Антология ужасов "Ужасы, том 2" - Билли Уэллс

- мстил ему за убийство не трех человек, а трех зверей. Барт вспомнил, что за неделю, о которой упоминал маньяк, он убил оленя и двух самок. Как человек может дружить с животным? Можно любить их, но слово "друзья" не имело смысла, если только Гор не был животным, а этого быть не могло. Может ли какой-то извращенец смотреть на жизнь так? Для этого нужно быть настоящим психом, но Барт знал - мир полон уродов.

И почему убийца написал: "не суйтесь в мой лес"? Нормальные люди понимают право собственности, но этот чудак, похоже, не понимал. Барт купил 5000 акров леса три месяца назад, чтобы охотиться. Он не был браконьером; он был владельцем и имел законное право охотиться на своей земле, когда хотел.

Барт не понимал логики убийцы. Может, тот сбежал из психушки и озверел в лесу? Может, это современный Тарзан? Человек, живущий с дикими зверями?

Кем бы или чем бы он ни был, Барт не испытывал к нему ни малейшей симпатии, что бы там с ним случилось. Барт выследил бы его на краю света, если понадобится, и разорвал бы в клочья, если б добрался. Но, к счастью, судя по оставленной записке, это не потребуется. Полиция обыскала все и ничего не нашла, но Барт верил, что безумец все еще прячется в том самом лесу, который принадлежит ему. Неужели этот заблудший псих действительно думал, что ему сойдет с рук убийство семьи Барта без последствий? Невероятно!

* * *

Неделю спустя Гор жевал сочное растение, слушая пение птиц и цикад. Прохладный ветерок шелестел в зеленых чертогах его прекрасного леса. Ни одного охотника не приходило с тех пор, как он убил семью последнего и оставил предупреждение. В мире снова все было хорошо. Его лес кишел множеством друзей-животных, занятых своими повседневными делами ради выживания.

Вдалеке Гор услышал вертолетный стрекот. Через несколько секунд десять машин ворвались в поле зрения, каждая с двумя большими серебристыми бомбами, подвешенными снизу. Пришелец в ужасе смотрел, как первый вертолет сбросил свой груз.

Каждая бомба падала сквозь воздух и взрывалась стеной пламени, испепеляя большую часть леса. За десять минут огонь, охвативший все вокруг, превратил его мир из зеленого рая в огненный ад, несущий только смерть и разрушение. Все прекрасное вокруг него превращалось в черный, тлеющий пепел. Один за другим остальные девять вертолетов сбрасывали бомбы, пока весь лес, насколько хватало глаз, не заполыхал. Кислотный дождь окутал местность - ни одно живое существо не могло этого вынести и остаться в живых.

Гор предположил, что все его друзья сгорели заживо или задохнулись от паров смертельного зажигательного вещества. Зарываясь все глубже и глубже, спасаясь от стены огня, пожиравшей его рай над головой, он понял, что его жестокая расправа над семьей охотника, несомненно, привела к полному уничтожению всего, что он знал и любил.

Осознав, что это его вина, он перестал зарываться. Какой смысл жить? Его друзья мертвы; его рай разрушен. Он был пришельцем на далекой планете, населенной людьми, которые никогда не позволят ему жить среди них в гармонии.

Он лег в глубине под бушующим огнем, вдохнул едкие испарения, просачивающиеся в землю вокруг него, и перестал бороться за жизнь. Впервые в жизни он сдался и позволил черной бездне поглотить его.

* * *

Несколько дней спустя пришелец очнулся в своей земляной могиле - вялый, но все еще живой. Он знал, что возможны побочные эффекты, которые могут убить его позже, но ни огонь, ни ядовитые пары не добрались до него и не убили, как его друзей-животных.

Он выполз из ямы и увидел пустошь, которая когда-то была его домом. Среди пепла он заметил белый столб, который кто-то воткнул в землю среди руин, с табличкой:

"Гор, если только ты не Супермен (а я предполагаю, что нет), ты мертв. Я плюнул бы на твою могилу, если бы нашел ее. Если ты каким-то чудом выжил, я уверен, что бомбы Mark 77 испепелили большинство, если не всех, твоих друзей-животных. Я научился пользоваться этой жуткой штукой в Тора-Бора в Афганистане и пришлось задействовать особые связи, чтобы ее достать.

Я хотел, чтобы ты узнал, каково это - быть единственным виноватым в крайне неприятной смерти твоих "друзей".

Имей в виду: этот лес принадлежит мне. Не тебе. Я могу делать здесь все, что захочу. Если ты жив, убирай свою жалкую задницу с моей земли. Найди другой камень, под который заползти. Ты нарушитель, и если я найду тебя, я вырву твое сердце, если оно у тебя есть.

Барт Дженкинс, владелец".

Пришелец стоял, уставившись на слова на столбе. Охотник ответил тем же, как поступил бы и он сам при подобных обстоятельствах. Разве он мог ожидать иного? Гнев, который он чувствовал, когда охотник убивал его друзей, утих, даже несмотря на то, что их обугленные кости были разбросаны по пепелищу этой огромной пустоши.

Продвигаясь на север от высокого холма, Гор увидел вдалеке зелень другого леса и направился туда. После нескольких часов ходьбы он наконец вышел к дороге, которая разделяла акры и акры обугленных руин и акры и акры прекрасного леса.

Он увидел ворота и дорогу за ними, ведущую в пышную глушь. Табличка на сторожке гласила: Частная собственность. Вход воспрещен. Нарушители будут преследоваться по закону. Барт Дженкинс, владелец.

Гор проигнорировал табличку, легко перепрыгнул через забор и исчез в подлеске. Он услышал знакомое пение множества птиц и прерывистые звуки животных всех видов, которых знал в своей прежней обители. Ему хотелось завести новых друзей, но почему-то в этот момент он не хотел этого начинать. Ему было больно осознавать, что Дженкинс, возможно, когда придет охотиться, перебьет всех, с кем он подружится.

Пришелец решил, что больше не потерпит такой жизни. Он знал, где живет Дженкинс. В конце концов, он уже бывал там.

* * *

Позже тем же вечером Барт сидел в своей гостиной и смотрел телевизор. У него было жуткое предчувствие, что Гор все еще жив и придет за ним сегодня ночью. На коленях у него лежал пистолет-пулемет, и он умел им пользоваться.

Если Гор пережил Mk-77, то он либо невероятно везучий сукин сын и его не было там во время взрывов, либо он вовсе не человек.

Загодя Барт заминировал двор взрывчаткой, способной убить тираннозавра. Это была его единственная линия обороны. Если взрывчатка не сработает, пулемет уже не спасет. Он останется в полной жопе без весла.