голос у Лиды звенел. От избытка чувств она прижала руки к груди.

Со всех сторон раздалось фырканье и смешки. Одноклассники не оценили Лидиных восторгов, впрочем, как и всегда.

– Класс, тихо! Что вы смеётесь? Лида – тонкая натура и чувствует красоту природы, – сказала Марина Борисовна, возможно, чуть более иронично, чем хотела.

– Она не тонкая натура, а толстая! – выкрикнул главный Лидин обидчик Колька Нестеров. Класс захохотал.

Лида тут же вспыхнула и хотела уже было ответить, но Марина Борисовна отреагировала первой:

– Так, Нестеров! Сколько раз я говорила никого не оскорблять? Сейчас же извинись перед Лидой.

Кольку упрашивать не надо. Сняв невидимую шляпу и отвесив шутовской поклон, он протянул издевательским тоном:

– Сорри, леди Лидия!

– Всё с тобой понятно, Нестеров! Опять шута горохового изображаешь. Посмотрим, как ты повеселишь нас своим диктантом. Сядь на место.

Колька презрительно скривился и уселся за парту, а Марина Борисовна вздохнула и начала урок, думая о том, что нелегко защищать от подростков такую девочку, как Лида. Казалось, в ней нарочно собралось в кучу всё, к чему могут прицепиться: полнота, немодная одежда, дисграфия, поведение – то не по возрасту детское, то вызывающее.

Лида же думала: хорошо бы папа забрал её из школы вовремя, чтобы она не сидела возле гардероба. Потому что мальчишки снова будут её задирать, дразнить или отнимать мешок со сменкой, как в прошлый раз. Она потом с тру-дом нашла свои туфли.

Хоть Лида и умела за себя постоять, бесконечная оборона выматывала.

Да и в художку опоздать не хотелось. Лида любила приходить пораньше, чтобы занять безопасное место в уголке возле окна. Тут можно было слушать на перемене музыку и тайком есть что-нибудь запрещённое. Дома мама держала её на диете и ограничивала в сладком. Но карманные деньги никто не отменял, и на перемене Лида бежала в магазин за сгущёнкой в пластиковой упаковке. Раз-два – и двести грамм улетали за один присест.

– Так, ребята, откройте тетради. Начинаем диктант, – сказала Марина Борисовна, и Лида глубоко вздохнула.

«Ну что ж, поехали. Давайте, буквы, не подведите! Хотя бы на троечку!»

2

Наверху всё было таким пронзительно синим, что казалось, море плещется над головой.

Лида на ходу задрала голову и представила: вот сейчас из-за верхушек деревьев выплывет белый корабль с облачными парусами, а на нём – прекрасный принц, который увезёт Лиду в удивительную страну, где никто никого не обижает и царят мир и дружба. А ещё можно будет смотреть на землю сверху вниз, сидя на облаках. Наверняка они мягкие, а может быть, даже и вкусные. Сидишь и ешь, словно взбитые сливки или сладкую вату. Красота!

Лида так замечталась, глядя наверх, что налетела на встречного мужчину.

– Смотри, куда идёшь, девочка!

– Извините, я ждала принца, – ответила Лида вежливо и, поймав недоумевающий взгляд прохожего, только вздохнула. Ей было не привыкать.

Она ещё раз посмотрела на небо. И почему осенью оно такое яркое? Может, потому, что частые дожди отмывают его до блеска, словно стёклышко. Вот бы сейчас на пленэр.

Вспомнив про художку, Лида ускорила шаг. С сентября она записалась на занятия, потому что психологи