Пепел наших секретов - Ева Ланси

– Хватит! – рявкаю я на них, догадываясь, что ублюдки так просто не успокоятся.

Калеб, отряхивая брюки, поднимается и выглядит невозмутимым. Он уже не смотрит на Алека, будто и не провоцировал его на ровном месте.

– Мне нужно идти, дела, – спокойно извещает он и протягивает каждому руку на прощание.

Когда парни отвечают на рукопожатие, мне хочется закатить глаза – и к чему было вот это все? Они год как закончили школу, но видятся мне прежними придурковатыми подростками, индивидуально проявляющими свою дурь. Ладно, они такими и остались. И даже я не столь далеко ушел от них.

Алек закуривает следующую сигарету и валится на скамейку, вытягивая ноги по всей ее длине.

– Тень меня порой выдрачивает, – говорит он, подразумевая Калеба, когда тот покидает пределы видимости.

– Ты его тоже, – замечает Син. – Особенно когда так называешь.

– К черту его, – легкомысленно забивает Алек, закрывая тему.

Какое-то время мы молчим.

А я думаю, что даже себе не могу объяснить, какого черта мы все вчетвером видимся и вообще общаемся. Раньше связующим звеном между нами всегда был Дасти, тут никто не поспорит. Каждый из нас считал своим другом именно его, а остальных – просто учитывал как сопутствующий фактор.

Никого из тройки я не воспринимал всерьез, не пытался сблизиться, я им не доверял. Аналогичным образом ситуация развивалась и по отношению ко мне. У всех имелись свои секреты, о которых был осведомлен только Дасти.

«И в курсе моего секрета был лишь он, Дасти».

За год мы узнали друг друга намного больше, но я уверен, это просто-напросто круги на воде. И уж конечно, лучше именно так все и оставить, потому что порой правда не приносит облегчения.

Я даже уверен, что иногда раскрытие истины не освобождает, а рушит.

Мы неожиданно продолжили общаться, нам действительно хочется разобраться в убийстве друга. Мы ведь борцы за добро и справедливость, как гребаная Сейлор Мун и ее команда, и не можем оставить убийцу Дасти безнаказанным, верно? Не можем, потому что кому-то из нас необходимо хотя бы для себя уменьшить свою причастность в произошедшем?

«Стыд. Вина. Первопричина».

Что скрывает Алек?

Что скрывает Калеб?

Что скрывает Син?

Что о них знал Дастин и унес с собой в могилу?

Духота оказалась предвестником грозы, и в эту минуту раздается гром, а вскоре на западной части неба виднеется молния. Дождя еще нет, но в воздухе приятно пахнет озоном.

– Кстати, у меня новость, совсем забыл сказать, – раздается за моей спиной голос Алека.

Я не реагирую, а продолжаю смотреть в то место, где потухает след молнии.

– Какая? Выкладывай! – откликается Син.

– Эй! – Рука Алека тянет меня за рубашку. – Мистер Мускул, тебе неинтересно?

Хочу заявить дураку, что всех порядком достали дебильные клички, которые он постоянно генерирует, но почему-то молчу, хоть и стряхиваю с себя его руку.

– Давай уже, – не выдерживает и Син. – Ты и так сегодня в роли девочки – королевы драмы, чувак.

Алек не реагирует и ждет, когда я повернусь к нему. То, что он говорит, вроде как известие для всех, но я правильно чувствую, что подонок извещает это мне лично.

– Я видел Сирену. Она вернулась.

«Сирена».

«Вернулась».

«Сирена вернулась».

И пошел дождь.

Глава 6

Год назад

Кей

Как только я оказываюсь возле стеклянной двери, которая пустит меня в дом Лайалов, тут же осознаю, что ни черта-то не хочу там находиться.

«Мне нужно выплеснуть злость. На самого себя. Уйти в зал и упахаться до смерти».

Я не имею никакого морального права хоть как-то сближаться с Сиреной Лайал.

Милая, светлая девочка, живущая в прекрасном мире, где ее все любят, где у нее есть все, что она захочет. И пусть живет в этом как можно дольше.

Ведь ее розовые очки не так долго, как хочется, пробудут на ее аккуратном носике. Пройдет еще какое-то время, прежде чем она узнает, что ее долгое время обманывают или держат в неведении – как принято говорить. Она познает горечь потери. Переживет страшные времена.

Я заранее в курсе ее примерного будущего. Первый его укол Сирена получит после окончания школы.

Второй – я не хочу загадывать, но это будет уже не укол, а внутривенная капельница с ядовитым раствором.

Мне все известно заранее, но я не сделаю ни единой попытки ее предупредить о грядущих событиях, потому что это, черт побери, не мой секрет.

Сирена так или иначе, но однажды узнает, насколько я был в курсе секрета. И насколько причастен. И лучше в тот момент нам стать совсем посторонними людьми, чтобы ее сердце не разбилось еще и из-за меня. Мне и так трудно, но ей будет еще хуже.

Я осознанно ее отталкиваю уже сейчас. И к сожалению, не из-за каких-то рыцарских принципов. У нее есть причина меня ненавидеть, просто пока девушка еще ни о чем не догадывается и пытается… флиртовать со мной?

«Именно это Сирена и делает – не заметит только слепой».

И мне ни капли не по хрен на ее девичьи фокусы. Хотя и раздражает, что я ведусь на них.

В данный момент ведусь – на ее красоту, на ее яркость, кажущуюся простоту характера, непробиваемость в достижении своих целей. Ну и в том числе – на ее самые красивые в мире сиськи.

«Я могу выглядеть джентльменом, напялив на себя классический пиджак и рассуждая о душе и характере девушки, но сиськи тоже важны».

И особенно когда она делает на них такой акцент, как сегодня, – спасибо, мой стояк скрывают только плотные брюки. Охренительно неудобно, но даже подрочить сейчас нет никакой возможности, чтоб наконец-то отвлечься и создать вид нормального человека.

На самом деле по-настоящему огорчает, что в случае с Сиреной дрочить – это единственный формат возможной близости. Хотя вариант «секс по дружбе» для меня не что-то новое, но настойчивое внимание девушки, длящееся который год, буквально орет о том, что для нее подобное будет куда большим, чем просто секс.

Взять вину перед ней еще за это?

Нет.

К тому же я не уверен в себе. Смогу ли я дальше изображать равнодушного к ней мудака после того, как проведу с ней ночь?

«Хватит, тут обычное сексуальное влечение. Сирена – красивая девушка, открыто выражающая интерес, вот почему я думаю о ней».

Даже если мир повернется вспять, исчезнет причина ее дальнейшей боли, я все равно явно не тот чувак, который