Сказки народов России. Том 1 - Автор Неизвестен -- Народные сказки

сторону, на дыбы встаёт, но Запоздалый крепко держится в седле. Укротил он коня, направил на ограду двора, так конь туда-обратно будто птица перемахнул. В конце концов добился Запоздалый от коня полного взаимопонимания и стал в дорогу собираться: надел доспехи и оружие, приторочил к седлу сумки с лёгкой, но сытной пищей, а потом пожелал матери здоровья, сел на коня и пустил его во весь опор, так что искры из-под копыт полетели. Мать, провожая сына, расплакалась, но удержать его дома было уже не в её силах.

Скачет Запоздалый вперёд, отцовский конь будто устали не знает, скорости не сбавляет. Вдруг видит Запоздалый: пасётся впереди стадо овец и коз. Подъехал он к пастуху, поздоровался.

— Да умножится твой скот! — говорит.

— А тебе удачи в дороге, юноша! — отозвался пастух. — Куда это ты направляешься в полном вооружении?

— К большой реке еду, к уаигу, что живёт на другом берегу, — отвечает Запоздалый.

— Много таких молокососов пытались вызов уаигу бросить, да только даже костей от них не осталось. Лучше возвращайся домой, к няне, подрасти чуток. Нечего тебе пока делать на том берегу реки, сил у тебя не хватит, чтобы уаига одолеть.

— Спасибо, что не жалеешь советов для обычного странника, но, если мне и суждено будет умереть, что с того? Когда столько храбрых воинов уже погибло, смерть простого мальчишки вроде меня ничего не значит. «А этот юноша с характером! — подумал пастух. — Посмотрим, осушит ли он чашу с молоком».

— Ты, наверно, устал и голоден. Не в моих правилах гостя не солоно хлебавши отпускать. Попей молока, коли, конечно, сумеешь чашу удержать, — сказал он Запоздалому и протянул ему огромную чашу с молоком.

Юноша взял чашу и осушил её одним махом, так что пастух не то что стадо обойти, а даже шага сделать не успел.

— Спасибо за угощение! — поблагодарил Запоздалый, возвращая чашу. — Всех благ тебе, пастух. Но мне надо дальше ехать, прощай.

Пастух пожелал ему счастливого пути и подумал: «Этот юноша — не чета другим. Никому до него не удавалось выпить всю чашу до дна. Может, он и сумеет справиться с уаигом».

А Запоздалый снова погнал коня к большой реке и спустя какое-то время добрался до пастуха, который пас быков.

— Да умножится твой скот, пастух! — приветственно сказал он.

— Доброго здравия тебе, всадник! Куда путь держишь и как столь юного отрока отпустили в дальнюю дорогу?

— За большую реку еду к злодею уаигу, и удержать меня дома никто не мог, а уж как там сложится, посмотрим.

— Ох, юноша, видно, мало тебя пороли, раз так ума и не нажил. Был бы поумнее, остался бы дома. Немало твоих предшественников пыталось вызов уаигу бросить, да только даже костей от них не осталось. Куда уж тебе, сосунку, у которого молоко на губах не обсохло!

— Правду говоришь, мил человек, но и не ехать нельзя: семь моих братьев сгинули за рекой, и мой долг узнать, что с ними сталось, а придётся — так и отомстить за них. Ну, а если мне суждено будет умереть, что с того? Когда столько храбрых воинов уже погибло в тех местах, смерть простого мальчишки вроде меня ничего не значит.

— Что ж, удачи тебе в дороге! — пожелал Запоздалому пастух. — Но прежде помоги мне разнять бурого и чёрного быков — всё время дерутся, боюсь, как бы не покалечили друг друга. А сам думает: «Разнимет быков, может, и одолеет уаига, в противном случае ждёт его участь всех остальных».

Запоздалый поскакал в гущу стада. Не слезая с коня, схватил дерущихся быков за хвосты и кинул бурого через семь хребтов, а чёрного за семь рек забросил, потом попрощался с пастухом и продолжил свой путь. Долго ли, коротко ли ехал — коня даже пришпоривать не пришлось, так тот рвался вперёд.

Вскоре добрался Запоздалый до равнины, где табун на сочных травах пасся. Лошади почуяли всадника, заржали. А Запоздалый к табунщику подъезжает.

— Здравствуй, добрый человек! — говорит.

— И ты будь здоров, юноша! — отвечает табунщик. — Куда направляешься, если не секрет?

— Не секрет, еду я к великану уаигу, живущему на той стороне большой реки.

— Видать, ты маменькин сынок, привык, чтоб все тебя обслуживали — вон как коня своего загнал! Да и собственную жизнь не ценишь, раз к уаигу в гости собрался! И как только тебя родители отпустили?

— Нана и не отпускала, но я её не послушался. Спасибо, что беспокоишься за меня, но не ехать я не могу, даже если придётся голову сложить.

— Что ж, удачной тебе дороги! Но ты хоть коня смени — твой-то совсем устал уже. Выбери любого из моего табуна.

— За предложение благодарю, но сил у моего коня ещё достаточно — твоим до него далеко! К тому же он для меня не просто конь, а друг — я не могу его бросить. Но всё равно — спасибо. Счастливо тебе и прощай!

И Запоздалый поскакал дальше. Конь его, и правда, устали не знает, скорости не сбавляет, под седлом играет, рвётся вперёд.

Наконец увидел Запоздалый большую реку, а на противоположном берегу — громаду замка уаига.

Дочь великана заметила всадника с башни и кричит матери:

— Нана! Снова к нам кто-то едет! На сей раз только один всадник. Он уже у реки.

— Проследи за ним, доченька! Если будет брод искать — значит, лёгкая добыча. Если напрямик через реку поплывёт — стоит его опасаться.

— Нана! — снова кричит матери дочь уаига. — Он погнал коня напрямик, и тот переплыл реку, как рыба. А всадник, хоть и очень юн, даже не шелохнулся в седле!

У ворот замка Запоздалый спешился. Навстречу ему жена и дочь уаига вышли.

— Добро пожаловать, гость! — говорят в один голос.

— Благополучия вашему дому! — отвечает Запоздалый.

— Заходи, отдохни с дороги в саду, угостись фруктами, — предлагает жена уаига. — А к вечеру и муж мой вернётся.

Провела она Запоздалого в сад и вроде как удалилась, оставив гостя одного.

Но на самом деле вместе с дочкой подсматривает за ним.

Запоздалый огляделся. Яблок и груш на деревьях видимо-невидимо — спелые, красивые, так и хочется ими полакомиться. И вдруг среди листвы и фруктов заметил Запоздалый множество застрявших в ветвях стрел, мечей да разнообразной упряжи.

Стал он трясти деревья одно за другим — посыпалось с ветвей оружие, и столько его было, что даже траву под ним не видно.

Подивился Запоздалый, а мать и дочь шепчутся:

«Непростой это гость. Многие к