Дело о жёлтом чемоданчике - Нелли Резник

оставшимися от майских праздников флагами. Волк плелся за Петей маленькой сердитой серой тучкой. Люди сидели на лавочках и кормили голубей. Дети, радуясь теплу, бегали туда-сюда и пускали мыльные пузыри. Распустившиеся тюльпаны цветастым одеялом устилали каменные клумбы. Повсюду пахло сиренью. Петя любил майские праздники с их особенной атмосферой и ароматами. К тому же они предвещали скорое начало летних каникул и потому были особенно приятны.

– Понимаешь, Волк, в нашем мире все по-другому. Мы не в сказке. Иногда встречаются злые люди, которые могут навредить другим. Общество придумало правила, и мы их соблюдаем, – терпеливо поучал Петя.

– Извини, я был неправ, – отозвался Волк.

– Извинения принимаются. Мы же давно договорились: я соблюдаю правила всех миров, куда с тобой попадаю, а ты – моего, – сказал Петя, протягивая Волку руку.

Метрах в десяти от друзей вдруг разом вспорхнула голубиная стая, потом еще одна. Петя и Волк остановились. Маленький, неуклюжего вида человек в явном отчаянии метался между дорожками, расходящимися из сквера, оглядываясь по сторонам, словно выискивал кого-то, и то и дело поправлял сползающие на нос очки. Незнакомец пыхтел, нервничал и разговаривал о чем-то сам с собой. В своем белом халате и шапочке он был похож на врача, а кудрявая голова и очки делали образ несколько нелепым. Запыхавшийся незнакомец наконец остановился и обратил внимание на Петю и Волка.

– Простите, вы случайно не видели кого-нибудь с чемоданчиком? Он небольшого размера, примерно с вашу собаку, ярко-желтый и с черными ручками, – спросил чудной врач с раскрасневшимся, испуганным лицом. Петя задумчиво почесал в затылке и вспомнил, что как раз такой чемоданчик кто-то забыл в вагоне метро.

– А что было в том чемодане? – спросил Волк.

Человек в костюме врача от удивления отпрыгнул в сторону.

– Говорящая собака? – спросил он, тыча пальцем в странное животное.

– Вообще-то волк. А показывать пальцем некрасиво, – сказал Волк. Он до жути боялся уколов и прочих медицинских манипуляций, поэтому решил держаться подальше от незнакомца и поближе к Пете.

– Животные не разговаривают! Да и вообще, кто вы такие? – незнакомец начал заикаться от волнения.

– Я Петя, а это Волк, он из сказочного мира. Успокойтесь, пожалуйста, – сказал Петя, присаживаясь на скамейку.

Разглядывая Волка, незнакомец часто дышал и протирал стекла очков, будто не совсем верил своим глазам.

– Кажется, мы видели ваш чемодан в метро, – сказал Петя.

– О-о-о, и как же мне теперь быть? Вы… вы… не… – Доктор затрясся и стал оседать на землю. Петя подхватил его под руки и помог усесться на скамейку.

– А что в том чемодане? – еще раз попытал счастья Волк.

– В нем были лекарства от всего: от плохого настроения, от зависти, от грусти, от страха… – Незнакомец схватился за голову. – Да как же так!

– Не волнуйтесь, мы вернем ваш чемодан, – успокоил его Петя.

– Вы не понимаете! Я – волшебник, и если мой чемодан попадет в злые руки, то и моим лекарствам найдут вредное применение. – Незнакомец так разволновался, что у него перехватывало дыхание.

– Значит, волшебник? – удивленно воскликнул Волк. – Ну я как чувствовал, Петь! А откуда вы к нам? Как сюда попали?

Незнакомец вытер потный лоб, поправил очки на круглом раскрасневшемся лице и снял шапочку с кудрявых волос. Обмахиваясь ей, он поудобнее уселся рядом с Петей и, отдышавшись, заговорил:

– Эх, волшебник, конечно, сильно сказано. Я профессор, ученый, фармаколог, создаю лекарства. Мне удалось изобрести средства, которые изменяют человеческие чувства и настроение. Я называю их волшебными конфетами. Конечно, медицина пока не нашла лекарство от всех болезней, – незнакомец вздохнул, – но я хотел помочь больным детям. Некоторые маленькие пациенты лечатся далеко от дома и грустят. Я решил хоть ненадолго сделать их счастливее. Я путешествую по стране, навещаю больных детей, потом заезжаю в научно-исследовательский институт, делаю новые конфеты и еду дальше. Дети прозвали меня волшебником, и мне это ужасно понравилось.

Петя и Волк внимательно слушали. Человек перед ними выглядел обеспокоенным и несчастным. Они привыкли, что таким нужно помогать.

– Утром я прибыл на вокзал в Санкт-Петербурге, вышел на перрон, поставил чемодан, отлучился ненадолго, а потом он исчез. Я паниковал, спрашивал людей, но никто ничего не видел. Тогда я бросился бегом: понадеялся высмотреть вора и догнать его. – Ученый замолчал и тяжело вздохнул.

– И что? – спросил Волк.

– И ничего. Нужно срочно вернуть мой чемодан! Вы мне поможете?

– А умеете ли вы, профессор, перемещаться по другим мирам? – нетерпеливо спросил Волк. Раз ученый изобрел конфеты от страха, может, они-то и помогут жителям Тридевятого царства? А может, если туда успел проникнуть вор-злоумышленник, какие-нибудь лекарства как раз и свели с ума жителей сказочного царства?

– По другим мирам? – удивился профессор. – А сколько их? Какие они? И как туда попасть?

На лице профессора отразился ужас. Он вдруг осознал, что если вор знает путь в другие миры, то и бед натворит немалых.

– Да, полно! Но вы уж простите, всего я вам рассказать не могу – не положено. Но в одном соседнем мире проблемы со страхом. Если это козни вашего вора, надо бы все исправить. – Волк почесал за ухом.

– Ладно. Куда успел добраться вор, нам еще предстоит выяснить, а пока предлагаю отправиться в метро и забрать чемодан, – предложил Петя.

Глава 4

– Обратите внимание, мы приближаемся к знаменитому Тридевятинскому дубу.

– А где Кот Ученый? – раздалось из толпы.

Василиса окинула взглядом стайку туристов, а затем сам дуб. Она уже давно водила экскурсии, привлекала туристов местными достопримечательностями и налаживала экономические связи Тридевятого царства. И все у нее шло гладко.

– Одну минутку, господа, по всей видимости, возникли маленькие технические неполадки. Вы можете осмотреться, погулять по изумительному ромашковому полю в двадцати пяти метрах налево от нас. – Василиса Васильевна была превосходным гидом, но не могла не разволноваться, заметив, что Кота Ученого нет на своем месте. Девушка изучила дуб. Цепь на месте. Следов борьбы нет: ни клочков шерсти, ни царапин от когтей.

– Кот? – шепотом позвала Василиса, – Ко-о-от?

Ответа не последовало. Ее сердце забилось от волнения.

– Василиса Васильевна, что-то случилось? – раздалось у нее за спиной.

– Нет, нет, ничего, – отозвалась она, обернувшись к щуплому парнишке, который задавал вопрос.

– Федор, – протянул руку мальчик, – из Тридесятого. Всегда рад помочь, если нужно.

– А знаешь, Федор, как раз нужно, – обрадовалась Василиса.

Кто-то звал ее Прекрасной. Кто-то – Премудрой. Василиса уже в детстве отличалась ясной головой и пытливым умом. Вот и сейчас она понимала, что впадать в