Приключения Фосеня и Мосеня - Татьяна Губенко

– Так называется созвездие, оно находится недалеко от Большой Медведицы. Земля крутится, и они могут как будто меняться местами на небе. Но всегда светят ярко.

Мосень вдохновенно рассказывал всё, что знал о звёздном небе. Иногда поднимал вверх книгу, сдвигал бровки и сравнивал картинку с реальностью. Он был счастлив, что может теперь рассматривать созвездия не только в справочниках.

– Мось, а расскажи, как ты всё-таки смог победить страх темноты? Ты что, совсем-совсем ничего не боишься теперь?

– Боюсь, конечно, – заскромничал Мосень. Он не привык обманывать и не хотел показаться Фосеню бесстрашным. – Лисерны объяснили мне, что темнота – это отсутствие света. Если представить, что ночью всё располагается точно так же, как было днём, становится чуть легче. Тревога не исчезла, когда я вылезал из палатки, но я твёрдо решил, что сильнее. Интерес и любопытство победили, и я смог сделать шаг. «Не понравится – вернусь в палатку», – подумал я и резко открыл глаза. Красота звёздного неба окончательно растворила неуверенность. Огоньки светлячков, аромат ночных цветов – лесное великолепие убедило меня больше не бояться. Не знаю, как это работает, но я вдруг понял, что могу не бороться со страхом, а шагнуть ему навстречу. Точнее, вместе с ним шагнуть в темноту, и страх сам уйдёт. Так и произошло.

Слова друга вдохновили Фосеня. Он подумал, что обязательно попробует шагнуть к своему страху. Выступление на сцене вызывало в нём смущение и ужас. Грасы не раз просили его спеть. Голос Фосеня, чистый и сильный, затрагивал не только слух, но и чувства слушателей. Он мог рассмешить или заставить грустить совсем без магии, с помощью интонаций голоса. Но слышать это волшебство могли только те, кто случайно проходил мимо открытого окна, когда Фосень в одиночестве пел дома. «Вернусь в Динас и устрою концерт!» – твёрдо решил грас.

Друзья просидели возле палатки около часа и решили пойти спать, чтобы на следующий день встать пораньше и продолжить путешествие.

Глава 8, в которой происходит непредвиденная остановка

Мосень проснулся первым. Вышел из палатки и глубоко вдохнул свежий аромат утреннего леса. Трава покрылась прохладной росой. В некоторых пузатых каплях отражались сонные жучки. Цветы вытянулись в трубочку. Ночные уже свернулись и собирались отдохнуть до захода солнца, дневные ещё не распустили яркие разноцветные бутоны. Тишина звенела в воздухе – будто виртуозный певец застыл перед вдохом, готовясь исполнить любимую песню.

Грас снял и протёр очки, зачерпнул лапками росы, попил и умылся. Воодушевлённый ночной победой, Мосень принялся рыться в рюкзаке, пытаясь соорудить необычный праздничный завтрак. Он достал фляги с водой и поставил их на видное место. Мосень знал, что друг любит разбудить животик несколькими глотками перед завтраком. Пока он возился с провизией, проснулся Фосень.

– Мось, дай водички, пожалуйста.

– Знал, что захочешь пить, Фосечка, и поставил обе фляги прямо перед выходом из палатки. Пока рядом ручей, можно не экономить воду, ещё наберём. Дальше, судя по карте, водоёмов не будет ещё долго.

– У выхода нет воды, Мось.

Друзья долго ходили вокруг палатки, недоумевая, куда делись фляги.

– Может, тот драдиони нас нашёл или его родственнички? – предположил Мосень.

– Вряд ли. Мы далеко ушли, а драдиони взяли бы только еду. Фляги с водой им неинтересны: пошёл к ручью и попил.

– Если родник есть рядом. Как же быть? Местность дальше засушливая, а нам даже набрать водички не во что.

Внезапно послышался шипящий голос:

– Друзья, не волнуйтесь. Дальше, на лужайке, есть прекрасный пруд. Можете продолжить путь, не теряя времени, и напьётесь вкуснейшей, чистейшей воды.

Фосень и Мосень испуганно завертели головами.

– Кто здесь? – Фосень постарался придать голосу твёрдость. – Покажитесь!

Из-за широкого куста вышли два причудливо-жутковатых существа. Шагая на двух тонких лапах, они напоминали сгорбленных собак, точнее гиен. Кривая улыбка не сходила с их морд, но не вызывала радости или желания поболтать. Было непонятно, кто из этих двоих произнёс длинную речь про пруд. Грасы попытались расспросить о точном местоположении водоёма, но страшилы не произнесли ни слова.

– Фосень, пойдём, а? Во-первых, зачем время терять? Сейчас пустимся в путь – скорее увидим волшебника Мэлина. Во-вторых, не нравятся мне эти улыбчивые.

– Идём, Мось. Провизию собрал. Будем надеяться, что впереди действительно есть пруд.

Друзья шли долго. Жажда начинала склеивать губы, движения замедлялись. Уже не хватало сил обсуждать странных советчиков. Фосеню и Мосеню показались подозрительными неискренние улыбки и полное отсутствие радости на мордах. Грасы не знали, что друли, помощники Грэмблер, не умели улыбаться искренне.

– Мось, смотри, что-то блестит! Будто солнце отражается от поверхности воды. Глянем?

Забыв про усталость и жажду, друзья одним прыжком оказались по ту сторону невысоких зарослей.

– Это пруд, Фосень! Давай скорее утолим жажду, а потом подумаем, во что налить воду, чтобы не расплескалась в рюкзаках.

Друзья с жадностью зачерпывали лапками воду и, проливая, пили.

– Эй, ты чего толкаешься?! Пруд большой, отойди подальше, – сказал Фосень и отпихнул друга.

– Знаешь, ты и так съедаешь больше. Решил ещё и всю воду из пруда выпить? – Мосень не стал по-грасски переводить конфликт в шутку. Сам не понимал, почему разрушающая злость забулькала внутри.

– Ах так! Тебе что, воды жалко?!

Обзывать, кричать, толкаться – грасы не привыкли так ссориться. Когда внутри копошилось раздражение, они делали три глубоких вдоха с длинными выдохами и объясняли собеседнику, что их возмутило и как хотелось бы поступить. Каждый грас знал, что гнев разрушает радость, поэтому не тратил жизненную энергию на пустые споры. Пэм всегда говорил, что спорить надо конструктивно. Это значит не кидать в друга пустыми оскорблениями, а объяснять свои чувства и то, с чем и почему ты не согласен.

В тот день у пруда Фосень и Мосень напрочь забыли о грасских традициях и способах побороть враждебность, не потеряв положительных эмоций. Глаза их горели недобрым блеском. Беседа походила на прыжок в куст с колючками. Каждая фраза ранила. От злости хотелось топать ногами, будто топчешь этот самый куст.

Далеко, на высокой горе, укрытой облаком, ликовала Грэмблер. Колдунья смотрела в котёл, который называла Дриффи. Стоило произнести: «Дриффи, покажи мне…» и назвать любое место или существо, как в тот же миг в котле появлялось изображение желаемого. Грэмблер наблюдала за ссорой грасов у Вредного пруда, подпитывалась агрессией и верила, что двум юным друзьям не под силу самим справиться с такой сильной яростью. Слишком много воды, отравленной раздражением, они выпили.

Колдунья наградила преданных друлей порцией злорадства за отлично выполненное задание.