Хроника пикирующего аппаратчика или история одного цеха - Алексей Макаров

Входит стремительно Лузга за своей банкой, шаркает задками

тапочек, ненавистно швыряет взглядом на стакан. Волков крутит доминошку, отводя взгляд как дворовый пёс.

Довольно нахохлившись, сидит, сунув руки в карманы старой спецовки, принесенной с предыдущего завода, Напойкин Рома. Он тоже успел поесть, но не стал пить. Ему доставляет удовольствие ощущать себя организатором попойки. Роме 33, это сумбурный непутевый персонаж, постоянно попадающий в курьезы по пьяни. На соседнем заводике у частников работает его жена, недовольная, молчаливая и очень толстая. (Заводик называется «Фосфор-плюс», там делают резиновую крошку для шин, вонь жженой резины оттуда разлетается по всей территории Технополиса, а от рабочих, которые возвращаются со смены, шарахаются в автобусах пассажиры, даже хотя они после смены ходят в душ). Они постоянно ругаются и расходятся. Потом снова сходятся на квартирке его матери. Недавно Рома купил где-то пятилитровую канистру коньяка за 500 рублей, созвал кучу дружков и напоил. Проснувшись, все кинулись в очередь в туалет.

- В ванну срали даже, - огорченно рассказывал смеющимся студентам. - Понос у всех. А говорили, когда покупал, что хороший коньяк.

В подпитии его терзают приступы нездорового альтруизма и растратничества. Выпив пива, он может вызвать такси и поехать играть в бильярд. Нажравшись, порвать кием холст и не выйти с утра на работу. Вся жизнь - последовательность нелепых маленьких добровольных трагедий. Короче говоря, пока сам таким не станешь, не поймешь.

Жук наверно уже успел пожалеть, что взял его. Знаний в слесарном деле у него практически никаких, но хвастовства и

самоуверенности с избытком. Ходят слухи, что его жена отдала свою маленькую дочку матери, не желая за ней смотреть.

«Толстая псина», - с негодованием сказал об этом Лёха Ленару. Волков разглядывает, кто что ест. Комментирует.

- Во! Студент курицу ест! Учись, Благов, ёб твою мать, как надо! Еще хуёво живем, говорят.

Лёха молча ест, посмеиваясь, - как пёс, не разжимая в зубах кость готовиться огрызнутся на приближающегося сородича.

- Благов, а Благов? Нет, чтоб на закуску нам оставить, а?! Благов одобрительно рычит. Лёха шепчет: «Хуй вам», обгладывая кость. Звенит ложка об края банки.

- Смотри, Благов! Никакого уважения, блядь, к старикам! Волков грохочет на всю раздевалку, не останавливаясь. Ленар вчера не ночевал дома. Он снимает комнатку у старушки недалеко от завода. С утра купил себе банку консервов и сардельку. Сарделька еще в печке. А консервы открывает топором, больше ничего не нашлось. Аккуратно режет углом острия, держа банку на скамейке.

- Ну ёооооб твою мать, студент' Да ты че, блядь? - хохочет Волков, увидев такое дело. - Вот студенты, а!

Благов кидает взгляд на Ленара:

- Тебе чё, баба не готовит пожрать?

- Он же комнату снимает! Сколько платишь за комнату?

- На! - Благов протягивает кусок сала с хлебом, - Волков же хуй чё даст, пиздеть только горазд.

- К вдо-о-о-о-вушкам надо ходить. Я в твоем возрасте всегда к вдо-о-о-вушкам ходил, после армии, - мечтательно вспоминает Благов, жуя, - почему-то не могу заставить себя не представлять, как сырое яйцо стремится по стенкам горла в желудок Благова, - Мужа у ней нет, живет одна, придешь, она покормит,

нальё-о-о-т еще тебе, спать к себе уложит.

- Да я хуй знает, чё они тут на этом ёбаном заводе забыли! А, Благов? Институт закончили, ёбаный в рот, хуль тут сидите, руки есть, хоть на шабашку бы вон пошли, - Волков каждый раз бессмысленно сотрясает воздух своим недоумением..

- Попомни мои слова, к вдовушкам надо ходить. Да, Марин? -аппаратчица Марина, по кличке Топлёная, пришла на огонек после обеда из соседней женской раздевалки. Волков наливает и ей. Благов треплет Марину по плечу, оборачиваясь к ней. -Правильно я говорю? - отрывисто рычит он.

Топлёная - слегка расплывшаяся улыбчивая светловолосая одинокая женщина предпенсионного возраста. Ничем не примечательна, кроме своей коронной привычки - внезапно заявлять начальству об уходе в отпуск за пару дней, разумеется, в летнее время. Когда все ругаются между собой, распределяя отпуска между мартом и сентябрём, Топлёная идет к Баю с билетами в Сочи на руках и устраивает слёзный скандал, требуя отпустить ее. Жук традиционно хватается за голову и бегает, ругаясь, по этажам. Матом кроет её в курилке Лузга, первой прослышав об этой выходке. «Я не могу, блядь! У меня говно кипит, понимаете? Это ж надо так охуевать? Я просила в тот раз в июле - хуй там!» А Топлёная в очередной раз ставит всё на кон, грозит увольнением и довольная, вытирая слёзы, возвращается с подписанным заявлением на отпуск.

- О! Заебись Марина придумала - будет зубоскалить потом в раздевалке Волков, - Щас поедет на юга, блядь, мужика там снимет, - фантазия Волкова рисует картины разгульной праздной жизни на вольготных «югах». В историях Волкова зло всегда торжествует, хитрые люди обставляют бескорыстных простачков, к которым он относит себя. И им остаётся лишь

громко причитать, взывая к справедливости.

Кроме завода неотъемлемой частью волковского мира является подвал его дома. Он числится там сантехником своей девятиэтажки. После рабочего дня, который кончается в 16.00, Волков становится хранителем имущества подвала и тайных знаний опрессовки, канализации, половина его жизни проходит в этом уютном подвале, куда он спускается, оставив внуков, зятя с дочерью и бдительную супругу. Там его ждут заначки между труб и некоторая доля свободы.

- Ну чё, Марин, когда в отпуск в следующий раз? - хохочет Волков, подмигивая студентам.

Ближе к концу обеда забегает Жук. Он обедает спешно, чтоб начальство не подумало, что он засиживается. Внимательно осматривает мужиков.

- Ну, как дела, Юр? - треплет по привычке Благова. - Чё это вы тут засиделись, а? - смотрит на стол, - Не пооооонял?! Это чё такое, - хватает стакан, подносит к носу. Благов угрюмо смотрит в стол: «Да ла-а-а-дно, Слав! Мы ж маленько, щас пойдем уже».

- Ё-о-о-о-баный в рот! Мужики, вы чё??-тяжело вздыхает, запрокинув голову. Страдальческое выражение лица. Если Жук на взводе, это может кончиться пляской. Так мы называем истерику, когда Жук скачет по раздевалке, истошно кричит, накручивая себя и бьет в грудь кулаком. Все в этот момент смотрят в пол и ждут, когда буря утихнет. Буря бывает кратковременной и заканчивается словами: «Вы думаете, мне больше других тут надо?! Думаете, я больше вас получаю?! На хуй мне нужно