Антология экстрима "Осадок, том 2" - Стюарт Брэй

провести с ним время, и Уэс был благодарен, хотя и понимал, что это был акт жалости. Несмотря на это, он все равно с нетерпением ждал встречи с братом. С тех пор как карьера Трэя в писательстве взлетела, он постоянно разъезжал по книжным автограф-сессиям или работал консультантом на съемочных площадках. Мужик написал три романа за последние пять лет, и все три были экранизированы.

Закончив с душем, Уэс выключил воду и начал вытираться. Когда он высох, он отбросил полотенце в сторону, посмотрел вниз, схватил лишнюю кожу на животе и сжал ее в руках. Он вздохнул, немного потряс ими и покачал головой. Ушли дни его подтянутого телосложения и мальчишеской привлекательности. Теперь у него был живот и начали появляться зачатки "любовных ручек". Линия волос тоже отступала, а те волосы, что остались, начали слегка седеть.

Раньше это не сильно его беспокоило, но теперь, когда он технически снова был свободен, он стал очень сильно комплексовать из-за своего старения. Он думал о некоторых парнях, с которыми работал и которые оказывались в похожей ситуации за эти годы. Некоторые цеплялись за любую женщину, которая обращала на них внимание, другие начинали одеваться так, будто им снова двадцать, носили бейсболки козырьком назад и какие-нибудь уебищные футболки "Affliction"[6] или "Tap Out"[7]. Он всегда морщился при виде таких парней, особенно потому, что они гонялись только за девчонками в два раза младше себя. Уэс не искал ничего подобного. Черт, он пока вообще ничего не искал, но хотя бы надеялся, что со временем найдет женщину, которая ему понравится.

Со всем этим, крутящимся в голове, он решил пойти прогуляться - и чтобы проветрить мозги, и чтобы немного позаниматься. Прямо за домиком была тропа, которая уже давно его интересовала. Трэй говорил, что это приятная небольшая прогулка, но Уэс всегда был слишком ленив, чтобы проверить. Теперь он был полон решимости хотя бы попробовать позаниматься, пока он здесь. Сделать что-то помимо того, чтобы лежать на диване, смотреть фильмы и иногда прерываться, чтобы подрочить - чем он в последнее время занимался гораздо чаще.

Он взял одежду, которую принес на улицу, и занес ее обратно в домик. Положив ее, он порылся в комоде Трэя, выбрал спортивные штаны и майку-борцовку. Hадел кроссовки и вышел на крыльцо. Готовый к прогулке, он сошел с крыльца и направился по тропе.

Погода на улице была идеальной: достаточно тепло, чтобы не мерзнуть, но не так жарко, чтобы потеть задницей. Он был в восторге от тропы, углубляясь в лес. Деревья, окаймляющие путь, и весенние цветы, которые только начинали цвести, представляли собой потрясающее зрелище. Это заставило его ценить природу больше, чем он делал это уже очень давно.

Пройдя примерно сорок минут, Уэс уже подумывал развернуться и вернуться к домику. Пока он стоял и решал, продолжать ли, он заметил вдалеке что-то, что выглядело неуместно.

Подойдя ближе, чтобы лучше рассмотреть, он ахнул при виде того, что выглядело как человеческие ноги в небольшой яме в земле. Он побежал, думая, что кому-то плохо.

Когда он добрался до пары ног, его сердце заколотилось. В небольшой канаве лежало обнаженное тело женщины. Ее кожа была бледной, почти полностью белой, и, насколько он мог рассмотреть, на всем теле не было ни единого волоска. Кожа также имела странный блеск, будто ее натерли маслом.

Подойдя еще ближе, Уэс поскользнулся на мокрой грязи и упал в канаву, приземлившись на ее руку. Под его весом рука рассыпалась, словно была сделана из пенопласта. Странная белая пыль облаком поднялась вокруг него. Он закашлялся и начал сильно кашлять, когда она попала ему в легкие.

Придя в себя, он наклонился, чтобы осмотреть остатки рассыпавшейся руки.

- Какого хера? - сказал он вслух.

Куски, которые отломились, имели грибоподобную текстуру. У них даже были пластинки на нижней стороне.

Как это вообще возможно? - подумал он.

Любопытство взяло верх, и он провел руками по телу. Остальная кожа имела ту же текстуру, что и куски отломившейся руки.

Я никогда не слышал о долбаном грибе, который растет в форме человека, - подумал он со смехом.

Как бы странно ни было его открытие, он с облегчением вздохнул, что это не мертвый человек. Он посмотрел на небо и глубоко вздохнул. Когда он посмотрел на деревья сверху, то заметил в них что-то странное. Казалось, будто они дышат. Посмотрев обратно на землю, он заметил, что она тоже движется.

Нет, двигалась не земля. Двигалось его зрение. Все, на что он смотрел, казалось пульсирующим. Это напомнило ему те времена, когда он иногда триповал в старшей школе.

Я что, вдохнул это? У меня сейчас трип?

По телу начала распространяться покалывающая волна, переходя от одной части к другой. Когда ощущение дошло до его члена, он понял, что у него стояк. Осознав это, его взгляд сразу упал на груди грибной женщины.

Он протянул руку и начал ласкать ее груди, постепенно спускаясь между ног. Он ахнул, поняв, что эта грибная женщина анатомически полностью правильная. Его эрекция стала еще сильнее от этого осознания, и он начал снимать с себя одежду.

Стоя на коленях рядом с грибной женщиной, Уэс понял, что не сможет войти в нее, пока не раздвинет ей ноги. Он потянулся и сначала схватил ногу, которая была ближе к нему. Он начал медленно тянуть ее, будто пытаясь убрать в сторону. Она немного согнулась, а потом полностью отломилась.

Он поморщился и посмотрел на лицо женщины, будто ожидая крика или реакции. Поняв, насколько глупой была эта мысль, он отбросил ногу в сторону и схватил вторую, оторвав ее одним резким рывком.

С телом, все еще покалывающим, и зрением, все еще пульсирующим, Уэс переместился туда, где раньше были ноги женщины. Он наклонился вперед, поставив одну руку рядом с ее торсом, а другой рукой направил свой член в нее. Он вошел без всякого сопротивления.

Когда он начал толкаться - сначала медленно, - он заметил, что внутри она была выстлана пластинками. Он чувствовал, как они трутся о его член, пока он ускорял темп. Ощущение было таким, какого он никогда раньше не испытывал, и ему казалось, будто он в трансе. Он посмотрел на безучастное лицо женщины и начал стонать от удовольствия. Он был уже очень близко.

Наконец, после еще нескольких минут толчков, наступил оргазм. Его чувства были настолько обострены, а он сам настолько настроен на свое тело, что каждый толчок спермы, который вырывался,