Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 12 - Евгения Потапова

— Ну вот, еще и манты есть.

— Но мы будем жарить яичницу.

— Жарь. В морозилке есть помидоры свежие.

— Мороженые, — рассмеялась Катя.

— Совершенно верно, разберетесь, — кивнула я. — Всё, ребятки, я сегодня больше никого не принимаю.

— Ну ладно, — пожал плечами Слава. — Вечереет уже, скорее всего, никто и не придет, кроме отца.

— Хорошо бы, а то этот год так весело начался.

Дети разошлись по своим комнатам, оставив меня одну. Не успела я включить ноутбук, как у меня зазвонил телефон. На экране высветилось — Глеб.

— Доброго вечера, — сказал он бодрым голосом.

— Доброго, — кивнула я.

— Как самочувствие?

— Бодрячком, — ответила я.

— Нога болит?

— А как ты думаешь?

— А как болит? — поинтересовался он.

— Ноет.

— Но не дергает? — уточнил Глеб.

— Нет, — помотала я головой.

— Это хорошо. Ты в курсе, что тебе завтра надо будет приехать ко мне на перевязку?

— Чего? — нахмурилась я.

— Того, милая, я тебя резал? Резал. Зашивал? Зашивал. Надо посмотреть, как оно там заживает, и обработать.

— А можно я как-то там сверху фурацилином полью и всё? — предложила я.

— Угу, лучше спиртиком для полного счастья.

— Спирта нет, есть самогон.

— Ну вот им самое то будет, — хмыкнул Глеб.

— Я так понимаю, что ты шутишь? — мрачно спросила я.

— Совершенно верно. Давай, красота моя, приезжай ко мне, и всё сделаем по высшему разряду.

— Вот только я не за рулем.

— Саша твой за рулем. Давай, не отмазывайся. Не приедешь, я к тебе Иру тогда отправлю, — хохотнул он.

— Не надо мне твою Иру, да и вообще чего человека гонять туда-сюда.

— Агнета, давай не капризничай. Хочешь ходить нормально на двух ногах?

— Хочу, — кивнула я.

— Тогда я тебя завтра жду, — Глеб сказал таким тоном, что возражать было бесполезно.

— Ты же сказал, что только через пару недель к тебе приходить на контроль.

— Не мог я тебе такого сказать. Я говорил, что гипс у тебя на ноге не меньше месяца держать будем.

— Ладно, не буду с тобой спорить, — нахмурилась я. — Саша придет домой, я его обрадую.

— Как твоя подопечная? — спросил меня Глеб.

— Когда мы домой приехали, ее уже не было.

— Ушла?

— Нет, дети вызвали пожарных, а те — скорую помощь. Увезли ее в больницу с отравлением угарным газом, — пояснила я.

— В реанимацию?

— Угу, — кивнула я.

— Как всё серьезно.

— Да, — вздохнула я. — Но, надеюсь, всё обойдется. Она вроде бы молодая, крепкая. Думаю, врачи справятся.

— Ну, это такое дело, и мы не боги, — сказал Глеб. — А теперь давай не отвлекайся. Завтра в двенадцать утра жду тебя у себя в кабинете. Не опаздывай.

— Хорошо, доктор, — с легкой иронией ответила я. — Буду как штык.

— Вот и отлично. До завтра, Агнета.

— До завтра, — кивнула я и положила трубку.

Я включила ноутбук, решив отвлечься на что-нибудь легкое, но мысли все равно возвращались к загадочной семейке. Не успела я отправить одну семью домой, как тут же нарисовалась другая. Посмотрела на экран телефона, и Матрена что-то молчит. Забыла что ли про меня? Я написала ей сообщение с вопросом. Через пять минут она мне прислала фотографию с раскладом. Я приблизила картинку и стала внимательно рассматривать. Не успела толком рассмотреть, как затрезвонил телефон.

— Видела? — спросила меня Матрена.

— Видела, — кивнула я. — Но только толком не рассмотрела.

— Сама разберешься или тебе объяснить?

— Так-то я догадываюсь, но ты же гадалка, а не я, — усмехнулась я.

— Кто бы говорил, — фыркнула она в трубку. — Вот что, мать, не лезь ты в это дело, не суй свой любопытный нос, а то получишь по самое не балуйся. Там вот прямо красным по белому написано: «Не влезай, а то убьет!» Видишь?

— Вижу, — вздохнула я. — Но как же, ее же ко мне не просто так прислали.

— Да, дорогая моя, не просто так. Высшие силы нас учат не только за все хвататься, но иногда и думать, прежде чем что-то делать. Вот ты, мадам гадалка, иногда от этого страдаешь, слишком импульсивная и жалостливая. Тобой двигает сердце и жалость человеческая, а не ум, логика и расчетливость. Вот это дело для этого тебе и дали, чтобы научить на все смотреть трезвыми и ясными глазами.

— Да жалко как-то людей, — вздохнула я.

— А себя не жалко, а кухню разрушенную не жалко? Скажи спасибо, что малой кровью обошлась. И вообще, чего ты их жалеешь, ты же не знаешь, что там за причина такая, что Дарину эту накрыло так, — отчитывала меня Матрена.

— Не знаю, мне не дали посмотреть. А ты по картам ее не посмотришь?

— Я тебе бессмертная что ли? Я не Дункан МакЛауд, у меня не десять жизней, как у кошки, — возмутилась она. — Тем более меня она не просила об этом. Подожди-ка, я чего-то не понимаю, что ты там говорила — жалко людей? Я чего-то не знаю? Вроде эта Дарина одна у тебя была.

— Маманька ее с папанькой приезжали сегодня, — ответила я.

— Ага, вот оно что, — протянула Матрена. — Ну, тогда все понятно. На родителях чего висит?

— На мамаше какая-то черная воронка. Она у меня тут то ли приступ словила, то ли просто плохо стало, в общем, в обморок упала. Вот чего это может быть?

— Да шут его знает, может собственные грехи тянут, может кто подключку поставил, может проклятье какое, а может она от своей Дарины ту гадость перетягивает. Это же смотреть надо, диагностику проводить, а так я тебе ничего сказать не могу. Но все равно не суй туда свои шаловливые ручонки. Понятно? — строго сказала бабушка.

— Да, — задумчиво ответила я.

— Чего, девица-красавица, задумалась?

— Да я вот думаю, а что там тогда у детей творится?

— Родителей двое, там может отцовский род их от этого прикрывает. На отце Дарины что-нибудь было? — спросила она.

— Я не заметила, — помотала я головой.

— А муженек не соизволил приехать?

— Они сказали, что он вместе с детьми к своим родителям уехал.

— Н-да… — многозначительно сказала Матрена. — Хотя, знаешь, чужая душа — потемки. Может, они уже устали от ее выходок. Мы же не знаем.

— Ну, да, не знаем, — согласилась я.

— Я по твоему голосу слышу, что ты не особо-то торопишься моим советом и рекомендацией воспользоваться, — хмыкнула Матрена.

— Просто интересна причина, — ответила я.

— Любопытство сгубило кошку. А то будет, как в той страшной сказке.

— В какой?

— Танцевала девочка на граблях в красных башмачках и стерла себе ноги по самую жопу, вернее колени, а уж сколько раз она от граблей по голове получала, не сосчитать.

— Нет такой сказки, — буркнула я.

— Я так понимаю, что