И она поблагодарила богов - Юсси Адлер-Ольсен

один в один. Его трясло. И не от скорби или горечи. Его трясло оттого, что он в один миг освободился от всех обязательств и соглашений, но при этом стал еще более связанным и несвободным, чем когда-либо.

Без Констанда нет подписи, а без подписи нет и доступа к деньгам. В этом по-прежнему заключалась вся суть, и это приводило его в ярость. От бессилия он до боли искусал себе костяшки пальцев.

Кому из них придется за это ответить, уж в этом можно было не сомневаться.

— Ты мне за все заплатишь, Рахман, — прошипел он. — И за наемника с Кингс-роуд, которого ты придушил в своем рефрижераторе, и за все те наглые взгляды, которыми ты одаривал меня последние недели. За твой вечный запах чеснока и за то, что ты оставил труп няньки Денниса в телефонной будке всего в паре сотен метров от моего дома.

Он выдвинул ящик стола и принялся шарить в поисках флакона с таллием. Безуспешно. Сгреб все бумаги в сторону, продолжая поиски. Растолкал органайзеры, расписания авиарейсов, ручки, скрепки и прочую мелочь, чтобы убедиться, что глаза его не обманывают. Так и есть: флакон с таллием исчез.

В душе поселилось недоброе предчувствие.

Он набрал номер Хелен — сразу же сработал автоответчик.

Он медленно опустил трубку на рычаг.

Если иракцы приказали Хелен и Рахману объединиться против него, нужно было сматывать удочки как можно быстрее и спасать все, что еще можно спасти.

Он вцепился в край стола и глубоко вздохнул. Либо у него сдавали нервы, либо его худший кошмар становился реальностью. Главное — сохранять хладнокровие.

Если отбросить мелочи, то дело было прежде всего в парнях из Мухабарата с их вечными требованиями и угрозами, а также во всех тех чертовых путах, которые сковали его после смерти Констанда.

Да, компании «М-Консалт», «Медитеррейниан Консалт» и «Месопотамия Консалт» были зарегистрированы на его имя и только на его имя, но на поверку все они принадлежали Констанду. Это черным по белому значилось в свидетельстве о собственности, хранившемся в сейфе конторы «Хёйзер и Потс». Именно из-за этой бумаги Потс со своим партнером в своей обычной тихой и вежливой манере требовали подписи Констанда при любой крупной операции или попытке обналичить активы. Все то время, пока Констанд находился под стражей у иракцев, Марку приходилось тратить собственные скромные ресурсы. Какое-то время это работало, но ситуация грозила затянуться навсегда, а это его совсем не устраивало. Расходов у Марка было предостаточно.

Как только Хёйзер и Потс узнают о смерти Констанда, все наследство целиком перейдет к Деннису, жива Анна де Вере или нет. И юристы из «Хёйзер и Потс» в качестве душеприказчиков и опекунов Денниса встанут непреодолимой стеной между Марком и его финансовым благополучием.

Такова была суровая реальность на сегодняшний день — если только он не убьет Денниса.

А этого он сделать не мог.

Констанд основал «М-Консалт» в восьмидесятых годах, прикрываясь своей дипломатической деятельностью, а Марк тем временем пытался подражать брату, прочесывая Ближний Восток в поисках прибыльных и непыльных способов заработка.

Эти аферы принесли ему немало шрамов: испорченную репутацию, фальшивые документы, вечную нехватку денег и изуродованное лицо. Он вовсю травил небылицы об ожогах, полученных в пустыне, и о коленях, стертых до костей о песок, но все рассказы Марка о тех временах были сплошным враньем — что, впрочем, не мешало людям слушать его с разинутым ртом.

Когда он заявил брату, что хочет войти в долю, он полагал, что его подвешенного языка будет вполне достаточно. Но Констанд указал ему на дверь.

Это был сокрушительный удар по самолюбию.

Констанд всегда верховодил и вечно отворачивался, когда младший брат Марк тонул в долгах и неприятностях.

Дело сдвинулось с мертвой точки лишь некоторое время спустя, когда на горизонте случайно появилась контора «Хёйзер и Потс». Они занялись инвестициями Констанда, распределив его капитал по сложным схемам взаимосвязанных компаний ради оптимизации налогообложения за рубежом, и состояние брата начало неуклонно расти.

Когда они открывали офис «М-Консалт» в Амстердаме, им по соображениям налогового планирования понадобился подставной владелец. И поскольку Марку в то время как раз немного улыбнулась удача в Иордании, а его связи с иракцами и сирийцами крепли день ото дня, выбор пал на него. В конце концов, кровь не водица.

И вот теперь он оказался заложником этой схемы. Да, номинально он был владельцем, но владельцем бесправным и, что самое досадное, почти без гроша в кармане. Печальный и ироничный факт, если учесть, что на счетах «М-Консалт» лежали замороженными активы на сумму более двенадцати миллионов гульденов.

С такими деньгами он мог бы уехать на край света, навсегда забыв о таллии, Мухабарате и трупах девчонок в телефонных будках. Он мог бы нежиться на солнечном пляже, оставив в прошлом былые грехи и прегрешения, пока чьи-то нежные пальцы ласкают его грудь.

Он принял спонтанное решение и набрал номер «Хёйзер и Потс».

Секретарша вежливо ответила на звонок, а сам Потс заговорил с ним на редкость радушно. Дело Рина тен Хагена легло грязным пятном на репутацию их старейшей фирмы — Потс признавал это снова и снова. Да, за ним все еще висел должок.

В таком любезном ключе беседа продолжалась около полутора минут, ровно до того момента, пока Марк не попросил Потса продать шестьдесят процентов акций «М-Консалт» и перевести деньги на его счет на Каймановых островах.

— Вы же сами прекрасно знаете, как обстоят дела, господин де Вирес, — тон Потса мгновенно сменился на холодный и властный. — Мы можем сколько угодно переводить одни ценные бумаги в другие без подписи вашего брата, пока сами ручаемся за сделку. Но мы не имеем права обналичивать активы без его личной подписи. Таков закон, и вам это известно.

Почувствовав, как петля затягивается, Марк пошел в контратаку: — Зато вашим нечистым на руку сотрудникам из «Хёйзер и Потс» закон не мешает воровать сотни тысяч гульденов со счетов «М-Консалт» без всякой подписи Констанда!

Молчание на том конце провода обычно не предвещало ничего хорошего.

— Это был один сотрудник, господин де Вирес. И вы только что слышали, как глубоко я об этом сожалею.

Больше юрист ничего не добавил.

Марк задумался на секунду. — Возможно, в подобной ситуации вам стоило бы забыть о дежурных извинениях и выплатить мне компенсацию, господин Потс. — Под компенсацией Марк подразумевал сговорчивость и уступчивость, а вовсе не возврат украденного Рином тен Хагеном. Сумма, которую присвоил Тен Хаген, все