Вселенная нелюдей - Влад Райбер

под ноги. Но я всё равно прятался от него, как и другие мои сородичи. Старый мужчина входил на кухню, включал свет, и я тут же убегал по стене за холодильник или влезал на шкафчик с посудой. Верхние полки были моим любимым местом. Там всегда тепло и спокойно. Старик никогда не заглядывал наверх. Правда, однажды он прищемил мне заднюю лапу дверцей и оторвал её. Так я и бегал на пяти конечностях, пока у меня не выросла новая во время очередной линьки… В начале своей жизни я сбрасывал панцири одинаково с моими сородичами, но потом со мной стало происходить что-то странное. Я должен был прожить не дольше полугода, как положено моему виду, но нет… Я продолжал жить и расти. Моё тело достигло размеров чашки. Я с трудом держался на стене и уже не мог заползать за холодильник – мне не хватало места. Мои лапы стали мощные, а шаги рокотом разносились по кухне. У меня отросли лёгкие, глаза стали зорче. Я начал запоминать человеческую речь, которую каждый день слышал из радио. Мне требовалось больше еды. Я так голодал, что начал есть сухие трупики своих маленьких сородичей, но живых никогда не трогал. Я продолжал расти и был уже размером не с чашку, а с кастрюлю. Тогда-то старый хозяин квартиры заметил меня. Он так испугался, увидев на своей кухне что-то большое и рыжее… Я стоял перед ним на задних лапах. Они стали мощные как ноги! Старик кормил меня, но не из сочувствия к моему голоду, а из-за страха. Он бросал мне пищу на пол. Я ел всё подряд: картофельные очистки, сухой хлеб с плесенью и пил прокисшее молоко. С каждым днём я увеличивался в размерах. Мои лапы стали толщиной с человеческие конечности, а тело так удлинилось, что теперь я смотрел на старого хозяина квартиры сверху. Я стал высоким, как человек[54]. И голова тоже теперь похожа на человеческую: мои круглые чёрные глаза сместились вперёд, у меня появились ноздри, губы и язык. Я мог повторять слова, которые запомнил, и пугался от звука собственного голоса. Лапы снова изменились: я начал ходить на четырёх, как на ногах, а две верхние использую как руки. Они стали удобными для хватания… Я не желал никакого зла старому хозяину, а был благодарен ему за любую еду и кров. Но он не вынес нашего сожительства. Старик выходил во двор в домашних кальсонах и в тапках и кричал всем вокруг: «В моём доме гигантский таракан! Зайдите и увидите его! Он ходит по моей кухне!» Я боялся, что однажды он приведёт кого-то в квартиру и со мной сделают ужасное. Но старика никто не послушал. Однажды он просто ушёл и больше не вернулся. Я не знаю, что с ним случилось. Его могли забрать в дом для душевнобольных. Или старик так меня боялся, что решил жить на улице… А может, он давно умер? Я не знаю. Но мне так жаль! Теперь я живу в этой квартире совсем один и выхожу на улицу только по ночам – роюсь в мусорных баках, чтобы добыть себе еды… Мне не место среди людей, и я слишком велик для букашек. Я не человек, но уже и не таракан. От насекомого у меня остался лишь облик и чувствительный слух. Он почти как зрение… Улавливая звуки своими усами, я вижу всё, что происходит в этом доме. И тебя я вижу! Ты стоишь у стены и слушаешь меня через кружку… Кому бы я ещё смог рассказать свою историю? Спасибо, что слушаешь меня. Я благодарен. Ты сейчас мой единственный друг! Скажи… как твоё имя?

Это существо за стенкой обращалось ко мне! Оно разговаривало не с кем-то, а со мной! Шептало мне в ухо! Больше я не мог это терпеть.

Я быстро собрал вещи в рюкзак, оделся и покинул этот зловещий дом, хотя сам не знал, куда собираюсь отправиться. На секунду мне показалось, что это было опрометчиво. Серьёзно! Куда мне сейчас идти?

Я оглянулся на дом и увидел их! За одним окном стояла маленькая девочка и седая старуха с огромной головой и белёсыми глазами. В другое смотрел «обглоданный мужчина», без ушей и носа. Местами его плоть была сорвана так, что торчали кости.

В ещё одном окне стояло что-то невероятное… Не иначе как человек-насекомое! Рыжее нечто с большим ртом и блестящими чёрными глазами. Лицо этого тараканища казалось несчастным и потерянным.

С верхних этажей на меня смотрели три мертвеца разной степени разложения – одна женщина и двое мужчин. Не люди, а зомби – у каждого серая гниющая кожа и мёртвые глаза.

Во всём доме включался свет. Окна загорались одно за другим. И в каждом стояла какая-нибудь мерзость: женщина с длинной шеей и волчьим оскалом, мужчина с полуметровыми острыми пальцами. И ещё какое-то скопище глаз и щупалец. Они все смотрели на меня, будто ждали возвращения.

Я отвернулся, накинул капюшон и ускорил шаг.

Нулевой круг

Дневник консьержа Евгения

Запись 1. Лихое начало

Расставание с Ксюшей случилось по моей инициативе. Я, правда, старался наладить наши отношения, но у нас что-то не клеилось. Мы давно сбились с единой волны и перестали слышать друг друга. Я подумал, что это уже нельзя исправить, и решил уйти.

Ксюшу это огорчило, но, скорее всего, от разрыва отношений больше пострадал я. Серьёзно! В её жизни ничего особо и не изменилось. Она осталась на прежнем месте – в своей квартире в родном городе. Просто теперь у неё не было меня.

А мне пришлось думать, куда отправиться и что делать дальше. Вернуться в отчий дом – нельзя. Мой младший брат успел жениться, и у него родилась дочь. Не хотелось влезать в их семью, они и так жили с мамой.

Меня с радостью приютил дядя Ваня, но оставаться у него надолго казалось невыносимым. Он не совсем здоровый человек – жил в селе, и его дом напоминал свинарник. Он целыми днями играл в компьютерные игры, питался одними сладостями и жил на пенсионные выплаты. А ещё дядя не храпел, а смеялся во сне! Да так громко, что я каждый раз просыпался.

И мне как нельзя кстати попалось это объявление:

Это решало сразу две мои проблемы: жильё и работа. Я отправил своё резюме на электронную почту, и на