Вселенная ужасов Влада Райбера - Влад Райбер

Всё случившееся ночью теперь казалось ненастоящим. Но ведь это было!

Я рассказал старшему брату, что видел бездомного, у которого лицо обожжено кислотой. И он ответил мне на это:

– Понятно!

Ему давно надоели мои истории. Лёшка не относился ко мне на равных, всегда воспринимал как ребёнка, который говорит глупости.

Мои впечатления быстро погасли в повседневных делах: нужно было сходить в магазин, помыть посуду и протереть пыль.

Меня часто нагружали домашними обязанностями под предлогом, что я всё равно ничего не делаю и валяюсь до обеда.

Настоящую свободу я ощущал только по ночам, когда все домашние спали. Наконец-то можно было вытащить чего-нибудь вкусного из холодильника, заварить чай и устроиться на балконе с интересной книжкой.

На чём мы там остановились?..

Я снова погрузился в чтение. У меня на очереди был довольно занимательный роман под названием «Бедствие» Марка Сондерса о мести природы человечеству за экологическую неряшливость. И карающей силой здесь выступали… бабочки! Они летели в окна плотной массой, нападали на людей, ели их, как пираньи.

Ночной воздух был наполнен свежестью после дождя, вокруг стояла тишина, но я всё равно не чувствовал себя так уютно, как обычно. Страх, как призрак, всё время витал рядом, заставляя меня время от времени поглядывать вниз, во двор.

И вот во мраке ночи я снова увидел того человека! Он стоял у открытого канализационного люка. Его силуэт чётко выделялся на фоне асфальта. На нём была грязная затёртая одежда, а лицо будто выбелено. На неестественно бледной коже выделялись страшные повреждения: прожжённые дыры и волдыри.

Человек смотрел на окна нашего дома как заворожённый. И вдруг его взгляд упал на меня.

Это был не сон, а реальность!

Я не мог заставить себя взглянуть прямо на него. От страха я отводил взгляд, но периферическое зрение улавливало его неподвижный силуэт.

И вдруг я увидел ещё одного похожего человека! Он стоял в противоположном конце двора. Тоже лысый, и на коже такие же следы, напоминающие шрамы от химических ожогов.

У меня закружилась голова от испуга. Я огляделся в панике и увидел третьего! Он стоял под фонарём, освещающим вход в подъезд. Даже с третьего этажа было легко разглядеть оплавленную кожу лица и шеи, голые влажные мышцы и эти глаза. Маленькие, злобно сощуренные.

Что с ними случилось? Почему они такие страшные? Их лица заставляли меня строить разные версии. Возможно, они стали жертвами взрыва цистерны с кислотой или какой-нибудь другой химической аварии. И теперь они вынуждены жить в тени…

А может, они вовсе не имеют отношения к человеческой расе? Это другой вид! Никому не известные ночные существа.

Я не мог понять, что они делают и зачем стоят в нашем дворе. Для чего смотрят на окна спящего дома? Что им здесь нужно?

Я смотрел, как они, будто разведав что-то, собрались в одну группу. Их движения были медленными, как у роботов.

Первый, тот, что стоял у люка, сделал шаг и бесшумно прыгнул в бездну. Затем второй сделал то же самое. И третий. Крышка люка задвинулась.

Так вот в чём дело! Там, внизу, есть место, где они живут. Может быть, это какие-то подземные существа, которые приходят из канализации?

И неужели я – единственный человек, который теперь знает их тайну?

Я опять не спал до утра, с трепетом ожидая, когда проснётся семья.

Наконец в комнате моего брата зазвучала музыка. Он включил магнитофон – значит, уже не спал.

Было одно строгое правило, которое установил Лёшка: никогда и ни при каких обстоятельствах не пересекать порог его комнаты. Не приведи господь тронуть его вещи!

Вот таким вредным был старший брат со дня моего рождения. Я всегда ему завидовал. Казалось, у Лёши всё самое лучшее. У него коллекция марок и коллекция значков. Можно ли было их трогать? Даже смотреть нельзя! А ещё под его кроватью стояла целая коробка комиксов. Он всегда где-то доставал самые лучшие игрушки, хвастался мне ими, но даже не давал потрогать.

Отдал ли он их мне, когда повзрослел? Чёрта с два! Он и в двадцать три года оставался всё тем же вредным подростком, для которого я всего лишь ребёнок. Но кому ещё можно было доверить такую историю.

Я постучал к нему в комнату и сказал, что дело серьёзное. Он не пустил меня к себе, а велел говорить, стоя на пороге. И я рассказал ему всё, что видел прошлой и позапрошлой ночами.

Лёшка резко сел в кровати и задумчиво почесал лохматую голову, а потом сказал:

– Я знаю, кто они!

– Серьёзно? – у меня заколотилось сердце.

– Да, знаю, – брат выглядел крайне обеспокоенным.

– Кто? Не томи! – я шагнул в комнату.

– Черепашки-ниндзя! – громко пропел брат и рассмеялся. – Закрой дверь с той стороны, а то получишь тапком в лоб… В канализацию они попрыгали… Дурак, что ли? Спать надо по ночам. Лунатик!

Ох! Как я был зол на него. Он всегда находил возможность унизить меня.

Конечно, в детстве я обожал мультсериал «Черепашки-ниндзя». Все его любили! И каждый канализационный люк напоминал об этих добрых зелёных мутантах. Некоторые железные крышки казались похожими на черепашьи панцири – особенно те выпуклые, в клетку или в ромбик. В детстве это было неким условным знаком: будто люк – это вход в убежище добрых черепах.

Но в то же время дети опасались колодцев. С ними была связана плохая примета: на крышку люка наступать нельзя. А если случайно наступил, то надо три раза ударить себя по левому плечу и сказать: «Раз, два, три, по колодцу не ходи». Некоторые ещё добавляли: «Мама с папой не умри!»

И почему мы в детстве так боялись колодцев? Может быть, чувствовали, что там, внизу, другой неизведанный мир? Нельзя топать по крышке. Они услышат!

Я размышлял об этом, пытаясь нарисовать портреты тех странных людей по памяти. Лысые, с глубокими шрамами на лицах, с маленькими злыми глазками.

Я так много думал о них целый день, что утомился к вечеру и вместо того, чтобы взяться за чтение, уснул ещё до полуночи. А утром оказалось, что, покинув свой ночной пост, пропустил важные события.

В нашем доме случилось немыслимое! Одинокого соседа с первого этажа ограбили и убили. И то, и другое сделали странно. Подробности звучали, как слухи. Жильцы всюду обсуждали их в полный голос. Произошедшее нельзя было назвать обычным разбойным нападением.

Квартира дяди Вани оказалась открыта – дверь выбита. Внутри погром, особенно на кухне. Холодильник открыт. На полу огрызки еды: кусок колбасы, кусок сыра, кислая капуста, разбитая банка маринованных помидоров. Такое впечатление, что кто-то хватал всё подряд, откусывал и