Дядушкин дом - Олеся Беленикина

– Только вчерашний суп в холодильнике, – пожал плечами Андрей Евгеньевич.

Захар хмыкнул: прошлым вечером он не смог съесть Дядушкино творение.

Достал телефон, чтобы проверить сеть: вдруг хотя бы на кухне есть связь? Экран показал одну палочку.

«Да уж, посты и видео на улице придётся загружать», – подумал Захар.

А вслух спросил:

– Что в Костёнках можно снять, чтобы в блоге показать?

Дядушка покосился на телефон в руках племянника и тут же выпалил:

– Так музей наш археологический. Или раскопки древние. Обязательно сходи. Хоть сегодня.

Захар хотел сказать, что от такой скукотищи все подписчики разбегутся. Но не успел. На улице раздался вопль. Казалось, кого-то раздирали на части.

Андрей Евгеньевич и Захар одновременно выглянули в окно. На подоконнике снаружи сидел полосатый одноухий котяра со шрамом в полморды. Нагло упирался лбом в стекло и орал что есть сил в форточку.

– О, принесла нелёгкая, – усмехнулся Дядушка и направился в коридор.

С каждым шагом он будто подпрыгивал на длинных ногах. Того и гляди, действительно затанцует на просторной кухне под негодующее кошачье «мяу».

– Не смей давать бандюге еду. Он всегда делает вид, что голодный.

Дядушка схватил с полки портфель, крикнул «пока» Стегозаврихе и выскочил из дома. Вслед ему звонко пропел колокольчик.

Зевая, Захар залил кипятком пакетик невкусного чая в безразмерной кружке и с надеждой открыл холодильник. Пусто. Только кастрюля с вонючим супом и одна старая свернувшаяся сосиска в дальнем углу. В Дядушкином холодильнике определённо гуляли сквозняки.

Захар на всякий случай понюхал сосиску – пропала. Выкинул в форточку, предварительно сняв оболочку. Полосатый попрошайка поймал добычу в прыжке и скрылся с победным рычанием.

Ходики в гостиной пробили восемь раз.

– Чёрт! Опаздываю!

Занятия в школе начинались в полдевятого.

Захар помчался в ванную, затем в гостиную по длинному коридору буквой «Г». По дороге споткнулся о Стегозавриху, выругался. Быстро переоделся, пригладил русые волосы, стоящие торчком, и схватил рюкзак.

Рюкзак выглядел так, будто накануне его пожевал динозавр. Захар покосился на черепаху и погрозил пальцем. Помахал на прощание казаку.

Чубатое облако не отреагировало. Лишь надуло губы трубочкой.

– Откуда ты здесь взялся? – бросил Захар напоследок.

Ответом было равнодушное молчание.

Закинув помятый рюкзак на плечо, Захар выскочил из дома под звон колокольчика. Одноухий бандит встретил на крыльце приветливым «мяу».

4. Самая обычная школа

Захар шагал вверх по холму и представлял, как его примут в классе. Почему-то раньше не думал об этом. Проучиться-то надо всего два месяца! А теперь заволновался.

– Ерунда какая-то. Ничего особенного не произойдёт, – Захар отмахнулся от мыслей. – Школа как школа – обычная школа. И ребята наверняка самые обычные.

Здание с блестящей красной крышей находилось на верхушке холма. И действительно выглядело обыкновенным. Никаких чудаковатостей. Забор, стадион, турники, крыльцо с четырьмя ступеньками – как и во всех школах.

Захар поднялся по ступенькам, прошёл по заполненному незнакомыми лицами коридору, отыскал на первом этаже нужный ему кабинет. Согласно выданному расписанию, уроки у шестого класса начинались именно там.

– Новенький, что ли? – спросил брюнет в клетчатой рубашке, оценивающе осмотрев Захара с ног до головы.

– Или классом ошибся? – подхватил сидящий рядом пухлый мальчишка с волосами цвета соломы.

Высокий смуглый паренёк с раскосыми глазами обошёл Захара по кругу.

– Не, такого раньше не видел. Точно не наш.

– Ну, привет, новенький, – гоготнул брюнет. – Тебе туда.

Он указал пальцем на последнюю парту в среднем ряду. За ней сидела девочка со светлым хвостом на макушке. Хвост торчал пальмой и частично переваливался на лоб, прикрывая уголок большущих круглых очков.

Захар поначалу хотел представиться, узнать имена одноклассников. Но быстро передумал.

Пожал плечами и направился на свободное место возле хвостатой блондинки. Она шевелила губами, уставившись в текст, – повторяла задание.

– Не обращай внимания. Они специально задирают. Потому что ты только приехал, – сказала девочка, не отрывая глаз от книги.

– Все трое новеньких, что ли, не любят? – хмыкнул Захар и опустил на пол рюкзак со следами мощных челюстей на кармане.

– Четверо, – поправила блондинка. – Серёга пока не пришёл.

Захар понадеялся, что Серёга окажется приветливей.

– Хуже. Серёга гораздо хуже. – Девочка всё ещё смотрела на страницу.

– Я что, вслух это сказал?

– Нет, но слишком громко подумал. – Соседка наконец повернулась к Захару.

Он заметил, что глаза у неё ярко-зелёные, а на правой щеке пятнышко – кожа светлее, чем всё лицо. Такое бывает, когда обгоришь на солнце. А обожжённое место потом пузырится и облезает. Только до лета ещё два месяца – на улице десять градусов.

– Я Маша, – улыбнулась девочка.

– Захар.

Захар подметил: когда Маша улыбалась, под светлым пятнышком на щеке появлялась ямочка. – Знаю. Мама рассказала. Она с твоим дядей в музее работает. Ты надолго к нам?

– До осени. Что, в Костёнках все друг друга знают?

Маша пожала плечами и вновь уткнулась в текст. Но дочитать не успела: в класс бодро вошла учительница английского.

– Наша Анна Петровна, – шепнула Маша. – Мы её Кастрюлей зовём.

Анна Петровна и правда немного походила на кастрюлю: приземистая, круглая, с короткими волосами. Она шагала, а причёска-крышка подпрыгивала при движении.

– А, уже устроился. Хорошо. – Анна Петровна нашла глазами Захара на задней парте и, больше не обращая на него внимания, приступила к уроку.

Зря Маша усердно бубнила домашку под нос. Кастрюля спросила мальчика с соломенными волосами, Костика Косточкина. Косточкин с ответом провалился. Потом дала самостоятельную работу. Класс недовольно заворчал.

Захар напрягся.

– Не успел прийти в школу, и сразу тест. Повезло так повезло, – пробурчал он себе под нос.

Посмотрел на лист: основные английские времена. И выдохнул:

– Легкотня!

Он почти закончил упражнения, когда в классе появилась молодая женщина, одетая в пышное платье. В руках она держала веер. Женщина медленно проплыла вдоль доски и остановилась. Мечтательно уставилась в окно. Никто на неё не смотрел – головы учеников склонились над партами.

А Захар остолбенел. Потому что вошедшая набрала в грудь воздуха и запела. Как в театре. Громко. Так, что окна затряслись.

Захар обвёл глазами класс – все писали. Будто бы ничего странного не происходило.

– Кто это? – спросил он Машу.

– Певица. Шляется в школе по коридорам.

Захар непонимающе уставился на соседку:

– Что за бред?

Маша отложила ручку и удивлённо посмотрела. Не на певицу с веером – на Захара.

– О… ты что, про лабиринт не знаешь?

– Какой лабиринт? В смысле, знаю. Видел, когда к Дядушке в прошлый раз приезжал. При чём тут он?

– Квасова! Елисеев! – раздался грозный голос