Закат - Дэниел Краус

– Шьям и Ён-Сун.

– И никто из них уже никогда не будет прежним! Для начала мы избавимся от Совета, запрещающего возводить стену, затем я помогу ее построить, и никто – никто не сможет войти, не доказав сначала свою состоятельность! Прошли времена, когда можно было проскочить сюда на дурачка!

– А разве вы проскочили сюда не так? Не на дурачка?

– Я говорю не о прошлом, Карл. Я говорю о будущем.

– Вы только и говорите, что о прошлом.

– Если это так, почему я собрал столько людей? Больше никаких халявщиков. И никаких зомби, если только мы их сами не приволочем.

– Не приволочем? В смысле?

– Кто знает, вдруг это выгодное сотрудничество? Зомби – хороший источник рабочей силы, если есть урожай, за которым надо следить.

– Ричард, вы же не работорговец.

– Не изображайте шок. Меня как раз шокирует, что вы буквально через дорогу устроили для них приют и раскладываете по кроваткам. Если вы не даете нам оружие, чтобы перестрелять зомби, и не позволяете построить стену, чтобы отгородиться от них, стоит, наверное, попробовать извлечь выгоду, так или нет? Господи Иисусе, мы кладем себя на алтарь этих тупорылых, а что они для нас делают? Они просто пиявки. Даже хуже, чем кровососы и падальщики. Инвазивный вид, вот кто они такие. Как азиатские карпы или бирманские питоны.

– У них есть одна общая черта с большинством инвазивных видов: их привезли сюда мы. Это наша вина.

– Что ж, если их привезли мы, у нас есть право от них избавиться! После завтрашней победы, ребята, мы снесем Арсенал! Слышите, как они реагируют, Святой Карл? Люди выражают свою волю!

– Выражают, потому что уже все забыли. Ну же, друзья! Мы не едим мясо и не охотимся, нам не нужно оружие. Оставшиеся зомби – вы их видели, вы все бывали в Неспешнограде. Они не представляют никакой угрозы.

– «Все эти улицы ваши, кроме Неспешнограда». Хорошая фраза, Святой Карл. Но какой смысл отдавать зомби главную улицу, проходящую прямо через район будущей застройки? Ее заселят – если не мы, то пляжные бродяги. Мы могли бы взять оружие прямо здесь, прямо сейчас, отправиться туда – бах, бах, бах, – вернуться в хоспис – бах, бах – и к завтраку уже избавиться от всего этого дерьма. К завтраку, сечете? Дамы и господа, спустя пятнадцать лет шансы на нашей стороне! И мы просто так стоим здесь. Строим часы. Изобретаем качественное мыло.

– Мы не можем построить лучший мир на актах насилия.

– Когда вы в последний раз покидали город? Вот что скажу: если настанет оттепель, я проведу экскурсию. Вы не поверите своим глазам. Миллионы гектаров нетронутой земли, и на пути у нас – всего лишь несколько племен зомби.

– Хватит. Говорить больше не о чем. Я не собираюсь даже пытаться переспорить человека…

– В старую эпоху в резервациях – местах вроде Неспешнограда – жили нищие и больные.

– Простите…

– Зомби, к сожалению, устраивает положение нищих и больных. Им нужна более твердая рука.

– …простите, но это наш путь жизни. Стоите здесь спустя четыре месяца – четыре месяца, в течение которых не делали ничего даже отдаленно продуктивного, хочу заметить – и думаете, что лучше всех понимаете, как наша система работает? Здесь наш дом, Ричард. В этом наша сила. Мы знаем это, потому что прекрасно понимаем, что движет нами изо дня в день. Хотите вернуться в старую эпоху стрельбы и взрывов? Обернитесь. Видите то здание? Сразу за мостом, вон стоит? Это Новая библиотека. Я предлагаю вам зайти туда, взять несколько книг и заново познакомиться со старым миром, к которому вы так привязаны. Посмотрите, как близки мы были к тому, чтобы прикончить планету еще до появления зомби.

– Я был в вашей библиотеке. И говорил с вашей библиотекаршей. Господи Иисусе, она просто чудо, правда? У меня есть скромное предложение, что можно сделать с ее любимым «Архивом». Хотите услышать это, народ? Похоже, они хотят, Карл.

– Друзья, спросите себя, почему этот человек вам нравится.

– Сожгите его, ребята. Весь до единой папки. Залейте бензином и сожгите.

– Тьфу, аж слушать такое противно. Мы должны быть добрее друг к другу.

– Ничего мы не должны. Это больше не ваш корабль, капитан.

– Это…

– Ах, какая незадача, господин болтун замол… Ой. Новости? Похоже, новости.

– Люди, что бы там ни было, давайте не будем…

– Все вокруг шепчутся. Кто-нибудь хочет высказаться?

– Не торопитесь с…

– Я правильно понял? Правильно расслышал?

– Это не то, что… Люди, пожалуйста.

– Карл? Святой Карл? Вы ничего не хотите нам рассказать?

– Люди. Прошу. Да, это правда. Случилось кое-что.

– Невероятно. Говорят…

– Несчастный случай. Ужасный несчастный случай.

– Шарлин Рутковски мертва. Друзья, она мертва.

– Это не… мы собирались рассказать завтра.

– То есть после голосования. О, Карл.

– Потому что уже поздно, вот и все.

– Это случилось в Неспешнограде?

– Во время спасательной операции. Но…

– Во время очередной «безопасной» операции по реабилитации неспешноградцев?

– Я знаю, как это звучит. Но это ничего не меняет в нашем…

– Я слышал, ее укусила Шеф? Та самая старуха, о которой говорили, мол, божий одуванчик!

– Такое происходит постоянно. Риск – наш постоянный спутник.

– То есть, по-вашему, снести Шеф башку – это так, ерунда?

– Я…

– Я слышу это из первых уст, из первых рядов, Карл. Вы использовали пистолет, настоящий пистолет, чтобы пальнуть зомби в лицо?

– Я не позволю вам искажать факты.

– Человек, упрятавший наше оружие, застрелил Шеф из одного из наших стволов?

– Вы все знаете, как важна была для меня Шарлин. Как важна она была для всех нас. Это моя ошибка. Я проявил недальновидность и неверно оценил ситуацию.

– Я думаю, вы поступили правильно, Карл.

– Нет, нет. Неправильно.

– Конечно, он выстрелил в лицо этой мерзкой старухе! Бедная, милая Шарлин…

– Не смейте произносить ее имя…

– Когда Карл пришел сюда, он сказал, что нам не о чем спорить. У меня хватает зрелости признать его правоту. Сегодня в Неспешнограде он совершил то, с чего каждый из нас должен брать пример. Так что да. Берите пример и радуйтесь. Мы должны радоваться тому, что Карл это сделал! Давайте кричать «ура» каждый раз, пока не закончим везде? Хотите отложить до завтра? Нет? Я тоже, парни. А кто хочет начать прямо сейчас? Кто хочет, чтобы правосудие, подобное тому, что совершил Карл, продолжало вершиться прямо сейчас?