Дело о Похитителе сказок - Ксения Николаевна Кокорева

– Много будешь знать – скоро состаришься и будешь как я, – ответила старушка с молодым голосом.

– Вы хотели у нас что-то спросить, – напомнила дама в черном балахоне. – Мы ответим на один вопрос. Тебе. – Узловатым пальцем она указала на Петю. – За то, что ты спас ту глупую фею. Один вопрос!

Вопросы заметались в голове у Пети, как вспугнутые тараканы. Где искать Соловья-разбойника? Кто его похитил? Зачем? Все это не похоже на один-единственный вопрос.

– Поторопись, – велела пожилая женщина. Теперь две дамы работали вместе: одни нити, которые они складывали в чемодан, казались бесконечно длинными, а другие – короткими, как шнурки для ботинок.

– Петя, – тихонько позвал Волк. – Решайся!

– Как нам найти Соловья-разбойника? – решился Петя. В конце концов узнать, кто его похитил и зачем, можно было уже после того, как они его отыщут.

– Хороший вопрос, – кивнула женщина с книгой. Потом вдруг прислушалась к чему-то и достала из кармана новенький мобильный телефон: – Да, Светочка! Ах, как вы любезны! Конечно, мы сейчас спускаемся, дорогая. Вы просто золото! Передайте наш поклон Виктору Павловичу. Надеюсь увидеться с ним на конференции. – Дама убрала телефон в карман и скомандовала: – Так, девочки, вперед! Такси ждет, наш самолет через два часа!

– Ты, Волк… – Дама в черном снова указала пальцем, на этот раз на Волка. Накрашенный ярким лаком ноготь остановился буквально в сантиметре от его носа. Волк свел глаза в кучку и сглотнул. – Скоро сам его встретишь. Сам у него и спросишь. А ты, Петя… – Палец переместился к мальчику. – Лучше спроси совета у Сфинксов. Они каменные, им ничего не страшно.

– А вам страшно? – рискнул Петя. – Может, вам чем-то помочь?

Все три женщины расхохотались.

– Нам неприятно то, что происходит, – пояснила дама с книгой в руках, закончив смеяться. – Не хотелось бы оказаться в няньках у капризной девчонки.

– Какой девчонки? – не понял Волк.

Дамы резко перестали смеяться.

– Мы согласились ответить на один вопрос, да и то только из уважения к твоей храбрости, Петя. А это уже второй!

– Третий, – уточнила дама с книгой.

– Тем более! Ступайте, мальчики, сами слышали, нас уже ждет такси.

– А куда… – начал Петя. Ему было страшно интересно, куда отправляются эти три дамы.

– Четвертый вопрос, – констатировала дама в балахоне.

– Еще одно слово, и… – Та, что укладывала нити в чемодан, достала ножницы.

– Всего хорошего, – поспешил откланяться Волк.

– Удачной поездки, – пожелал Петя.

Дамы снова захохотали. На миг Пете показалось, что одна из них была молода и ослепительно прекрасна, вторая годилась ему в матери, а лицо третьей избороздили ужасающие морщины.

Глава 4

Дверь квартиры Семенковых распахнулась, и на пороге возникла эффектная пара. Довольно худощавая дама на высоченных каблуках, в узкой юбке, украшенная неимоверным количеством меха и разноцветных перышек. Из-под лихо надетой набекрень шляпки с вуалью выглядывало розовое личико.

Сзади маячил дедушка, который каким-то непостижимым образом умудрялся держать три чемодана и круглую шляпную коробку одновременно.

Увидев застывшую в прихожей Варвару Николаевну, дама чрезвычайно оживилась и с криком бросилась ей на шею:

– Ах, дорогое дитя! Варенька, дорогая, как ты прекрасно выглядишь! Ах, какая прическа! Какое платье! Какие бусики!

Надо отдать должное Варваре Николаевне – она оказалась на высоте. Прежде всего крепко обняла значительно превышающую ее ростом гостью, резко отставив правую ногу в качестве опоры. Благодаря чему обе дамы не свалились на пол. Но, к сожалению, при этом Варвара Николаевна нечаянно пнула застывшего от изумления Виктора Петровича. Вскрикнув от боли и неожиданности, тот схватился за ногу. Проигнорировав мужа и пригвоздив его локтем к стене, Варвара Николаевна прижала к себе пестрое создание, угадав в нем дальнюю родственницу, тетушку Калиопу Львовну, и без запинки ответила на приветствие в том же духе:

– Тетя Капа, сколько лет! Как молодо ты выглядишь! Как чудесно!

Приветствие получилось что надо. В последний раз Варвара видела тетушку лет двадцать назад и даже под угрозой расстрела не могла бы сказать, изменилась та или нет. Но кое-что Варвара Николаевна помнила хорошо: неудержимую тетушкину болтливость. Нужно было срочно принимать решительные меры, иначе был высок риск застрять за разговорами в прихожей до глубокой ночи. Муж был временно выведен из строя, а Николай Семенович сгибался под тяжестью багажа. Так что Варвара Николаевна взяла дело в свои руки. Ласково улыбнувшись приезжей и приветливо обняв ее за талию, она продолжила щебетать:

– Познакомься, Витя, это тетя Капа. Заходи, тетушка, будь как дома! Кофе, чаю? А может, ты голодна? Или нет, сначала умойся с дороги! Как же ты замечательно выглядишь – такая молодая и красивая!

Надо признать, тактика имела успех: Калиопа Львовна, явно ошарашенная, позволила завлечь себя на кухню. В прихожую ввалился взмокший дедушка, поставил три чемодана и коробку у двери и отправился за следующей порцией багажа. Виктор Петрович, озадаченно покачав головой, пошел помогать.

Тетушка опомнилась только на кухне и сразу же заполнила собой все пространство:

– Прелестная кухня с видом на зелень. Я очень хорошо помню ваш милый домик, у меня и фотографии сохранились, завтра распакую вещи, покажу. Мне помогут, правда? Боже мой, как изменился Ленинград! Просто не узнать, какие улицы, дома! Ах да, теперь надо говорить не Ленинград, а Санкт-Петербург, но ведь так даже лучше, правда? Дитя мое, а где твой сын? Коля мне писал, что у тебя растет прелестный мальчик! Нет, я не желаю в отель. Я стосковалась по родным, а ведь вы – моя семья!

– Она всегда такая? – шепотом уточнил Виктор Петрович, внося чемоданы.

– Не помню, – пропыхтел дедушка. – Убей бог, не помню! Я ее и видел-то последний раз не помню когда.

Довольно просторная прихожая семейства Семенковых оказалась маленькой и тесной для багажа гостьи: шесть громадных чемоданов и две гигантские сумки возвышались, как гора.

– Может, ей у нас не понравится и она съедет в гостиницу? – высказал робкую надежду Петин папа.

– Никуда она не съедет, – разочаровал зятя Николай Семенович. И мрачно пояснил: – По дороге призналась, что мечтает пожить в семье, в теплой домашней обстановке. Посетить театры, музеи, у нас-де в Питере такая «насыщенная культурная жизнь».

– Так и сказала? – ужаснулся Виктор Петрович, прислушиваясь к бесконечному монологу из кухни. Редкие «да» и «нет» жены только изредка вклинивались в безостановочное щебетание приезжей тетушки.

– А вообще она хоть какой-то вопрос задала? – полюбопытствовал Виктор.

Николай Семенович вежливо удовлетворил её любопытство:

– И даже много вопросов.