Пепел наших секретов - Ева Ланси

Мог ли еще полгода назад я допустить, что проснусь с Сиреной, – не-а. Точно нет.

Поэтому я разглядываю ее как восьмое чудо света. Отдельно отмечаю – она проснулась не только что. На Сирене моя вчерашняя домашняя синяя футболка, а ее волосы – влажные, отчего рыжие кудри выглядят немного спутанными и темнее обычного. А еще от нее пахнет моим гелем.

Все ясно: пока я дрых, Сирена уже успела принять душ.

Не в силах противостоять самому себе, я хватаю ее за руки и тяну к себе.

Сирена тут же обвивается вокруг меня, как кошка, и чуть ли не мурлычет, пока я впиваюсь губами в ее предплечье, задрав широкий рукав футболки. Она тихо взвизгивает, когда я попадаю в чувствительное местечко, и забирается на меня, чтобы быть сверху.

А я готов материться, ведь у меня нет под рукой хотя бы зубного порошка, чтобы почистить зубы, поскольку я хочу впиться в губы этой девушки и целовать ее до одурения.

Поэтому я окончательно задираю ей футболку на голову, лишая возможности видеть, а сам смотрю на ее шикарную грудь. Она побольше, чем обычно бывает у восемнадцатилетних девушек. Это две округлости с торчащими матово-коричневыми сосками, и, когда я подношу под них ладони, то ощущаю приятную мягкость и тяжесть.

Когда я провожу пальцами по соскам круговыми движениями, на ареолах появляются крупные мурашки. Когда я легонько закусываю их и ласкаю языком, Сирена сразу же начинает хныкать от удовольствия.

Я в который раз убеждаюсь, что тут находится ее эрогенная зона, и готов уделять этой части тела максимальное внимание. Вдобавок я балдею от ее красивых сисек уже давно.

Раздражая сосок языком все сильнее, я в считанные секунды распаляю девушку до состояния активности, потому что если минуту назад она сидела на мне относительно смирно, то сейчас начинает вращать бедрами в области моего и без того стоящего члена.

Оставаясь технически девственницей, Сирена ведет себя со мной довольно раскованно, в ней отсутствует ненужное смущение. Если она ощущает страсть, то отдается чувству полностью.

Подобное еще больше восхищает меня.

Мне плевать, как к некоторым вещам относятся другие парни, но я никогда не понимал обычай девушек после проведенной вместе ночи наутро строить из себя стеснительную недотрогу. Может, кому-то это нравится, кто-то не обращает внимания, но во мне такие игры всегда вызывали раздражение.

Я не делю желание на мужское или женское. Не считаю, что парень должен на постоянной основе соблазнять свою девушку. Если она возбуждена и открыто показывает вожделение без ужимок – это верх ее сексуальности в моих глазах.

Пока я осознаю, что Сирена идеально мне подходит и плане секса, она уже вовсю елозит своей обнаженной промежностью по основанию моего члена, оставляя на нем влажные следы. И я уже понимаю, что из меня с каждой секундой уходит джентльмен, потому что я, черт побери, прямо сейчас готов лишить ее девственности, насадив как нужно на свой бедный, изнывающий пенис.

Будто читая мои мысли, Сирена внезапно сползает к моему паху всем телом – и я почти готов сорваться, если подобное означает, что все на этом заканчивается и она собирается покинуть наше ложе.

Но, остановившись на полпути, девушка замирает и смотрит игриво мне в глаза.

«Она собирается сделать минет?»

И я сразу решаю для себя: если да, я не стану отказываться ни по каким причинам. Ведь причин для отказа попросту нет.

Но я ошибся в догадке.

Неожиданно мой член оказывается зажат двумя упругими, крупными грудями девушки, которые создают для него крепкое давление. Когда Сирена руками прижимает их друг к другу, мои яйца готовы фонтанировать хотя бы от новизны ощущений и зрительного наблюдения за происходящим.

Мать твою, у меня никогда ничего такого не было.

И то, что исполняет невинная девушка, – разрыв мозга.

Я просто смотрю на нее и трогаюсь умом. По подбородку Сирены стекает вязкая слюна, которая падает густой каплей на головку моего члена. После девушка начинает скользить своими большими сиськами вдоль него, сжимая все сильнее.

От напряжения она закусывает нижнюю губу, а потом начинает помогать себе, пальцами раздражая свои соски, и принимается стонать, не прекращая движений по члену.

Это самая развратная картина, которую я только видел, и самая великолепная.

У меня были опытные девушки, но самая горячая и развратная из них – девственная Сирена. Порочность и невинность – в самых ярчайших своих проявлениях.

Я принимаю сидячее положение и, повторно смочив уже своей слюной головку члена, обхватываю сиськи Сирены поверх ее рук и начинаю ускорять движение, не в силах терпеть мучительно-сладкую боль. Я слишком возбужден для этого.

Девушка хныкает от удовольствия, получая от меня дополнительную стимуляцию на свою эрогенную грудь. В таком ритме мы движемся несколько минут, разбавляя тишину комнаты моим хриплым дыханием и стонами Сирены, а потом я кончаю прямо на ее сиськи.

Заключительные два скольжения, сперма выходит последними каплями, и я впиваюсь пальцами в мягкую грудь девушки. Сирена издает болезненный всхлип и пытается отползти от меня.

Но я не пускаю, наоборот, притягиваю повыше к себе, чтобы добраться руками до ее распаленной от страсти киски.

Сирена совершенно зря принимала душ, потому что в итоге мы прижимаемся друг к другу, размазывая сперму по моему животу и ее груди в тех местах, где наши тела тесно соприкасаются. Плевать. Это совершенно естественно, позже я отмою Сирену дочиста, но сейчас я проникаю двумя пальцами в ее узкое влагалище и начинаю двигать ими внутри девушки.

Ее тело снова замирает в сладком предвкушении и натягивается, как струна. А возбужденные, покрасневшие соски буквально впиваются в мою грудь.

Я добавляю еще один палец, не замедляя и так довольно быстрые движения.

Сирена издает хриплый стон и смотрит на меня безумными глазами.

«Черт, я сделал ей больно?»

Я хочу убрать третий палец, мучительно жалея Сирену заранее, ведь однажды внутри нее окажется кое-что побольше пальцев, но она не дает мне это сделать. Напротив. Если до этого Сирена просто лежала на мне, позволяя моим рукам делать с ней что угодно, то теперь она, нависнув надо мной и вцепившись в мои плечи, начинает насаживаться на них, двигая бедрами.

Ее влажные волосы падают мне на шею, вызывая мурашки.

Ее полная грудь. Блестящая от моего семени – опускается верх-вниз перед моими глазами.

Ее протяжные стоны наполняют все пространство