Oперация: Сахара - Уильям Микл

- Что бы это ни было, оно прошло мимо нас, - сказал Дэвис.

- Ага, - ответил Бэнкс. - И они обошли нас с флангов и превосходили по численности. Почему они не атаковали?

- Может, нас просто обследовали? - сказал Вигго.

- Ага, может быть. И если это так, то у них было преимущество: они нас видели, а мы их - нет. Мы до сих пор не знаем, с чем здесь имеем дело. Что скажете, ребята? Пойдем дальше и попробуем разведать, где этот "заяц"?

- Вперед, - сказал Вигго. - Но если появится Тим-Чародей[3], я сваливаю.

Дэвис и Уилкинс оба рассмеялись, но эта аллюзия, как и многие другие отсылки Вигго к поп-культуре, прошла мимо Бэнкса. Он не стал на это обращать внимания; он понял, что в случае с попытками своего сержанта проявить остроумие так обычно бывает лучше всего.

- Тогда пять минут, - сказал он. - Собирайте снаряжение. Нам предстоит еще подъем.

Когда они снова двинулись в путь, на склоне уже сгущались сумерки. Теперь они шли более плотным строем, настороженно следя за любыми движущимися тенями, пока не достигли края предгорий и не вошли в саму горную местность. Через час подъема он снова остановил отряд. Они находились на уступе, с которого открывался вид на оазис вдали на горизонте, который теперь представлял собой лишь более темное пятно в тени. У края уступа лежали остатки старого костра - круг из камней, давно остывший.

Действительно давно, - подумал он. - Наверное, именно здесь они потеряли капрала Дженнингса.

- Курите, если у вас есть сигареты, ребята, - сказал он. - Но будьте начеку. Никто не должен отходить дальше, чем на шесть футов от других, и если вам нужно поссать, делайте это здесь. Никому не отходить в сторону.

Он посмотрел вверх по склону на тропу впереди. Там она казалась более крутой, более обрывистой, и он вспомнил, что в старом дневнике упоминались участки, где приходилось подниматься гуськом. Он тщетно искал альтернативный маршрут, какой-нибудь обход, но, похоже, единственный путь лежал прямо вверх.

- Ладно, ребята, - сказал он, докурив сигарету, - еще один последний рывок, и к утру мы будем на месте спасательной операции. Если повезет, мы сможем выпросить у исследователей завтрак и сразу же отправиться домой.

- Повезет? - перебил его Вигго. - Я уже и забыл, что это слово значит.

- Честно говоря, сержант, - заметил Уилкинс, - есть масса слов, значения которых ты и изначально не знал.

- У меня для тебя два, парень, - ответил Вигго. - К черту и вперед.

Когда через минуту они двинулись в путь, Бэнкс вновь вышел впереди.

Тропа почти сразу стала круче, и вскоре они перешли к подъему гуськом, о котором упоминалось на страницах старого дневника. Дело не дошло до того, чтобы ему пришлось прибегать к помощи рук для удержания равновесия, но в некоторых местах дело было на волоске, и он слишком хорошо понимал, что мгновенная потеря концентрации выбьет его из равновесия и позволит весу рюкзака увлечь его назад - в долгое, возможно, смертельное падение с обрыва. Все его внимание было сосредоточено на тропе впереди, и он ни разу не поднимал взгляд дальше, чем на шесть футов вперед, полагаясь на то, что ноги сами найдут путь.

Они поднимались в таком молчании, казалось, целые часы, пока вокруг опускалась тьма, углубляя тени до еще большей черноты. Над головой проносились редкие облака, закрывая звезды и еще больше сгущая ночь, так что Бэнкс был вынужден включить фонарик на ружье. Он старался держать его направленным туда, куда был устремлен его взгляд - не дальше шести футов впереди в любой момент. Но теперь, когда путь был освещен, он чувствовал себя гораздо более уязвимым и должен был напоминать себе, чтобы не ускорять шаг, пытаясь компенсировать это.

Он был настолько поглощен концентрацией, что ему потребовалось несколько секунд, чтобы заметить в ночи что-то новое - на этот раз не звук, а запах, едкий, кисловатый, напоминающий резкий аромат солодового уксуса. Он держался несколько минут, прежде чем рассеялся в ночном воздухе, но был настолько необычным, что Бэнкс мысленно отметил себе, чтобы не забыть его.

Никогда не знаешь, что может оказаться важным позже.

Подъем гуськом казался бесконечным, но в конце концов, ближе к полуночи, они вышли на высокий широкий уступ, где смогли остановиться и отдохнуть. Вигго присоединился к нему, чтобы покурить на краю утеса. Они посмотрели вниз. Бэнкс знал, что тропа, по которой они шли, где-то там внизу, а за ней - оазис, но облачный покров скрывал вид, и внизу виднелась лишь темная тень.

- Дать ребятам двадцать минут, капитан? - спросил Вигго.

- Пусть будет тридцать, - ответил тот. - Мне отдых нужен больше, чем им. Было бы чертовски проще, если бы я был на десять лет моложе.

- Понимаю тебя, - сказал Вигго. - Десять лет, куча пива и куча сигарет - это, конечно, имеет значение.

Бэнкс рассмеялся.

- Ну что ж, по крайней мере, на нашей стороне опыт и здравый смысл.

Вигго в ответ тоже рассмеялся.

- Говори за себя. У меня есть только хорошая внешность и шарм.

- Я бы не бросал свою основную работу, сержант.

- Думаешь, я этим занимаюсь ради удовольствия?

- Да. Думаю, мы оба этим занимаемся, - сказал Бэнкс, и на этот раз у Вигго не нашлось остроумного ответа; это было слишком близко к правде.

-Дэвис-

Дэвис шел последним, когда они покинули высокий уступ, чтобы продолжить подъем. По его приблизительным подсчетам, если он был прав, они теперь приближались к подножию того более темного участка, который он видел издалека внизу и принял за вход в долину. Теперь они, должно быть, находились на пару тысяч футов выше оазиса, и это ощущалось: ночной воздух действительно прохладно обдувал его щеки, и хотя