Глубокий шрам - Арно Штробель

— Были. Жаль, дама не пожелала остаться.

От одной мысли, что из этого бокала могла пить Дженни, у Макса вскипела кровь.

— Кто она?

Реплей поднял на него глаза.

— Не вижу, какое вам до этого дело.

Макс едва подавил желание схватить музыканта за ворот и как следует встряхнуть.

— Вчера вы довольно долго провели в обществе Дженнифер Зоммер. Она потом была здесь?

Реплей наморщил лоб.

— Чего? Зоммер? У меня? Да я был бы только рад. Но, боюсь, не в её вкусе.

Макс от души надеялся, что это правда.

— Когда вы видели её в последний раз? — вмешался Бёмер.

— Откуда мне знать? Я не пялюсь на часы, когда есть повод повеселиться. Может, около часа. Она стояла с этим газетчиком, а я засел у стойки.

Макс насторожился.

— С кем именно?

— Ну, с шефом Харри Пассека. Ланц или как его там.

— Ханс-Петер Ланц? — удивлённо переспросил Макс.

Главный редактор ни словом не обмолвился, что и сам собирается на вечер.

— Он самый. — Реплей снова прижал ладони к вискам. — Ещё что-нибудь? Мне правда паршиво.

— Это видно, — сухо заметил Бёмер. — Выход мы найдём сами.

— Ты ведь говорил с Ланцем. — Бёмер тронулся с места и влился в поток. — И разве не он сказал, что Пассек будет на гала-вечере? О себе — ни слова?

— Ни слова. — Тревога Макса за Дженни после разговора с Майером ничуть не унялась. Скорее наоборот.

— Тогда, пожалуй, стоит его спросить.

Так Макс и сделал. Он позвонил Ланцу — и узнал, что тот решил прийти в самый последний момент, уже поздним вечером.

— С госпожой Зоммер я беседовал минут двадцать. Она выглядела уставшей и собиралась домой.

— Когда это было?

— Около половины второго.

— Ушла одна?

— Насколько я видел — одна. Хотя, разумеется, не знаю, не встретила ли кого-нибудь в фойе.

Макс поблагодарил и положил трубку.

— Ушла в половине второго. Одна. По крайней мере, так утверждает Ланц.

Бёмер бросил на него короткий взгляд.

— И что теперь?

— К Матушке. Смотреть фотографии.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 42

По дороге к фотографу позвонила коллега, занимавшаяся отслеживанием телефона. Мобильный Дженни в последний раз отметился около двух часов ночи в соте неподалёку от места проведения гала-вечера. После этого его, судя по всему, выключили.

Тревога всё туже стягивалась в груди Макса. Что могло заставить Дженни по доброй воле отключить телефон? С каждой минутой глухое беспокойство перерастало в настоящий страх.

В отличие от Реплея, Матушка выглядел вполне отдохнувшим. Он охотно согласился показать снимки с гала-вечера, но сразу оговорился: давить на себя в вопросе публикации кадров с задержания Пассека не позволит.

К удивлению Макса, снимков с Дженни оказалось великое множество — её запечатлели в обществе самых разных людей. Когда он указал на это, Матушка кивнул.

— Это черновая съёмка. Госпожа Зоммер — благодарная натура, так что я охотно делаю лишние кадры: чтобы после отбраковки осталось достаточно по-настоящему удачных.

— Когда вы покинули гала-вечер?

Матушка на мгновение задумался.

— Около двух, пожалуй. Но госпожи Зоммер к тому времени, кажется, уже не было.

На многих снимках Дженни стояла рядом с Джо Реплеем; на двух — с Ланцем. Кого-то Матушка знал, остальные и ему самому были незнакомы. Макс отобрал около пятнадцати фотографий и попросил переписать их на флешку. В управлении он собирался посадить одного-двух коллег из следственной группы за установление личностей гостей, общавшихся с Дженни.

На обратном пути позвонила Кирстен. Уже по тому, как она поздоровалась, Макс понял: что-то не так. Скорее всего, снова из-за Яна. Как бы сильно он ни любил сестру, сейчас на это у него не было ни минуты.

— Привет, — отозвался он коротко. — У тебя всё в порядке?

— Нет, если честно. Мне нужно кое-что с тобой обсудить. Можешь заехать?

— Я на службе, Кирстен. Ты же знаешь — то самое дело. Не представляю, выпадет ли у меня вообще минута. Прости, это подождёт.

— Ах… да, конечно, извини. С моей стороны это было эгоистично. У тебя сейчас и вправду другие заботы.

В её голосе слышалось разочарование, и он с радостью взялся бы за её неурядицы — да только не теперь. Найдём Дженни — в ту же минуту поеду к сестре, — пообещал он себе.

— Мне правда жаль. Я позвоню, как только освобожусь. И уделю тебе столько времени, сколько потребуется.

— Да, конечно. До связи.

Когда он положил трубку, Бёмер искоса взглянул на него, но промолчал.

Мысли Макса тотчас вернулись к Дженни. А что, если я всё-таки напрасно поддался чувствам? И её исчезновение связано именно с тем, что она со мной?

Никогда прежде он не чувствовал себя таким беспомощным. Ему оставалось одно — надеяться, что интуиция подводит его и Дженни вот-вот объявится сама, живая и весёлая, удивляясь, с чего он так перепугался. Ни слова упрёка. Просто обниму и прижму к себе, — поклялся он про себя.

В управлении Макс передал флешку двоим коллегам.

— Установите всех. Обзвоните. Выясните, когда ушла Дженнифер Зоммер и был ли с ней кто-нибудь. Быстро. Каждая минута на счету.

За своим столом он ещё раз попытался дозвониться до Дженни, а затем снова набрал Ланца.

— О чём вы говорили с Дженни? — начал он, опустив приветствие.

— Простите? — опешил Ланц. — Я не понимаю…

— Я хочу знать, о чём вы с Дженнифер Зоммер говорили вчера вечером. Что, чёрт возьми, в этом вопросе непонятного?

— Макс, — предостерегающе окликнул Бёмер со своего места.

— Я… Боже мой, мы просто болтали. Ни о чём конкретном. Светские сплетни.

— Светские сплетни, значит. А об убийствах — ни слова?

— Нет.

— И это вам не кажется странным? В Дюссельдорфе орудует убийца, а вы развлекаетесь на гала-вечере и даже не упоминаете об этом?

Он поймал на себе предостерегающий взгляд Бёмера, но сдерживаться не собирался.

— Я ответил на ваш вопрос, господин комиссар. — Тон Ланца ощутимо похолодел.

— Почему вы не упомянули, что тоже идёте туда, когда мы говорили вчера вечером? И почему объявились только тогда, когда могли быть уверены: нас уже нет?